Нагару Танигава - Негодование Харухи Судзумии

— Минуточку, — перебил я, ужасно забеспокоившись, — Руссо и ещё одного пса поразила загадочная космическая болезнь — это я понял. Вирус прилетел сюда на метеорите, будь он неладен — это я тоже кое-как уяснил. Но тогда вот что. Получается, во вселенной существуют не такие, как мы, люди… э-э, органические формы жизни на твоём языке… так вот, эти самые органические — выходит, существуют и живые существа, которые сделаны не из органики?

Нагато вдруг посмотрела на меня очень задумчиво:

— Ответ на этот вопрос существенно зависит от самого понимания природы жизни.

Взгляд был таким ясным, что меня будто затягивало в глубины её зрачков.

— Если в построенной из кремния структуре присутствует сознание, то да — существуют, — ответила она без запинки.

Ничего себе! Вот так, раз-два — и отвечаешь, не моргнув глазом, на такой серьёзный вопрос — мне? Сообщила бы, по крайней мере, распорядителю проекта Cyclops в SETI — он бы, наверное, заплясал от радости и полетел выбивать финансирование.

— Кстати говоря, — раз уж об этом зашла речь, я решил спросить и ещё кое о чём, — а что это вообще за штука — кремний?

Увы, ни с учителем химии, ни с самим предметом я никогда не был на короткой ноге.

— Если коротко — Силициум, — ответил Коидзуми, — Чрезвычайно известный полупроводник.

Он повернулся к Нагато, с улыбкой, полной живого интереса:

— Нагато-сан говорила о том, что мы называем «разумным компьютером». Это форма искусственного интеллекта, создать который нам, людям, пока не под силу. Но, как выясняется, где-то во вселенной существуют и такие «разумные компьютеры», которые не были никем созданы, а обрели разум самостоятельно. Кто знает, в масштабах вселенной они могут даже встречаться достаточно часто, а люди, наоборот, могут оказаться исключением.

Нагато не обращала ни малейшего внимания на Коидзуми и смотрела только на меня, словно пытаясь сообщить мне ответ.

Я вдруг вспомнил те слова, — когда Нагато одолжила мне книгу, и следуя инструкциям со вложенной в неё закладки, я впервые оказался в гостях у Нагато в комнате — слова, которые я от неё услышал:

— …У органических форм жизни, обладающих ограниченным потенциалом хранения и скорости передачи данных, невозможно возникновение разума.

Коидзуми бессознательно потрогал подбородок:

— Быть может, эти кремниевые структуры не больше, чем просто материал, и только после того, как в них вселяются информационные элементы жизни, они обретают самосознание?

Нагато едва заметным движением посмотрела в небо, словно спрашивая у кого-то разрешения, и опустила взгляд обратно:

— Разум…

Сделав небольшую паузу, она продолжила:

— …определяется способностями объекта к накоплению и произвольной обработке данных.

Сегодня Нагато была на редкость разговорчивой — наверное, впервые с того дня, когда раскрыла мне свою подноготную. Похоже, если тема беседы по её профилю, она тоже не упустит случая поболтать!

— Информационные жизненные единицы паразитируют на кремниевых жизненных формах, принимая на себя вспомогательную роль в их мыслительной деятельности. Примитивные информационные жизненные формы сами по себе — не более, чем изолированные кластеры данных. Чтобы получать и обрабатывать новую информацию, им требуется сетевой контур на физическом носителе. Обе стороны участуют в симбиозе и выигрывают от сотрудничества.

Но что такое эти кремниевые формы жизни? Их зацепило притяжением Земли и они сгорели в атмосфере, будто так и надо — какие-то витающие в облаках космические пофигисты?

— Их функциональность ограничена мышлением, — коротко ответила Нагато, — Единственное, что они делают — мыслят. Вселенная огромна. Шансы попасть в гравитационный колодец близки к нулю. Поэтому у них нет понятия о самосохранении.

О чём же они думают, паря во вселенной?

— Их модель мышления не может быть воспринята органическими формами жизни из-за различий в основополагающих концепциях.

То есть, общаться мы друг с другом не сможем. Тогда, наверное, нет смысла звонить в NASA: даже установи мы контакт, толку от него будеть ноль.

— Эх…

Как призраки Саканаки умудрились обернуться космическими пришельцами? Не слишком ли быстро мы перешли с одного на другое? И вообще, что там разум, что там модели мышления — как я в этом разберусь, если я даже взятый у Нагато очередной томик фантастики в твёрдой обложке понимаю с большим трудом?

Ни наука, ни философия, ни религия не вынесут здесь определённого вердикта. Невидимые информационные создания, переносящие их мыслящие кристаллы кремния… Уж лучше попросту называть их призраками!

— Хм?

Мне вдруг вспомнилось одна существенная подробность. Ведь Саканака явилась к нам с историей о призраках, а призраки — это духи умерших.

— Так может, духи и правда существуют?

Информационные жизненные единицы, источник разума внеземной формы жизни. Когда их тела-носители погибли, хозяева уцелели и остались парить над землёй. Ведь если так на это смотреть — действительно получаются призраки.

— А люди? У нас тоже есть мышление и сознание. Хочешь сказать, когда я однажды умру, моя душа останется жить?

Забавно получается… впрочем, стойте, тут уже ничего забавного. Это уже такой вопрос, что не до шуток. Да или нет — ответ может перевернуть с ног на голову всю мою оставшуюся жизнь.

Нагато не отвечала, только на лице её появилось странное выражение. А вернее, никакого выражения там, как обычно, не было, но — как бы сказать — я почувствовал некую перемену в настроении. Уж от меня-то такая деталь не скрылась бы, даже если бы больше никто её не заметил. Мы с Нагато видимся уже почти год, и у меня было достаточно времени, чтобы научиться читать её чувства хотя бы на такой глубине.

Полным-полно было событий, которые меня к этому подвели, я вам точно говорю.

Нагато…

— ………

…не отвечала, не проявляла никаких эмоций, и всё же казалось, что у нее формируется какое-то особое выражение лица. Я напряг свои наблюдательные способности до предела, и мне показалось…

— ………

…Мне показалось, что Нагато как будто готовится к улыбкам, которые появятся на лицах, как только она произнесёт свою шутку.

Ответ, который она, наконец, дала, был краток:

— Это секретная информация.

Раздался тяжёлый вздох — это вздохнул я сам. Секретная информация… опять она, а? Неплохо бы перенять это выражение. В другой раз, как меня спросят о чём-нибудь непонятном, обязательно отвечу “секретная информация”. Надо будет на уроке попробовать, когда вызовут отвечать.