Александр Плонский - По ту сторону Вселенной

- За знания спасибо, - поблагодарил Кей. - А в бессмертии не нуждаемся...

... Они стояли, чувствуя плечо друг друга, все трое, и смотрели в звездное небо. Туда, где среди неподвижных светил неутомимо обращаются вокруг Гемы ее рукотворные спутники - крошечные светлячки, единственные носители по-настоящему живого разума в этом погубившем себя мире. Пусть и не видно их сейчас, все равно они есть. И если терпеливо ждать, то обязательно появятся - один, другой, третий...

А Гема мертва. Пока мертва. И не люди, а их информативные эквиваленты, именующие себя "личностями", выплескивают в необозримые просторы Вселенной мольбу о помощи. Услышат ли ее? Откликнутся ли на зов?

Орбитянам же предстоит жить. И недолго им оставаться орбитянами! Наступит день, и они вернутся на Гему, оплодотворят ее биением своих сердец, начнут творить будущее - сами ли, вместе ли с "призраками"?

Цель экспедиции достигнута. До свидания, Гема, уже не чужая, не враждебная!

- Корабль снижается, - сказал Кей, прислушавшись.

- Приводной маяк действует, - откликнулся Корлис.

- Все идет, как надо.

- Жизнь прекрасна, не правда ли, родные? - улыбнулась им Инта.

9

Челночный рейс

- Вот уж и подумать не мог, что снова когда-нибудь выйду в космос, пряча за шутливым тоном волнение, пророкотал Горн. - И не пассажиром, а пилотом! Что скажешь, дружище?

- А вы его и не покидали, командир, - возразил Кей, сидевший в штурманском кресле. - Как говорит Корлис, космос это наша среда обитания.

- Нахватался мудреных словечек! Небось, тоже в ученые мстишь?

- Там видно будет.

Они совершали очередной челночный рейс на Гему.

- Как в родной дом возвращаюсь, - признался бывший главный диспетчер. Аж горло перехватывает. И ничего не могу с собой поделать!

- Еще бы! Для вас Гема оказалась спасительницей.

- Это правда. На ноги стал, точно и не отнимались они. Спасибо вам с Интой сердечное!

- А при чем тут я? - искренне удивился Кей.

- Не притворяйся, дружище! Гордыни в тебе с избытком!

- Ничего подобного! Но благодарить меня не за что. Чистая случайность, что, побывав в поле Беслера, мы почувствовали необычайную бодрость, прилив сил...

- Перестань! - загрохотал Горн возмущенно. - Прилив сил... А не ты ли связал его с беслеровыми волнами?

- Ну, до этого додумался бы и ребенок!

- Не всякий взрослый додумался бы!

- Но ведь лечение вам назначила Инта!

- Разве что так... Инта молодчина. Помнишь, как я ее тебе расхваливал? А ты: "Ей же еще в куклы играть!" Небось, стыдно теперь?

- Стыдно, - признался Кей.

- Если бы не я, остался бы холостяком. Такая жена! Ну, что она в тебе нашла? Просто повезло тебе. Был бы я чуточку помоложе, сам бы...

- Вот уж вы от скромности не умрете!

- Ну и не умру, - хмыкнул Горн. - Ишь, чего захотел! Возьму и проживу еще три века. Инта говорит, что облучение волнами Беслера на фоне остаточной радиации - настоящий эликсир жизни. Понял? Может, мы вообще бессмертными станем!

- Насмотрелся я на бессмертных, - поежился Кей. - С тоски умрешь от такого бессмертия!

- А что, "призраки" хорошие ребята. Но я не о них. Я о том, чтобы жить, пока не надоест, наслаждаться жизнью. Чувствовать ток крови, напряжение мускулов, голод и жажду. А наголодавшись, есть с наслаждением, утолять голод. Слово-то какое: у-то-лять! Здорово, дружище?

- Вы словно заново родились.

