СБОРНИК - «ДОЖИВЕМ ДО ЯНВАРЯ»

– Да, пожалуй. Я его беру, – Седой потянул к себе пятнадцати килограммовую конструкцию. «Наконец-то, – обрадовался он, – вот и сбылась мечта!» Надев новый костюм, сталкер понял, что все те вещи, под которыми он прогибался и натирал спину, практически ничего не весят. «Ух, как легко. Можно до периметра добежать наверно! Так, и контейнер для артефактов на поясе есть, – подумал Седой. Оглядываясь и вертясь вокруг себя, сталкеру удалось скрыть от глаз ученого, как он переложил черный куб в контейнер. – Пойду ученика проведаю. О! Чуть не забыл».

– У меня к вам еще один вопрос.

– Я вас слушаю.

– Имеются ли у вас еще детекторы нового поколения? – сталкер хитро посмотрел на ученого.

– Да, в той партии было три детектора. Один у вас, другой у нашей группы охраны. Последний ждет покупателя.

– Считайте, что дождался. Я его покупаю, – сказал он, доставая из кармана на дне рюкзака еще одну «Золотую рыбку».

– А зачем вам второй, если не секрет? – поинтересовался ученый, забирая артефакт и протягивая сталкеру прибор.

– Секрет, – улыбнулся Седой и, попрощавшись, направился к своему подопечному.

* * *

30 декабря, 13:43

В комнате, где охранники лагеря пережидают выбросы, было тесно и душно. Вид еще одной объемной фигуры в экзоскелете Петра далеко не обрадовал. Вокруг были одни черно-красные «долговцы», и этот факт очень напрягал молодого человека. Ему казалось, будто все вокруг с ухмылкой косятся на бедного новичка, который добыл крутую пушку, а сам ходит в потрепанной куртке. Неожиданно фигура в экзоскелете «слегка» хлопнула Петра по плечу и поманила за собой. Он протиснулся через ряды «долговцев» и только теперь понял, что это вольный сталкер, а именно, его учитель – Седой.

– Классный костюм, – поздравил он сталкера, держась за ушибленное плечо. «Только видимо делать что-то слегка в нем просто невозможно» – невесело усмехнулся про себя новичок.

– Не спорю, – прозвучал из динамиков измененный голос Седого, – у меня для тебя подарочек есть. С новым годом! – пробубнил он, протягивая растерявшемуся Петру костюм «СЕВА» и новейший детектор для поиска артефактов.

– Ух ты! Ну, спасибо, – обрадовался он, принимая подарки, и тут же погрустнел, – а у меня нету для тебя подарков…

– Лучший подарок для меня, это хороший напарник.

Тем временем «долговцы» потянулись к выходу.

– А выброс уже закончился? – поинтересовался у проходящего мимо сталкера Седой.

– Да, – лаконично ответил тот, даже не посмотрев на сталкера. «А ведь даже не почувствовали ничего! Вот до чего технологии дошли» – подметил для себя он и направился на выход.

* * *

30 декабря, 17:43

В Зоне, как и за ее границами, зимой солнце садиться рано. И без того хмурый мир погружается в полную темноту. До бара «Сто Рентген» оставалось совсем чуть-чуть, поэтому учитель и ученик решили не задерживаться и, во что бы то ни стало добраться до этого чуть ли ни единственного безопасного пункта в Зоне.

– Включи ПНВ, не надо фонарем светить. Мутанты на свет сбегутся, – пояснил Седой. Луч света погас, и прибор ночного видения тихо зажужжал где-то позади.

– Эй, ты чего отстаешь? – спросил он, оборачиваясь. Но сзади никого не было. «Черт, куда он делся?»

– Хватит шутки шутить, выходи! – крикнул учитель ученику. «Только этого мне не хватало. А ведь так и знал, что нет в Зоне нормальных людей. Нет! Одни предатели кругом!» Словно в подтверждение его мысли о броню экзоскелета чиркнула пуля, затем вторая и третья, но все они срикошетили. В десяти метрах вспыхнули огоньки выстрелов. Седой тут же среагировал: несколько раз выстрелил туда из «Винтореза» и быстро, насколько возможны быстрые передвижения в громоздком костюме, спрятался за ближайшим укрытием. Таковым оказалась колонна, которая была здесь на первый взгляд абсолютно не уместна и ничего собой не подпирала. Еще насколько раз вспыхнули огоньки выстрелов, и пули с тихим свистом выбили из бетонной колонны фонтанчики крошек. «Ну, все, попал я: сейчас ученичок родимый пристрелит», – с отчаянием подумал Седой. Прибор ночного видения не позволял различить укрытие, из которого стрелял противник. Вспомнив об инфракрасных сканерах, которые упоминал в описании модели Сахаров, сталкер нашел соответствующую кнопку. Сразу же внутри шлема загорелся огонек, указывающий приблизительное расстояние до цели и примерное ее месторасположение. Но целей оказалось две. Первой, за такой же колонной, вне сомнений был Петр. А вот второй… сколько не всматривался он в далекую фигуру, все же не смог разобрать, кто сидит на рельсах рядом с одиноким вагоном.

– Меткач, я тебя вижу! Оружие на землю, выходи из укрытия! – крикнул он бывшему ученику. Но тот и не подумал следовать советам старших: высунулся из своего укрытия и дал длинную очередь по столбу. Седой считал патроны. «Восемнадцать, девятнадцать, двадцать. Десять осталось. Пора». Сталкер выпрыгнул из-за укрытия и выстрелил из винтовки по парню. В зеленоватом отображении было видно, как тело дернулось, но не упало, присев на одно колено. Петр посмотрел на сталкера и начал поворачивать автомат. За непрозрачным шлемом костюма «СЕВА» не было видно лица. Седой выстрелил еще раз. Пуля пробила броню врага в районе легких и, видимо, застряла. Но противник лишь еще раз дернулся и даже не издал никаких звуков. Очередь из автомата ушла в ночное небо. Тогда сталкер нажал на курок, «Винторез» дернулся, и пуля, прорвав уже ослабевшую броню, попала в левую часть груди. Парень рухнул на землю и начал судорожно дергаться. «Пардон, не дожил ты до праздника» – с грустью подумал сталкер, нажимая на курок в последний раз. Седой осторожно подошел к нему и только теперь понял – Петр зомбирован.

Сталкер повернулся в ту сторону, где последний раз видел вторую цель. Теперь понятно – это был контролер. А не смог он захватить его разум, потому что черный куб надежно охранял от всяческих пси-воздействий. Но теперь контролер ушел. Седой побежал в сторону вагона, на ходу перезаряжая «Винторез». Инфракрасные датчики молчали.

Внезапно красный указатель возник справа. Прямо за составом стояла она – Мать.

В воспоминаниях контролера, три года тому назад, она выглядела точно так же: складки жира «украшали» тело, горящие зеленым светом глаза, гримаса радости. Седой, набравшись смелости, достал черный куб и, крепко сжав его в руках, заглянул ей в глаза…

– Здравствуй, – холодный голос разорвал тишину, наполнившую пространство. Он прозвучал не внутри разума, а как бы снаружи, но при этом никто не говорил вслух.