Владимир Михановский - НФ: Альманах научной фантастики. Выпуск 18

Они подождали еще четверть часа, но все было тихо.

Тогда лейтенант попрощался.

Сержант Пинкертон, воспользовавшись не раз уже испытанным средством окном в туалете, выбрался во двор и оттуда вышел на улицу. В десяти шагах перед собой он увидел Неприметного и последовал за ним. Тот не спеша спускался вниз по улице, останавливаясь то тут, то тем и глядя на витрины и уличное движение, но ни разу не оглядывался. Преследовать его было совсем не трудно, тем более что он был в светло-серой шляпе, и к ней сержант быстро привык.

Когда Неприметный снова застыл перед одной из витрин — это была булочная, — ему, видимо, пришла в голову какая-то мысль. Он вошел в магазин.

Пинкертон проплыл мимо витрины и бросил взгляд через стекло. В лавке торчали несколько покупателей, так что у него было время прикурить сигарету. Через несколько минут появился Неприметный с пакетом в руках, но странно — он пошел очень быстро и на этот раз в обратном направлении.

Неду не пришлось долго идти за ним. Сотня шагов — и человек с пакетом уже входил в какой-то дом.

Сержант проскользнул в парадное и прислушался. Наверху, где-то на втором этаже, раздавались шаги. Потом донесся звонок. Открылась дверь, женский голос сказал: «Боже милостивый, откуда у тебя эта смешная шляпа?» И мужской голос в ответ: «Там, в лавке, мне попался один идиот, он поспорил со мной на свою шляпу, что булочки вчерашние; конечно, он проиграл…». Тут дверь закрылась.

Пинкертон как одержимый бросился обратно к булочной, но Неприметного там уже не было.

— Итак, вот она, «крепость» Джима! — сказала Джейн, когда они стояли перед огромным, похожим на оригинальную виллу, домом.

— Теперь это ваша крепость, — заметил репортер.

— К сожалению, — рассеянно добавил Чарльз. Он нажал цифровую комбинацию, но и сейчас ничего не сказал о необходимости вычесть десять дней.

У Джейн были грустные глаза, когда они проходили по комнатам, но она молчала. Чарльз на сей раз дольше пробыл в лабораториях и складах; он объяснял любопытному репортеру назначение приборов и втайне еще больше, чем раньше, восхищался многосторонностью покойного. Лишь спустя час они добрались до рабочего кабинета и сели там, слегка утомленные.

— Одного я не понимаю, — сказал репортер. — Уж если человек несет такие затраты, то это должно дать какие-нибудь результаты!

— Вы не знаете ученых, — возразила Джейн. — Они иной раз могут играть, словно дети, только игрушки у них дороже и опаснее.

— Для меня это тоже загадка, — признался Гарденер. — Прежде всего я не вижу никакой системы во многих направлениях, которыми был занят Баткинс. Должна же быть какая-то связь. Он всегда был большим любителем мастерить что-нибудь. Научное приборостроение обязано ему многими идеями. Итак, если он мастерил какие-нибудь приборы, то — какие? И где они?

— Должны существовать какие-то наброски, переписка, заказы, квитанции, — сказала Джейн. — Ты его лучше знал: он любил порядок?

— Фанатично! — ответил Чарльз.

Джейн поднялась и направилась к полкам, встроенным в стены и заполненным книгами. В одном из низких шкафов под полками она нашла стопку папок. Она вынула несколько и полистала бумаги внутри.

— Газетные вырезки. Еще вырезки. Здесь тоже. Стоп, вот тут счета… Продукты, товары разные… Вот счета за поставленное лабораторное оборудование. Одна, две, три папки — полные. Ты этим можешь поинтересоваться, Чарли, возможно, тут что-нибудь отыщется. А здесь что? Переписка с научными учреждениями. Это могу посмотреть я. Генри, вы можете осмелиться приготовить в той автоматизированной кухне кофе для всех? Я думаю, что вы там найдете все, что нужно для этого, потому что Баткинс пил кофе.

В то время как Джейн и Чарльз взялись за бумаги, репортер в кухне испытал серию приключений среди всевозможных приспособлений и кнопок, о назначении которых можно было лишь догадываться и которые оставалось лишь нажимать в порядке эксперимента.

Он попробовал решить проблему анализом и размышлениями. Если старый Баткинс любил пить кофе, то он наверняка делал это часто. Отсек оборудования, изготовляющий кофе и напитки, таким образом, должен находиться с практической точки зрения поблизости от двери. Он нажал первую кнопку — внутри началось легкое жужжанье, возможно, мельницы. Спустя некоторое время кусочек поверхности опустился вниз, и когда этот миниатюрный лифт появился снова, на нем стояла чашка с кофе. «Ага, подумал репортер и взял чашку. — А теперь то же самое еще раз!»

— Ну, вы что-нибудь обнаружили? — спросил он, принеся последнюю порцию кофе.

Гарденер, расстроенный, закрыл папку и взял в руки записку, на которой он кое-что помечал.

— Разве разберешься в этом? Вот посмотрите, что я выписал: молекулярная электроника, протезы, гидравлические устройства в технике миниатюризации, элементы питания, пенопласт и пластиковая фольга, специальный труд об искусстве скульптуры, миниатюрные рецепторы всевозможных видов и разные приборы высокой частоты, инструменты и всякий металлический хлам…

— А о рецепторах вот тут переписка, — добавила Джейн.

— А что такое рецепторы? — поинтересовался репортер.

— В широком смысле это — датчики, измерители, — ответил Чарльз.

— Так сказать, глаза и уши техники, — пояснила Джейн. — Кстати, сюда входят рецепторы световые, звуковые и запаховые.

— Но ведь это должно было стоить кучу денег! Сколько это примерно потянет? У вас ведь есть счета, мистер Гарденер…

Чарльз Гарденер досадливо фыркнул.

— Вы меня выбили из седла, друг мой, я почти было ухватился за ниточку… — сказал он с упреком.

— Ничего, — успокоила его Джейн, — ты еще вспомнишь. Давайте-ка сначала выпьем кофе.

Они с наслаждением смаковали крепкий напиток. Уилкинс увидел, что Джейн и Чарльз продолжают напряженно думать, и стал рыться в журналах, на которые он обратил внимание еще в первый свой визит. Листая один из них, он вдруг замер от удивления, а потом воскликнул, взволнованный:

— О, да тут описывается в деталях ограбление банка, которое недавно наделало так много шума! Помните — двадцать тысяч в помойном баке? Только вот ничего нет о таком мусорном финале!.. Кстати, если покойный был такой любитель мастерить, то почему он не соорудил себе робота, который был бы его слугой? — весело предположил репортер.

— Стойте! — вдруг вскрикнул Чарльз очень громко. — Вы счастливец — так оно и есть! Конечно! Он создал робота! Это и есть точка, в которой сходятся все эти странные заказы, рецепторы и пенопласт с техникой скульптуры!..

— Но где же он? — удивленно спросила Джейн.