- Так и есть. Силища во мне колоссальная. Бродит, выхода ищет. Вот пристыкуем последние станции, переберусь на Гему окончательно. Теперь радиация не страшна.

- Любопытно все-таки: радиация и беслеровы волны... Два минуса, а вместе дают плюс.

- Нейтрализуют друг друга.

- И не просто нейтрализуют. Корлис говорит...

- Ишь ты, Корлис! Авторитет?

- Бесспорный.

- А помнишь, как ты о нем...

- Помню. Глупый был. Но с тех пор поумнел.

- Это точно.

- А что вы на Геме собираетесь делать, - перевел разговор Кей, "призраков" теснить?

- На что мне их преисподняя? - пророкотал Горн. - На поверхности места ой-ой-ой сколько! Осваивать да осваивать. Буду готовить новую Базу.

- В одиночку?

- Я бы уже сейчас начал переселение на Гему. Сначала добровольцев, потом... Только наш Совет не соглашается, там ведь Лоор заправляет. Говорят, нужно убедиться в том, что радиация, действительно, не опасна.

- Может, и в самом деле нужно убедиться?

- А что убеждаться? Сколько времени мы провели на Геме, и ничего, а? Спасибо беслеровым волнам!

- Месяцы еще не годы...

- Малыш у тебя растет? - перебил Торн.

- Ну, растет.

- Притом нормальный, здоровенький. Никаких генетических сдвигов. Карапуз что надо...

Взгляд Кея потеплел.

- Это верно. Мальчишка славный, Инта в нем души не чает.

- А ты?

- Плохой из меня отец. Дома почти не бываю. А появлюсь и сам себе не верю: неужели ото мой сын? На руки его взять боюсь: вдруг раздавлю...

- Ты и чего-то боишься? - хохотал Горн.

- Угу. Инта надо мной смеется. Мол, какой же ты космокурьер? Разве космокурьеры бывают трусливыми? Я нахмурюсь, сделаю вид, что рассердился, а она мне: "Не гневайся, муженек, пошутила я. Ты у меня самый смелый, самый мужественный..." Вот я и растаю, схвачу ее в охапку и...

- Перестань, дружище! Не то от зависти помру.

- А как же бессмертие?

- Нет, серьезно, - вздохнув, сказал Горн. - У меня к тебе страшно завистливое чувство. И радуюсь за тебя, и завидую. Внутри червячок шевелится: дескать, и ты бы мог, старый бродяга!

- Конечно, могли бы, - сочувственно подтвердил Кей.

- Не до того было. Сколько себя помню, мотаюсь в космосе, и хорошо бы в дальнем, а то от Базы к станциям, от станций к Базе. Как маятник: туда-сюда, туда-сюда. А часишки-то и впрямь тик-тик...

- Одной мы природы! Я о женщинах и не думал, а если и думал, то...

- С неприязнью?

- Скорее, с раздражением: путаются, мол, под ногами... Ну и зол я был на вас за Инту! Поначалу она, знаете, где у меня сидела? Смешно вспомнить! А потом смотрю: вот это парень! Так и поймал себя на слове "парень"! Все не мог представить, что женщина окажется хорошим товарищем. Словом, вы правду сказали: повезло мне!

- Да уж, дружище! Ты всегда был везунчиком, - проворчал Горн. - А помнишь, как при подлете к двадцать девятой у тебя...

Он не успел договорить. Корабль вздрогнул, и тотчас на сигнальной матрице вспыхнуло созвездие тревожных огней. Погас свет, и багряный отблеск лег на лица космолетчиков.

- Этого еще не хватало! - крикнул Кей. - Отказ сразу шести систем!

Его руки замелькали над рычажками и сенсорами пульта, но все было напрасно: корабль падал на Гему.

10

Космополис

Корлису пришлось надолго проститься с научной деятельностью. Его место за телескопом занял молодой ученый Тис. Абрис - Рон - Корлис - Тис эстафета тех, кто на протяжении столетия обновлял мозаику панорам Гемы.