Мерседес Лэки - Роза Огня

В последнем разделе своей книги Ди описал первое испытание, которому подвергается подмастерье, прежде чем стать Мастером - Повелителем Воздуха, и Камерон счел, что Розе будет особенно полезно об этом прочесть.

"Пусть это послужит ей предостережением".

Он с интересом ждал, что будет, когда Роза дочитает книгу. Она закрыла фолиант и отложила в сторону, но не сразу взялась за следующий. Судя по выражению ее лица, она размышляла, можно ли задать вопрос. Наконец она смущенно кашлянула и сказала:

- Наверное, большая часть этого - чепуха?

- Действительно, многое тут выдумка, но любой мало-мальски образованный читатель сразу поймет, в чем нет смысла, - спокойно ответил Камерон.

- Однако последняя глава... - Роза не закончила фразу, но в ее голосе прозвучал вопрос.

- В последней главе все изложено точно, поскольку там описывается испытание, которому должен подвергнуться подмастерье, стремящийся стать Повелителем Воздуха, - сказал Камерон так прозаически, словно сообщал, что солнце встает на востоке. - Испытания, разумеется, отличаются друг от друга. Они определяются природой духов; единственное для всех общее - это высокая цена магической власти. Ничто не дается даром.

Роза ничего не сказала, да Камерон и не ждал, что она что-нибудь скажет. Вскоре она открыла вторую книгу и начала читать вслух.

Она закончила чтение около четырех утра, и Камерон сдался. Если Роза и могла с легкостью преодолеть стресс, пережитый накануне, то он не мог.

Когда Роза закрыла книгу, он откашлялся и сказал:

- На сегодня достаточно, мисс Хокинс...

- Раньше вы называли меня Розой, - перебила она. Он с досадой понял, что так и было.

- Действительно. Прошу меня простить.

- Не нужно извиняться, - к его удивлению, ответила Роза. Употребление имени или даже прозвища может иметь разный смысл. Иногда это служит указанием на то, что один из собеседников много выше другого, но может говорить и о равенстве, если подобная вольность возможна для обеих сторон.

Камерон невольно улыбнулся, оценив разумность ее слов.

- Что ж, прекрасно. Я охотно разрешаю вам называть меня Ясоном. Что касается прозвища, у меня его никогда не было.

- Честно говоря, не могу себе представить, чтобы кто-то осмелился дать вам прозвище. - Голубые глаза за стеклами очков озорно блеснули. - Я тоже не возражаю, чтобы вы называли меня Розой, а не Розалиндой: я никогда не находила в себе особого сходства с героиней, в честь которой меня назвали.

- Вы имеете в виду шекспировскую Розалинду? - снова удивился он. - Но почему бы и нет?

- Потому что меня назвали не в честь шекспировской Розалинды, а в честь проказливой жены повесы из "Летучей мыши", - покраснев, призналась Роза. - Мой отец больше любил оперетту, чем драму. Камерон расхохотался:

- Ну, тут я могу его понять! Мы хорошо поработали сегодня, Роза, и многого достигли. Благодарю вас, и спокойной ночи.

- Доброй ночи, Ясон, - ответила она, поднимаясь и расправляя юбку. Позвольте сказать, что, как ни странно, я искренне надеюсь: утром не обнаружится, что все это мне приснилось из-за слишком усердного чтения средневековых манускриптов и излишней живости воображения. Будь магия реальностью, жизнь была бы куда более интересна.

- Магия - это реальность, Роза, - серьезно сказал Камерон ее отражению в зеркале. Сказал так тихо, что Роза не услышала его. - Она реальна настолько, что скорее похожа на ночной кошмар, чем на сладкие грезы. Молю Бога, чтобы вы никогда этого не узнали.

Утром Роза проснулась в полной уверенности, что все события вчерашнего вечера ей приснились. Они были настолько фантастичны, что поверить в них было бы просто смешно. Железнодорожный магнат, ведущий двойную жизнь... Маг, реально повелевающий духами стихий... Абсурд! Она посмеялась над собой, потянулась и приготовилась вставать...

Но как только она отдернула полог и протянула руку за очками, обнаружилось, что очки плавают в воздухе перед самым ее носом, а посреди комнаты висит мерцающий огненный шар.

Роза схватила очки и поспешно надела их. Расплывчатый огненный шар превратился в саламандру. Ошибки быть не могло: это то самое похожее на ящерицу, сияющее огненно-желтым светом создание с ярко-голубыми глазами, которое она помнила. Только непонятно, та же это саламандра, что и вчера, никаких отличительных признаков заметить нельзя.

Но тут создание заговорило, и голос его оказался совсем другим - более высоким и пришепетывающим, как у застенчивого ребенка.

- Что ты желаешь сегодня надеть, госпожа? - почтительно спросила саламандра.

Роза заморгала и выпалила первое, что пришло в голову.

- Коричневый шерстяной костюм и кремовую шелковую блузку. - В конце концов, сейчас ноябрь, и лучше надеть что-нибудь теплое.

Саламандра начала вращаться, и дверца гардероба распахнулась.

Костюм выскользнул наружу - жакет и юбка, - как живой.

- Этот? - спросила саламандра, и костюм начал поворачиваться из стороны в сторону, демонстрируя себя Розе.

- Э-э... да, - ответила она, пытаясь прийти в себя.

Теперь открылся ящик комода, и из него выскользнула блузка. На глазах у Розы она развернулась, и складки, появившиеся на ней от лежания в ящике, исчезли.

- Эту? - вежливо поинтересовалась саламандра. - Или, может быть, другую?

Блузка была шелковой и кремовой - детали отделки сейчас значения не имели.

- Я... Да, эта прекрасно подойдет. - Роза с изумлением следила, как костюм повесил себя на спинку кресла, как за ним последовала блузка, нижние юбки и остальное белье. Уже не спрашивая указаний Розы, саламандра достала пару ботинок из тонкой коричневой замши: ботинки скользнули по полу к креслу, и весь ансамбль был в сборе.

- Не желаешь ли принять ванну? - пропищала саламандра. - Завтрак уже подан, я все приготовлю, пока ты будешь есть.

- Да, пожалуйста, - пробормотала Роза.

Саламандра, по-прежнему вращаясь, влетела в дверь ванной.

Роза накинула пеньюар, лежавший в изножий кровати, и прошла в гостиную. В камине горел огонь, в комнатах было тепло.

"Конечно, как же может огонь не гореть: ведь саламандра - дитя Огня. Может быть, она нуждается в близости огня".

На столе Розу, как обычно, ждал поднос с завтраком. Она села, все еще потрясенная, что, впрочем, не помешало ей отдать должное восхитительной еде. Не успела она доесть, как в дверь, теперь уже не вращаясь, снова влетела саламандра.

- Ванна готова, госпожа, - сказала она. - Не нужно ли тебе чего-нибудь еще?

- Нет... Сейчас ничего не нужно, - неуверенно ответила Роза.

- Ты только скажи, если тебе что-то понадобится, и это сразу появится. - Саламандра крутанулась в воздухе и исчезла.

Роза положила вилку, не сводя глаз с того места, где только что была саламандра.