Владимир Плахотин - Браслет

       - Попробуй...

       Я, конечно, понимал, чем было вызвано её равнодушие к интересующему меня вопросу, но поделать с собой я ничего не мог: уж очень захватила меня новая мысль. А наверстать упущенное мы ещё успеем с лихвой. Я ей об этом сказал, но, похоже, мои соображения на этот счёт её не совсем удовлетворили, но виду она не подала. Вот и умница!

       Я поудобнее устроился на песке, Настя положила голову мне на колени и я начал:

       - Сезам!

       Перед нами в воздухе на фоне голубого неба появилась светящаяся рамка.

       - Поговорить надо.

       Появилась надпись:

       "Слушаю".

       Настя заинтересованно подобралась: похоже, что такое она видела впервые.

       - Мне нужен полный перечень твоих возможностей. Это реально?

       Буквы перегруппировались и сложились в короткое "Да".

       - Ну, тогда приступай!

       Экран мгновенно заполнился мелким шрифтом, сложившимся в список из двенадцати пунктов. Я стал читать вслух:

       - "Первое: телепортация". - Я кивнул: - С этим мы уже знакомы. "Второе: абсолютная защита". В этом я тоже убедился. "Третье: биологическая консервация", - я хмыкнул: - звучит как-то не того... Но, в принципе, тоже знакомо. "Четвёртое: перенос во времени (визуальный)" Знаю, - кивнул я. - Дед говорил. А вот с пятым пунктом, - улыбнулся я, - мне пришлось познакомиться в первую очередь. - В списке под номером "пять" значилось: "телепатия". Настя с лукавой усмешкой потёрлась о моё колено, но ничего не сказала. А я продолжал читать: - "Шестое: гипноз". Надо полагать, это то самое, что свело нас вместе? - Настя согласно кивнула, а я в этот момент узрел пункт седьмой и не удержался, чтобы не воскликнуть: - Вот это да! Настенька, ты только посмотри, что здесь написано: "левитация"! - Я в приливе чувств крепко обнял её, едва не задушив. - Нет, ты представляешь?!

       - А что здесь такого? - Она вовсе не разделяла моего восторга.

       - Да ты хоть понимаешь, что это такое?! - Я поймал себя на том, что почти кричу.

       Она поморщилась:

       - Смутно...

       - Это же способность летать без каких бы то ни было приспособлений! Вот что это такое! Как во сне: оттолкнулся и - полетел!

       - Н-да? - неопределённо покосилась она, явно не разделяя моей радости. Скорее, даже наоборот.

       - Вот сейчас мы это и проверим! - Я бережно снял Настину голову со своих коленей и обратился к браслету: - Сезамчик, миленький, а как это делается?

       "Миленький" погасил список и высветил другую надпись:

       "Надо только представить".

       - Понял, - кивнул я и зажмурился, силясь вообразить себя поднимающимся в воздух.

       И тут произошло то самое невероятное, много раз виденное мною во снах, вызывавших лишь тоскливую зависть наяву: я почувствовал, что земля уходит у меня из-под ног!

       Я открыл глаза: действительно, местность плавно уходила вниз. Настя в прежней позе сидела на песке, чуть откинувшись назад и опёршись на руки, и напряжённо следила за мной.

       Моё вознесение было настолько нереальным, что я вздрогнул, как это бывает во сне. Но не проснулся и не упал с кровати - подъём продолжался. Сердце сладко замирало.

       Я поднялся уже метров на двадцать, когда снизу послышался жалобный голос Насти:

       - Миленький, ну не надо!.. Страшно мне!..

       "Ну и ладно, - удовлетворённо подумал я. - На первый раз достаточно".

       Ноги мои мягко коснулись песка точно в том же месте, откуда начался взлёт. Настя вскочила и, как безумная, кинулась мне на шею, крепко сжав в объятиях.

       - Я так испугалась!.. - дрожащим голосом пробормотала она чуть слышно.

       - Глупенькая, что ж тут страшного? - Я гладил её по спине, всё ещё переживая сладостное ощущение от полёта. - Ведь это так здорово!

       - Нет-нет-нет-нет! - трясла она головой, прижимаясь ко мне всем телом. - Не бросай меня здесь одну!

       И тут мне захотелось поозорничать.

       - Хорошо, - сказал я и, проведя руками вниз по её спине, подхватил под ягодицы. Она послушно обхватила меня ногами, истолковав мои намерения несколько своеобразно. Но у меня и мыслях не было ничего такого. Я подал команду браслету, и в таком интересном положении мы взмыли ввысь. Настя испуганно взвизгнула и, затаив дыхание, ещё крепче прижалась ко мне.

       Горячий ветер засвистел у нас в ушах. Я направил полёт в сторону моря. Сначала мы летели на большой высоте, метрах в пятидесяти над водой. Потом повернули к берегу и понеслись над ней, распугивая чаек и едва не цепляя за гребешки волн. Ближе к побережью вновь набрали высоту, чтобы не разбиться о скалы, подковой огибающие облюбованное нами место.

       И только тут я обратил внимание, что тело Насти бьёт крупная дрожь.

       - Тебе холодно? - спросил я, сбавляя скорость.

       - Н-нет.. - тряся головой, выдавила она из себя через силу. - Я б-боюсь!..

       Я совсем остановился и мы неподвижно зависли на большой высоте над диким нагромождением прибрежных скал.

       - Чего ты боишься? - Я ласково заглянул ей в глаза и поцеловал в крепко сжатые губы. Но ласка не подействовала. Тело её продолжало сотрясаться и глаза, неотрывно и напряжённо смотрящие прямо на меня, ничего, кроме страха не выражали.

       - В-выс-соты б-боюсь!.. - страшным шёпотом выдохнула она.

       Я понял, что сотворил очередную глупость. Мог бы для начала и поинтересоваться. Тупица!

       Я стал медленно опускаться, крепко обнимая драгоценную ношу.

       И вот наконец я почувствовал, что прочно стою на песке. Но Настя продолжала висеть на мне, крепко вцепившись руками и обхватив ногами.

       - Настенька, - шепнул я ей на ухо, - всё, мы уже на земле!

       Но она только дёрнула плечом, не собираясь отпускать меня из своих объятий. Требовался эмоциональный допинг положительного качества.

       Сев с нею на песок, я стал покрывать её лицо поцелуями и ласкать руками её напрягшееся тело. Постепенно дрожь утихла, Настя моя оттаяла и, подставив мне полуоткрытые губы, всё так же молча легла на спину, увлекая меня за собою...

       - Ты, пожалуйста, так больше не шути, - серьёзно сказала Настя, сидя на песке и пытаясь привести причёску в порядок. - А то у меня от таких сюрпризов может сердце разорваться.

       - Прости дурака, - погладил я её по спине. - От радости в зобу дыханье спёрло.

       - Радость! - язвительно хмыкнула она.

       - Сколько себя помню, - оправдывался я, - всегда мечтал о таком полёте. Я и во сне часто летаю. Да только вздрагиваю и просыпаюсь. Вздрагиваю, скорее всего не от страха, нет. А от переполняющей душу радости. Однако, просыпаюсь и охватывает жуткое разочарование. И вот теперь, когда вдруг выяснилось, что я в состоянии воплотить свою мечту наяву, я просто потерял голову. Тем более, - опять стал я оправдываться, - ты сама сказала, чтобы я тебя одну не оставлял...