Челси Ярбро - Отель Трансильвания

- Рад видеть вас на ногах, Эркюль. Надеюсь, в скором времени вам покорятся и козлы.

Граф говорил вполне искренне, хотя его рассеянная улыбка свидетельствовала о том, что он озабочен чем-то другим.

- Мы все исполнили в точности,- сказал по-английски Саттин.- Дерево и рог изумительно дополняют друг друга Это потрясающее открытие! Позвольте поздравить вас!

Сен-Жермен пожал плечами.

- Открытия нет. Адресуйте свои поздравления скифам. Они таким образом клеили свои луки за пару тысячелетий до нас. Оставалось лишь применить их изобретение к нуждам Эркюля.

Он снял треуголку и сбросил с плеч плащ, оставшись в темном дорожном костюме, отороченном мехом на венгерский манер. Безупречно белый шейный платок его был заколот булавкой с рубином, волосы на затылке перехватывал черный бант. Граф нахмурился, стягивая перчатки, но тут же собой овладел.

- Я отсутствовал, три дня,- продолжил он на безупречном английском,- и приятно ошеломлен результатами вашей работы. Будьте уверены, моя благодарность не заставит себя долго ждать.

- Мы польщены, ваше высочество,- поклонился Саттин и, поколебавшись, добавил: - Если вы еще не определили, в чем она должна выразиться, могу ли я обратиться к вам с просьбой?

Сен-Жермен вопросительно поднял брови.

- Продолжайте.

- Тигль, ваше высочество. Чтобы растить алмазы, нам нужен нормальный тигль. Честно говоря,- быстро добавил он,- наш тоже неплох, но он не держит температуру.

- Знаю,- кивнул Сен-Жермен.- Хорошо, Саттин, с этим я разберусь.

Он отвернулся от англичанина и повернулся к Доминго-и-Рохасу, заговорив с ним уже по-испански.

- Великолепная работа, мой друг, высокое мастерство. В чем секрет такого успеха? Испанец смутился.

- Я... мы... сестра.. Мы, собственно, лишь старались не разойтись с вашими чертежами, вычисляя по звездам благоприятное для каждой операции время.

- Потрясающе,- с едва заметной долей иронии сказал Сен-Жермен.- Итак, вы, мадам Лэрре и Саттин. Кто еще?

Доминго-и-Рохас склонился в низком поклоне.

- Мы трое всегда к вашим услугам, князь.

- Понятно. А что же Сельбье?

- Все так же плох. Врач осмотрел его и сказал, что ничего сделать нельзя.- Доминго-и-Рохас развел руками.- Но что они знают, эти врачи? Он режут своими ножами людей, а когда те умирают, находят тысячу способов доказать, что все их мастерство было бессильно.

- Жаль.

Теперь Сен-Жермен - с легким пьемонтским акцентом - говорил по-французски.

- Если вы пожелаете, я направлю к нему других докторов. Впрочем, очень сомнительно, что это поможет.

Мадам Лэрре кивнула

- Да, ваше высочество, я тоже думаю так. Ведь у него в беде не тело, а разум.

Нахмурившись, она оглядела свои ладони.

- Вижу, мы неплохо понимаем друг друга, мадам.

Грубая физиономия кучера, скромно постаивавшего в сторонке, внезапно вытянулась, и он изумленно вскричал:

- Ха! Я все понял! Вы ведь и есть тот князь, о котором здесь столько твердят?

Эркюль забылся настолько, что ткнул в хозяина пальцем.

Сен-Жермен не обратил внимания на столь вопиющую неучтивость.

- А что же вас так удивляет, мой друг? Или вам кажется, что я самозванец?

- Я... я нисколько не удивлен...- замялся Эркюль, приходя в ужас от собственной наглости.

- Титулом этим я пользуюсь очень нечасто,- хладнокровно продолжал Сен-Жермен,- но заверяю, что кое-кому это имя известно.

Совершенно смущенный Эркюль робко пролепетал:

- Но я не сомневаюсь ни в чем и, разумеется, вовсе не спрашиваю...

- Разумеется, спрашиваете. И, разумеется, заслужили ответ. Я происхожу из древнего карпатского рода. На протяжении долгих столетий мои предки роднились с представителями лучших европейских фамилий,- граф насмешливо улыбнулся.- Полагаю, некий папа из рода Орсини принадлежит к нашей родне. А если копнуть глубже - там найдутся и цезари. Но все это в прошлом, поросшем быльем.

Была Флоренция, были Медичи, но Сен-Жермен не стал о них поминать. Саттину с Доминго, судя по их остановившимся взглядам, хватило и сказанного, кучер казался совершенно раздавленным, невозмутимой осталась только Ифигения Лэрре.

- Слава предков, без сомнения, законный повод для гордости,- спокойно сказала она,- Но отпрыск славного рода и сам должен быть достоин почтения, ' иначе вся его знатность не многого стоит.

- Полностью с вами согласен,- сказал Сен-Жермен.- Этот камешек брошен в мой огород?

Ифигения покачала головой, не обращая внимания на шиканье сотоварищей.

- Нет, князь, не в ваш. Сен-Жермен удовлетворенно кивнул,

- Вот и отлично,- он повернулся к Эркюлю: - Пойдемте со мной. Я хочу попросить вас кое о чем.

- А что касается вас,- добавил граф, обращаясь ко всем остальным,новый тигль вы получите в конце этой недели. Надеюсь, моего слова достаточно вам, мадам? Отвесив иронический поклон Ифигении и кивнув рассеянно магам, Сен-Жермен двинулся к выходу.

- Теперь разберемся с вами, Эркюль,- произнес он, поднимаясь по лестнице вверх.- Я дам вам работу. Пока ваши ноги совсем не оправятся, вы будете мажордомом отеля.

Эркюль, слегка задыхаясь от спешки, сказал:

- Да, хозяин. Что я должен делать?

- Я хочу, чтобы вы следили за всеми, кто здесь бывает, особенно за теми, что ходят с Сен-Себастьяном или Боврэ. Если заметите что-нибудь подозрительное, немедленно дайте мне знать. Не беспокойтесь, что вас могут узнать.

- С Сен-Себастьяном? - переспросил Эркюль, останавливаясь.

- Да.

Сен-Жермен спокойно ждал, когда кучер справится с приливом волнения, глядя на него сверху вниз.

- Вы заново родились, Эркюль. Вы - мой мажордом. Какое дело моему мажордому до Сен-Себастьяна?

- Он меня искалечил! - крикнул Эркюль.

- Вы уже не калека.

Сен-Жермен продолжил подъем и снова остановился.

- Эркюль,- мягко сказал он.- Я полагаюсь на вашу выдержку.

Он поднялся на площадку, от которой отходил коридор.

- Ради того чтобы отомстить Сен-Себастьяну, я выдержу все. И пойду на все. Даже на сделку с нечистым!

Сен-Жермен коротко рассмеялся.

- Вот даже как!

Он покачал головой и добавил другим тоном:

- Велите Роджеру приготовить карету. Объясните, что дело касается известной ему дамы, попавшей в беду. Ей надо помочь, ибо опасность все возрастает.

Эркюль наконец добрался до верхней ступеньки.

- Будет исполнено, господин. Сен-Жермен бросил взгляд на свой плащ, переброшенный через руку.

- Мне надо переодеться. И... вот еще что.

- Да, господин?

- Молчите о том, что знаете, если вам дороги жизнь и душа.

Эркюль снова остановился с озадаченным видом Граф одарил его холодной улыбкой.

- А если вам нет до них дела, молчите из чувства долга, ибо опасность угрожает и мне.