Филип Фармер - Дэйр (другая редакция)

Джек подбежал к обрыву.

Пошатываясь, Полли поднялась на ноги, дотронулась до ушибленной челюсти и прошипела:

— Ты провела меня, сучка!..

— Эда больше нет, — спокойно ответила сирена. — Можно о нем забыть. Так и забудь!

— Зато о тебе не забуду! Ох, попомнишь ты еще у меня!

— Понятно. Map-Кук, приглядывай-ка за ней впредь! Чтоб ничего не отчебучила, — хладнокровно ответила Р'ли.

Вчетвером они вернулись в развалины. Шлепавшая лапами впереди Map-Кук вдруг замерла с негромким — по-драконьи! — восклицанием. Поравнявшись с ней, Джек увидел, что привлекло ее внимание — на камне перед драконихой чернела крупная пирамидка свежего кала.

— Мандрагор! — прогудела, понизив голос, Мар-Кук.

— Они всегда помечают свою территорию подобными кучками, — пояснила Джеку сирена. — Придется сыскать укрытие понадежнее. Поспешим же — солнце вот-вот зайдет!

— Вот подходящая нора, — сообщила вскоре Map-Кук, принюхиваясь к прямоугольному провалу в нагромождении глыб.

За ним обнаружилось достаточно вместительное помещение.

Отправив Map-Кук за дровами, путники обследовали место стоянки — дыра, через которую они вошли, оказалась единственной.

Спустя четверть часа появилась дракониха с огромной охапкой бревен и хворосту. Свалив ношу перед входом, она с трудом протиснулась внутрь сама и втащила дрова. Джек споро высек огонь и развел у входа костер. В мрачном склепе сразу стало поуютнее, да и дым, задуваемый внутрь лишь редкими порывами ветра, дышать почти что не мешал.

Путники разложили припасы. Большая часть остатков единорога досталась, разумеется, Мар-Кук.

— Не тревожьтесь, малютки! Завтра я поймаю вам другого! — утешила та.

— Разве мы сможем взять ее с собой? — шепнул Джек сирене. — Ведь ей же по тропе не спуститься.

— Пойдем с нею в обход — так дольше, но куда безопаснее. А почему ты шепчешь?

Джек кивнул на развалившуюся в сторонке тушу: — Она действует мне на нервы.

Р'ли обняла и поцеловала Джека.

— Я вас не очень беспокою? — поинтересовалась Полли. — Чего там, не стесняйтесь, здесь все свои! Может, и мне чего перепадет… А нет, так хоть поглазею!

— Вот же сучка гадливая! — выругался Джек.

— Может, и гадливая, зато правдивая! — парировала та. — Нет, честно, я давно уже примечаю, как вы тискаетесь да милуетесь, когда полагаете, что никто вас не видит. Похоже, давненько уже спелись — так почему же Р'ли до сих пор не беременна? Не хочет разве?

— Почему… что?! — У Джека отвисла челюсть. — Беременна? От человека?! Сирена? Да ты в своем ли уме?

Полли расхохоталась и долго еще не могла успокоиться.

Притихла, лишь когда в углу недовольно заворочалась Мар-Кук. И ехидно поинтересовалась:

— Так твоя милка забыла тебя просветить? И ты до сих пор блуждаешь во тьме и веришь всем этим поповским байкам? Разумеется, у вас могут быть дети. И очень даже миленькие. Метисы, они такие очаровашки — в Социнусе, говорят, их многие тысячи!

Джек перевел растерянный взгляд на подругу:

— Это правда, Р'ли? Мы можем иметь детей? Почему я не знал?

— Милый, мы так недолго были вместе. А когда говорили, то лишь о любви. Мы еще многого друг о друге не знаем… А кроме того, любимый, можешь не волноваться — вайиры не обзаводятся детьми случайно. Я забеременею, лишь когда мне захочется и с разрешения Попечителей Рода. Они стараются поддерживать равновесие числа родившихся с умершими. У вас, людей, такое не принято — именно поэтому вам тесно на любой земле и вы всегда стремитесь к новым рубежам…

— Нам, ведьмам, тоже известен секрет предохранения, — похвасталась Полли. — Заваришь в определенных пропорциях определенные травки, в нужное время примешь — и трахайся себе на здоровье!

