Николай Полунин - Цербер

- Как ты его сохранил?

- Терминатор ваш не выкинул. К оружию по-хозяйски относится, Арнольд, понимаешь, Шварцнегер.

- Шварценеггер, - машинально поправил Михаил. - У нас он с кличкой Геракл ходил. Не рассказывал он тебе?

- Не. Кто такой? Девочки какие, видели, шеф? Куда нас занесло-то? Мы им по дороге впарили, что так, дружка навещали, вы то есть, а я вроде с вами. На природе отдохнуть.

- Отдохнули.

- Чего уж теперь. Сказанного держаться надо. Облачившись, тезка-Мишка демонстративно засунул пистолет за пояс, длинная рукоять торчала поперек пуза.

- Угомонись ты, никто с тобой воевать здесь не будет. Покушаем, дальше поедем. Перекусить заскочили.

- Перекусить, - бормотнул Мишка. - Как бы нас самих тут... пополам не перекусили. А два патрона у меня еще есть, Паша бережливый.

"А где, кстати, мой "ПМ"? - вдруг вспомнил Михаил о пистолете. - Начисто отрезало. Утопил, не иначе. И вообще все утопил. Документы, все. Опять гол как сокол, готов к употреблению, как полагается". За столом выяснилось, что шумный глоток тезки-Мишки при виде соблазнительных девиц на фоне яств относится скорее к последним. Он работал за троих. Салаты, закуски, горячее - свиные эскалопы и жареные колбаски - улетали, как подброшенные. Улучив промежуток, Мишка налил себе полстакана водки.

- За "Чероки", - коротко глянув на Михаила, сказал он.

- Кстати, - обратился Михаил к Жуку и двум другим, занявшим противоположный край стола. - Машина у нас там осталась. На ней как, крест можно ставить?

- Пока ничего не скажу, - вежливо и обстоятельно, что, кажется, вообще входило в его привычку, ответил Жук. - Насколько я могу судить, там сейчас находятся представители местных правоохранительных органов, мы с ними еще не связывались. Может быть, помимо нас... Но вас обязательно известят о вашей собственности.

- Вон его, - Михаил указал на тезку-Мишку.

- Да чего там, Миха, - высказался вдруг тот. - Чего, Мишань! - Они же с Михаилом теперь были друзья-приятели. - Что там останется после той кодлы и ментов? Резины не останется, не то что чего.

Михаил потихоньку оглядывался и чувствовал, что первое впечатление его не обмануло.

Этот дом не был жилым. По крайней мере, та часть, которую они видели. Независимо от богатых ковров и мебели, от безукоризненных зеркал и начищенной бронзы дверных ручек.

За дачей следили, но постоянно не жили. Это всегда заметно. Возможно, ею пользовались разные люди, возможно, она служила кому-то запасным жилищем.

Михаил поймал взгляд Павла. Тот трудился над третьим или четвертым эскалопом.

- Перевалочный пункт, - шепнул он в бороду. - Станция в пути. Охотничий домик, чтобы отсидеться в случае чего.

Иногда Павел мог говорить такими вот образными выражениями. В Паше Геракле было много чего намешано.

Михаил еще раз обвел глазами помещение и медленно кивнул, соглашаясь.

- Еда, - так же лаконично продолжил Павел. - Сюда привозят. Готовые блюда. Девочки - только подавать, посуду не моют. На пальчики обратил внимание? Ну-и ложатся, конечно, задаром держать не станут. Но самих тоже привезли.

- Нам?

- Сдурел? Мы тут случайным наскоком. Кто-то был. Или будет. А может, не выходит. К чему рожу-то показывать?

Двое на том конце поднялись, пошли к дверям. Жук обратился к Михаилу:

- Подкрепились, Михаил Александрович? Ваши товарищи тоже? Можем продолжать путь?

- Вот что, - сказал Михаил, - вы все-таки объясните, откуда вы, кто. Нам после всего случившегося надо знать хотя бы в общих чертах. Вы нас вполне можете отсюда прямо в "Матросскую тишину" доставить. Для начала одной этой штуки, - указал на "стечкин" за Мишкиным поясом, - хватит, а потом каждому еще наберут с три кучи. Кто вы? Почему мне помогаете? Пока мы не услышим ответа, который нас устроит, мы не сможем вам доверять. Тогда - вы своей дорогой, мы своей. Спасибо, как говорится, и до свидания.

- Вы правы, разумеется, Михаил Александрович, - согласно кивнул Жук. - Но я имею соответствующие инструкции. По одной из них я со своими людьми обязан был следовать за вами. Не скрою - чтобы выяснить, куда вы направлялись. Мы это выяснили.

- А подслушку свою трепаную в "Чероки" какого хера сунул? - воинственно сказал тезка-Мишка, и Михаил вспомнил, что видел краем, как тот наливал себе еще стакан, полный.

Михаил сделал страшные глаза, и Мишка увял. Он опять стал неотрывно смотреть, как Павел ест, прожевывает и проглатывает. Он наблюдал за ним пристально во все время еды.

- Я уже объяснял, Михаил Александрович, мы имеем четкие указания. Разве мы не показали вам, на чьей мы стороне? Когда вы избавились от прослушки, мы запросили новых указаний. Мы их не получили и стали ждать.

- И дождались, - подал голос Павел. - Кто приходил, известно?

- Думаю, сейчас выясняется. Какая-то местная банда, хотели поживиться. Отдыхающие на стрелке практически беззащитны, место обособленное.

Павел обменялся с Михаилом взглядом.

- Ну, а теперь нас куда? Как Миша сказал - в "Матроску"?

- Ни в коем случае. Как раз в то время, когда вы вели свое сражение, поступил категорический приказ вернуть Михаила Александровича домой. Так что еще чуть, и мы явились бы на помощь. Но вы сами отлично справились. Что касается претензий властей, то их не будет. Властям объяснят.

- Во как! - опять встрял тезка-Мишка. - Так я дышать не против. Берешь меня в свой фарт?

- Пойди проветрись, - приказал ему Михаил. Тезка-Мишка недовольно засопел, но из-за стола полез. Зацепился рукоятью.

- Верни-ка обратно, - протянул руку Павел. - Я с ним прогуляюсь, Миня, да? С девочками познакомимся... Если что - я на крыльце.

- Явились бы они на помощь, - бурчал тезка-Мишка. - Вплавь бы они явились.

- По воде, аки по суху, - в тон приговаривал, придерживая, Павел, - это только я умею...

- Да ну?! Ты и это умеешь?

Михаил проводил их взглядом, повернулся к Жуку.

- Между прочим, действительно как бы вы добрались? Ваши "Жигули" еще и плавать могут?

- Мы бы что-нибудь придумали. - У него было безмятежно-ангельское выражение лица.

"Но ангелы черными не бывают, - подумал Михаил, - только падшие".

- Теперь можете сказать, кого вы представляете? Ко мне прицепились из-за Лены? Но это было просто случайное знакомство. Понравилась женщина, я ей тоже подошел.

- Михаил Александрович, ей-Богу, ваши вопросы не по адресу. Вы приедете домой, вас встретят. Возможно, потом вы сможете их задать более компетентному лицу.

- Если вам даже данные на меня сообщили, значит, там, в Москве, мною серьезно заинтересовались. А если вы их и раньше имели, значит, интересуются давно. Представить не могу, в связи с чем. Спокойным прикажете быть? Хорошо, идемте. От вас, я чувствую, никакого проку не добьешься.