Элизабет Линн - Танцоры Аруна (Хроники Торнора)

— Неплохо.

Кел потрогал лежащую на тюфяке бумагу.

— Что это?

— Бумага для письма, а еще чернила и кисть. Я сопровождал Сефера в дом Лары, и Мерита мне подарила все это.

— Вот то, чему я всю жизнь мечтал выучиться.

— Чему?

— Писать. Это совсем другое дело, чем каждый раз просить об этом кого-то.

Эриллард бойко щелкал орехи.

— Вот оно что… — протянул Керрис. Ему и в голову не приходило, что старший брат может не уметь писать. Он поднялся и пошел в кухню. Элли обернулась с улыбкой, блестя бусинками пота на лбу. Керрис оглядывал посудную полку, вдыхая ароматы готовящейся еды.

— Что ищешь?

— Какую-нибудь ненужную посудину.

— Вот. — Элли подала щербатую миску, пригодную разве что для дворового пса. — А для чего тебе?

— Для чернил. — Керрис сдул пыль, налил в черенок воды на четверть и пошел в комнату.

— Что ты задумал? — полюбопытствовал Кел.

— Хочу сделать чернила.

Сухая черная палочка хорошо растворялась в воде. Запахло цветами жасмина или цветочной пыльцой. Керрис расправил на столе чистый лист и обмакнул кисточку в черную жидкость. Волоски соединились в капельку с острым кончиком. На бумаге появлялись буквы: «Ученейшему Жозену из черного клана, летописцу Торнорскому, от Керриса из Илата. Привет». Керрис перечел строки вслух, вызвав улыбку Кела.

— Керрис из Илата… — брат потрепал его по плечу.

«В Илат мы добрались три дня назад. Путешествие прошло интересно. На стоянках было много занимательного. Мы ночевали в поселке Брас, в маленькой деревне Галбарета, у озера Аруна и просто в поле у дороги».

Керрис снова приостановился и прочитал написанное. Потом продолжил: «Я повстречал брата моей матери Ардита, его жену Лиа, своих двоюродных братьев и сестру. Участвовал в полевых работах. Писал письмо на ткани кисточкой, а вместо чернил была гончарная краска. Эту бумагу я получил от Мериты. Она пишет здесь письма». Керрис подул на сохнущие строчки, сожалея, что под рукой нет песка.

«Надеюсь, что вы живы и здоровы. Передай от меня привет и наилучшие пожелания Поле и дяде Морвену». Он помедлил и приписал: «и моему другу Триджу».

Услышав содержание последних строк, Кел спросил:

— Кто такая Пола?

— Женщина, доставившая меня в Торнор после маминой смерти. Она уже старая.

— Припоминаю. А Тридж?

— Мой друг. Он прибежал с кинжалом, когда мы отправлялись.

— Я не ревную, но имей в виду…

Керрис испуганно вскинул глаза-брат от души рассмеялся, легко поднялся и пошел наверх.

— Эй!

Керрис подскочил от неожиданности и, обернувшись, увидел Элли с блюдом, полным ароматных слив. Он взял лиловый плод и надкусил. Темно-красная мякоть брызнула живым соком так, что слюнки потекли.

— Что это ты пишешь? — Элли присела, прижавшись бедром.

Он ощутил упругое тело под золотистым бархатом, почувствовал неловкость и отодвинулся.

— Письмо своему наставнику Жозену.

Крупные губы капризно надулись.

— Прекрати так стесняться меня, Керрис. Я не хочу.

Что было отвечать?

— Постараюсь.

— Мы станем друзьями. — Элли улыбнулась. — Если ты пожелаешь. — Улыбка обернулась усмешкой. — Хоть и не хочешь спать со мной.

Скрип наружной двери избавил Керриса от необходимости продолжать разговор. Уши и так пылали.

Весело насвистывая, вошел Калвин. Увидев, как он с победоносным видом что-то подкидывает на ладони, Элли крикнула:

— Рыба! Горе несчастным поселянам Илата! — Она рассмеялась.

— Совсем не рыба, а нечто новенькое. — Калвин швырнул монету. Элли поймала и принялась разглядывать. Серебряные деньги, отчеканенные в Тезере, имели изображение рыбы и по ней назывались. Эта монетка тоже была круглая, но не серебряная, а переливчатая, радужная. Элли, повертев ее, попробовала на зуб.

— Как скорлупка. И с дыркой в середине.

По лестнице спускался Кел. Он переоделся в серые штаны и тунику. Волосы распустил по плечам.

— Тут надпись. — Элли продолжала исследовать денежку. — А что она означает?

— Керрис может прочесть, — сказал Эриллард.

— Посмотри-ка. — Девушка протянула блестящий диск.

Монета оказалась на удивление легкой. Полированную поверхность покрывал чеканный узор.

— Тут выбита буква «К», — заключил Керрис.

Кела тоже заинтересовал объект всеобщего внимания. Взглянув на монету, он был разочарован:

— Это же боита. По стоимости равна половине рыбы. Совет Кендры-на-Дельте постановил, что в городе имеют хождение только эти деньги. Там их и чеканят. Все приезжие у городских ворот обменивают свое серебро и медь на боиты и пользуются ими, делая покупки в городе. На обратном пути гости Кендры-на-Дельте вновь обращаются к менялам и получают в обмен на боиты серебряные и медные деньги. Все эти операции ведет семья Сал.

— Разреши и я взгляну, — попросил Эриллард. — Каждый такой кружочек приносит семье Сал неплохой доход, — сказал он, возвращая монету. — Всякий раз при обмене берут проценты.

— Слово «боита» имеет какое-то значение? — спросила Элли.

— Скорлупа, — ответил Кел.

— Или кость, — добавил Керрис.

Калвин с важным видом запустил руку в карман и, порывшись, извлек небольшую связочку нанизанных на тесьму монет.

— Вот так их носят в Кендре-на-Дельте.

— Это твой выигрыш? — ахнула Элли. — Как тебе не стыдно обирать наших гостеприимных хозяев!

Кел взял добычу у счастливого игрока, побренчал связкой, взвешивая на руке, и вернул.

— В следующий раз ты, скорее всего, простишься с этими богатыми трофеями. В Илате трудно рассчитывать на удачу, играя в кости. Не забывай, ты-в городе колдунов.

Калвин, похоже, обиделся. С недовольным видом он развязал тесемку, присоединил боиту, которой он хвастал поначалу, к остальным и убрал выигрыш в карман.

— Не прячь слишком далеко, — Элли задержала его руку. — Скоро прелестные кружочки могут перейти ко мне.

— Зачем ты так? Наш друг Калвин только что положил все свои силы, чтобы ими завладеть, — изрек Эриллард, вынув изо рта сливовую косточку.

— Ну нет. — Калвин уже держал в руках и связку монет, и мешочек с костями.

— Ой, — спохватилась Элли. — У меня все давно готово. — И помчалась в кухню.

Подавать на стол ей помогал Эриллард. Принесли суп в деревянных мисках, блюда с фетаком, очищенными орехами, сливами и вино. Кел сходил за кубками. Все расселись, только Дженси не тронулась с места.

— Прошу к столу, — обернулся к ней Эриллард.

Дженси тряхнула головой и не тронулась с места.

— Иди к нам, Джен, — позвал Кел.