Айзек Азимов - Ночь которая умирает (сборник)

— Опасная зона, Мак! Мне думается, вам не следует формулировать это таким образом. Можно легко вообразить, будто Адам навязывает людям свои мысли.

— Хмм… Да, я понимаю, что вы хотите сказать. Однако это далеко от реальности: если уж речь зашла о восприятии, то здесь нет механизма, который действовал бы таким образом. Восприятие работает иначе — оно всецело контролируется мозгом. А интенсивность мыслительного процесса изменяется в зависимости от эмоционального состояния. Вот почему в отдельных случаях — как, например, в случае с Янгом — Адам может воспринимать и интерпретировать эманации на высоком качественном уровне приема, пусть даже они лишены голосового сопровождения. Такое излучение возникает в периоды крайнего возбуждения, испуга, физических страданий или опасности. Кстати, эти состояния широкая публика всегда ассоциировала со скрытыми телепатическими возможностями человека.

— Ну что же, присяжные воспримут эти известия с облегчением. Им будет приятно узнать, что Адам не может самовольно вторгаться в чужие мозги. Как я уже заметил, это был наиболее скользкий момент. Теперь мне ясно, что присяжные не будут чересчур беспокоиться, как бы Адам не прочел их мысли.

— Адам развивается. И вместе с ним развиваются его способности. Когда-нибудь ему будет по силам и это. Возможно, телепатия — не единственная грань его таланта. Несмотря на тот факт, что мы знаем о телепатическом феномене Адама и нам известно, где он гнездится с анатомической точки зрения, мы до сих пор не понимаем, каким образом происходит перенос мысли. Эти эманации невозможно обнаружить иначе, как с помощью другого мозга. Кто знает, может быть, они путешествуют в параллельных мирах.

— Вот вы и познакомились с теорией Маккивера о том, как функционирует телепатический механизм…

Джун не ответил. Он получил, что хотел, и спустя короткое время удалился.

Мак и Рут, так и не зная, правильный они выбрали курс или нет, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по разным комнатам.

Феликсу Хуаресу снился его любимый сон: он стоит во всем великолепии парадной формы, а эта симпатичная официантка из забегаловки Розы усаживается в его новый "Мэллори супер-КВ", чтобы ехать вместе с ним на пляж.

Как станут развертываться события дальше, Феликс понятия не имел. Словно назло, сон всегда прерывался именно на этом месте. Обычно здесь начинал звонить будильник, сегодня же в сон вторглась рука. Это была рука доктора Маккивера.

Феликс открыл глаза, узнал доктора в предрассветном сумраке и начал подниматься.

— Одевайтесь, быстро. Берите свою «пушку» и следуйте за мной.

— Что случилось?

— Увидите. Делайте, что я вам говорю, и только так, как говорю.

Феликс натянул брюки, всунул ноги в ботинки и вытащил из тумбочки длинноствольный пистолет 38-го калибра.

Они выскочили из дома и направились к куполообразному зданию лаборатории. Феликса удивил свет в окнах: до рассвета было далеко. За штабелем ящиков недалеко от входа их ждал доктор Скуновер.

— Мак, я готов. И Адам тоже. Он внутри.

Доктор Скуновер сжимал в руке пистолет.

— Что мы будем делать, доктор Скуновер?

— Ставить ловушку, Феликс. Вытаскивайте свою «пушку» и приготовьтесь войти в лабораторию.

Феликс понял его слова буквально и рванулся вперед.

Скуновер удержал его.

— Не сейчас, Феликс. Ждите. Слушайте.

Феликс повиновался.

— Я ничего не слышу, доктор Скуновер, — сказал он чуть погодя.

— Тсс… Оставайтесь на месте пока не скомандую. Тихо!

Загрохотал чей-то голос. Феликсу показалось, что он исходит из громкоговорителя, и был не далек от истины. Это говорил Янг — его голос звучал разгневанно. В ту же секунду Феликсу показалось, что он слышит и голос Адама; опять-таки, ничего страшного в этом не было: над дверью висел динамик, его силуэт вырисовывался на фоне стены. Только позже, когда все закончилось, Феликс узнал, что голос Адама звучал у него в голове.

— Кто это там? — проревел Янг.

— Это я, Адам Скуновер. Я здесь, наверху, видите? На сканирующей установке.

— Ты с ума сошел? Что ты там делаешь?

— Я пришел повидаться с вами.

— Зачем?

— Хочу спросить вас, почему вы убили Миленко Вуковича?

— Не слишком ли далеко зашла эта шутка? Меня уже тошнит от нее!

— Самого главного вы еще не слышали. Я знаю, что это вы убили его, — я видел, как вы закапывали тело.

— Что?! А ну-ка слезай!

— Нет. Вы сломаете мне шею точно так же, как сломали ему. Не иначе вам это понравилось? Вы любите убивать. Знаете, откуда мне известно об этом? Я читаю ваши мысли. Могу описать каждый ваш шаг той ночью и время, когда вы его сделали, и кто вас видел. Могу назвать их всех, я знаю о них. Сначала та девица, потом парень, который переходил на красный свет бульвар Мореплавания. Он увидел вас сразу, как только началась драка, а потом вы сломали Вуковичу ключицу.

— Мне всегда в тебе что-то не нравилось, маленький мизантроп. Теперь я знаю что: ты копошился в моем мозгу, совал свой нос в мои мысли. Так вот для чего вся эта дорогущая техника, да?

— Другие люди тоже знают. Я им все рассказал.

— Кто же тебе поверит?

— Вас уже арестовывали.

— Было дело. Но ведь меня выпустили. Не нашлось доказательств. Их и сейчас нет.

— Есть, есть! Я пойду в суд. Я дам показания.

— Вот я сейчас до тебя доберусь и посмотрим, кто будет давать показания. Тот морячок тоже угрожал, что все расскажет. Я заткнул ему глотку. Заткну и тебе.

— Убирайтесь отсюда!

— Тебе не следовало залезать на эту вышку. Вниз ведет только одна лесенка. Не очень красиво получается, но ты же всего лишь обезьяна. А когда я тебя поймаю, ты будешь уже мертвой обезьяной.

Адам завизжал. Эхо раскатилось по безмолвной территории института.

— Там как раз рядышком хватит места еще для одной могилки! Только тебя я закопаю поглубже.

— Пошли! — Скуновер кинулся к двери. С пистолетом в руке вид у него был очень трогательный.

Мак, тоже вооруженный, бросился следом. Феликс, более коротконогий, чем первые двое, довольствовался местом замыкающего.

Однако у двери все трое сбились в кучу: она оказалась запертой.

— Как?! — Скуновер пошарил в кармане и обнаружил, что у него нет ключей.

— Наверно, Янг запер ее, когда увидел Адама, — предположил Мак.

Тут Феликс, не тратя времени, поднял пистолет и двумя оглушительными выстрелами вышиб замок.

Попав внутрь, они быстро окружили установку, на которой, разглядывая своих новых врагов, словно Кинг-Конг, висел Янг. К счастью, ему еще было далеко до Адама — мальчик, выпрямившись в полный рост, стоял на самой верхушке.