Р'ли рассеянно уставилась в темноту за костром. Луна еще не взошла. Блики огня затеяли игру в пятнашки на нагромождении глыб за площадкой у входа.

— Джек, полагаю, настала пора поведать тебе подлинную историю вайиров обитателей кадмусов, сатиров, сирен и даже, если угодно, жеребяков-псоядцев. Чистую правду, которую веками от вас скрывали. Не мы в этом виновны, Джек, ваша верхушка да духовенство. Хотя даже им, пожалуй, известно далеко не все. Джек, вайиры, то есть люди, как мы сами себя называем, — тоже выходцы с планеты Земля.

Джек безмолвствовал.

— Это чистая правда, Джек! Наших предков завезли на Дейру более четырех тысячелетий назад. По местному летосчислению — но оно ведь весьма близко к земному. Тогда Дейра была процветающей колонией арран. Они похищали людей с Земли, дабы использовать их как слуг и рабов. Для удовлетворения обычных нужд им вполне хватало машин, и в «низших» они нуждались разве лишь для… престижа, что ли? Для большего самоуважения?.. Разумных существ завозили и с иных планет, не с одной лишь Земли. Так на Дейре появились предки нынешних мандрагоров и оборотней. Пожалуй, одни драконы здесь — настоящие аборигены. Слишком громоздкие и опасные для одомашнивания, они попали у арран в своеобразные резервации. А примерно два тысячелетия назад вспыхнула война между арранами и иной звездной расой — эгзви. Чужаки воспользовались оружием, которое позволило им разом уничтожить все железо на поверхности Дейры. Возможно, не только железо — точно не знаю. Уцелевшие арране покинули колонию, а победителей захват новых земель, как видно, не интересовал. Из четырех разумных видов, обитавших на планете, лишь мы, люди, сумели избежать одичания. Это вполне достоверно. Мы воевали с расплодившимися мандрагорами и оборотнями, пока не оттеснили тех в дикие горы, где и оставили в покое…

— А где доказательства столь невероятной истории? — недоверчиво перебил Джек. — Не лошадиные же хвосты да необычный цвет ваших глаз?

— По поводу этих отличий существуют различные гипотезы. Согласно одной — нас облучило при взрыве железа и мы видоизменились. Другая утверждает, что арране занимались принудительной человеческой селекцией и вывели нас искусственно. Трудно сказать, что ближе к истине, но то, что арране в принципе баловались расовой селекцией, уже не подлежит сомнению. Тем не менее мы сохранили свои обычаи. Вряд ли они могли бы служить надежными доказательствами нашего происхождения — с таким же успехом подобные традиции могут зародиться на любой из планет, — когда бы не одно обстоятельство. Решающий фактор. Наша речь.

— Но ваш язык ничуть не похож на земной!

— Взрослый — да. Это древний язык арран, который приходилось изучать и рабам. Фактически — колоссальная таблица кодов, где один краткий звук может содержать смысл целых фраз и образов. Но детский — лепетуха, как прозвали его вы, таррта, — своими корнями восходит к одному из древних земных языков. Арране позволили нам сохранить язык для семейного общения, и мы берегли его как зеницу ока — последнее напоминание о днях нашей свободы. После взрыва язык стал играть роль классового водораздела. Вы полагаете, что нынче все вайиры пользуются взрослым вайирским. Но это не так — им владеют лишь ученые да аристократия. Суть же в том, что лепетуха, равно как и большинство языков, завезенных людьми на запоздалом арранском звездолете, — одного древнего корня. Сейчас вы сохранили лишь английский, но наши ученые вовремя сумели составить словари каждого: немецкого, исландского, испанского, гэльского и прочих, и даже вашей литургической латыни. И доказали, что не в родстве с лепетухой лишь китайский, турецкий да еще, пожалуй, язык вашего индейского племени кроу…