Элизабет Бойе - Ученик ведьмы (Легенды Скарпсея - 1)

- Я скорее умру, чем стану твоим рабом! - объявил Ивар, делая смелый выпад мечом.

Лоример тяжело покачал головой. Лицо его совершенно не изменилось, лишь взгляд злобно вспыхнул, впиваясь, как змеиное жало, в Ивара, когда чародей направил к нему коня.

- Стоит мне закричать, и Гизур услышит,- предостерег Ивар.

- Так кричи,- предложил Грус.- Я тебя с удовольствием послушаю.

Лоример угрожающе вскинул посох. Тень облака скользнула по солнцу, и день потускнел.

- Помалкивай, не то я навсегда отучу тебя шуметь. Ну-ка, брось эти дурацкие игрушки. Уверяю тебя, в одном моем пальце больше Силы, чем было и будет во всем твоем теле. Если по какому-то неслыханному случаю тебе удастся убить меня, я смогу очень скоро возродиться в ином теле и при этом стать еще могущественнее прежнего. Ха, я вижу, тебя это удивляет. Что за прок быть чародеем, если не сумеешь обеспечить себе вечность?

Ивар отступил, содрогнувшись от ужаса:

- Так ты, значит, драуг! Упырь, живой мертвец!

Он вскинул меч и кинжал, готовясь к схватке.

Конь Лоримера двигался вперед, ни на миг не запнувшись. Чародей поднял посох и забормотал слова заклинания. Ивар забыл о своей боевой стойке и метнулся за камень. Грус сдавленно захихикал.

- Бесполезно прятаться! - визгливо сообщил он.- Лоример вытащил меня даже из могилы и оживил. Боюсь только, приятель, что с тобой он проделает обратное - приведет тебя к могиле и лишит жизни.

Ивар нырнул за другой камень и вдруг увидел путь к бегству. Перед ним была каменистая осыпь, где конь рисковал бы переломать ноги. Ивар помчался по осыпи, спотыкаясь и оскальзываясь на булыжниках. В восторге от собственной сообразительности, он обогнул небольшой уступ и очутился на прогалине меж камней - почти под ногами терпеливо поджидавшего Лоримера. Одно стремительное движение - и обнаженный клинок Лоримера застыл в нескольких дюймах от бешено бьющегося сердца Ивара.

- Бежать от меня бессмысленно,- сказал Лоример. - Все дороги ведут ко мне, и недурно бы втемяшить это в твою юную упрямую голову. Нам предстоит долгое совместное путешествие, и я знаю, что ты все время будешь мечтать о побеге. Всем нам будет только на пользу, если ты с самого начала уверишься, что побег невозможен

- Невозможен не только побег,- ответил Ивар,- потому что я никогда не покажу тебе, где меч.

- Ну-ну, так ведь будет проще для всех,- вмешался Грус. - И для Свартара, которого скоро уничтожат его же воины. Все решится к осеннему Судному Дню, когда твои приятели должны будут представить свою виру.

- Нет,- ответил Ивар, сдерживая дрожь в голосе. Он продрог в сырой одежде на холодном ветру, который уже закружил редкие снежинки.

Лоример с неприкрытой ненавистью воззрился на него:

- Может быть и так. Да только в моей власти изловить кого-нибудь, кто с радостью скажет мне, где могила Элидагрима, - лишь бы только спасти свою бесценную шкуру.

В этот миг до них донесся слабый голос, призывавший Ивара. Глаза юноши расширились - и он понял.

- Твой враг - я, а не они,- проговорил он. - Глупо и подло допрашивать их. Лоример ткнул его острием меча:

- Сиди смирно у этого камня и помалкивай. Им понадобится не меньше часа, чтобы добраться до этого места. Они долго ехали вперед, покуда не обнаружили твое исчезновение.

Грус в его кармане отвратительно хихикал:

- Интересно, кто же нам попадется? Хорошо бы толстяк в желтых штанах - вот было бы развлечение!

- Заткнись, падаль, и слушай, что я тебе скажу! - оборвал его Лоример. - Я поднимусь на гребень холма, чтобы высмотреть Гизура и его ничтожных дружков. Ты останешься здесь и будешь охранять скиплинга. Если он хоть с места сдвинется - ори во все горло.

Он положил Груса на камень, лицом к лицу с Иваром,- при тусклом свете дня физиономия тролля казалась еще более сморщенной и отвратительной. Грус оскалил в недоброй усмешке желтые клыки и впился взглядом в Ивара.

- Я с него глаз не спущу,- пообещал он.- Пусть только попробует бежать - я помчусь следом изо всех сил.

- Больно много у тебя сил! - хмыкнул Лоример, отвешивая ему прощальный подзатыльник.

Ивар прижался спиной к ледяному камню, страдая от ненависти к себе и собственной глупости. Говорил же ему Эйлифир держаться поближе к спутникам, владеющим Силой, а он поступил как раз наоборот!

- Да не мучься ты так, - заметил Грус, словно читая его мысли. - Лоример всегда получает то, к чему стремится. Куда проще, поверь, отдать ему эту штуку без всякой канители, - он ведь так или иначе своего добьется. Возьмем, к примеру, меня. Он всегда завидовал моему могуществу и ненавидел меня, поскольку я отказался служить ему, а все равно он заполучил свое, когда прикончил меня и своими черными чарами вынудил заговорить. Впрочем, я всегда был не прочь поболтать и оттого частенько попадал в беду. Да и тебе сейчас стало бы легче, если б начал болтать о том о сем. Не обязательно о могиле Элидагрима, хотя это и лишило бы нас необходимости ловить и пытать твоих приятелей...

- Ты бы лучше заткнулся, - буркнул Ивар. - Меня так и подмывает отвесить тебе хорошего пинка, чтобы ты улетел куда подальше.

- Я буду кричать, - предостерег Грус. - Ты и ногу не успеешь занести, а я так завоплю, что головы с плеч посыплются.

Он болтал еще что-то, но Ивар не прислушивался. Он был слишком погружен в отчаяние, чтобы его могла привлечь какая-то семейная история, приключившаяся с Грусом несколько столетий назад.

День становился все темнее и холоднее. Ивар радовался, что на нем плащ Бирны с капюшоном и он укрыт от ветра и ледяного дождя. Время от времени он слышал крики - отдаленные, но с каждым разом становившиеся все ближе.

- Ждать не долго, - заметил Грус с мерзким хихиканьем.

Крики приближались. Ивар сознавал, что меньше всего он хочет откликнуться и завести друзей в западню Лоримера. Он уткнулся головой в предплечье, от всего сердца надеясь, что его не найдут.

- Ивар! - гаркнули почти над самым ухом. Юноша вскинул голову и увидел, что прямо на него несется шумный, вопящий и размахивающий руками "всадник". Это были Эгиль и Финнвард, вдвоем оседлавшие одну из кобыл, и, завидев Ивара, они завопили громче и приветственно замахали руками, подпрыгивая в седле. Они вопили и счастливо бранили Ивара, покуда лошадь не узрела наконец Груса. Это была старая кляча, с белой мордой, заносчивая и неповоротливая, но тут она с визгом ужаса взвилась на дыбы и осела на хвост, отчего оба всадника съехали с ее спины, как с ледяной горки. Кобыла развернулась и умчалась прочь, ржанием призывая товарок.

Лоример появился рядом с Иваром в тот самый миг, когда Финнвард и Эгиль распутывали руки и ноги, кляня друг друга и особенно Ивара за такое злосчастье.