Владимир Фильчаков - Тот, кто отражается в зеркале

- Ну, ну, - сказал я, задыхаясь. - Не ругайся. Не нужно. Пойми и меня, в конце концов. Я просидел там несколько часов, но мне они показались вечностью. А мне не нужна вечность в зазеркалье. Прости. И прощай.

И я взял стул, он сделал то же самое, и мы с диким криком швырнули свои стулья в зеркало, и зеркало разбилось. Я с остервенением топтал крупные осколки, и они ломались на мелкие, и меня становилось много... Потом я остановился, отдышался, поднял маленький осколочек, и на меня глянули оттуда наполненные дикой ненавистью глаза. В дверь постучали. - Войдите! Вошел дворецкий. - Я слышал шум, сэр. Что-то случилось? - Зеркало, - ответил я. - Оно разбилось.

- Я пришлю горничную, она уберет осколки. А потом вам поставят новое зеркало.

- Не нужно. Пусть будет как есть. Да, вот еще что. Из ванной тоже уберите зеркало. Да побыстрее! - Слушаю, сэр... Он ушел, а я подумал, что всех зеркал в моей жизни мне не убрать...

Часы показывали девять. Вот только которые сутки пошли с тех пор как я приехал в этот замок? Мне казалось, что далеко не первые. И тут вдруг мне в голову пришла невероятная мысль, которая давно должна была прийти, но почему-то не пришла: откуда в пригороде сибирского города мог взяться средневековый замок? Причем не скоропалительное творение взбесившегося с жиру "нового" русского, а настоящий, с замшелыми камнями, истинно старинными воротами, подъемным мостом, с той самой стариной, подделать которую невозможно? Да и мебель в замке не вчера сделана. Итак - откуда же? И вообще - что я здесь делаю и кто мой работодатель, в конце концов? И кто эти люди, так называемые гости, то агрессивные, то молчаливые? Дворецкий, черт возьми, типично английский чопорный слуга, великолепно вышколенный, старомодный, словно вырванный из прошлого века... Горничные и слуги с деревенскими, но отнюдь не сибирскими лицами... В то же время все прекрасно говорят по-русски и другого языка как будто и вовсе не знают...

В дверь постучали и я вздрогнул. Нервы расшалились. Я обнаружил, что продолжаю стоять на осколках зеркала. Наверное это горничная пришла убирать. Но это оказалась вовсе не горничная, а господин Валентин в красном трико, но на этот раз без маски. Он нерешительно остановился на пороге, покосился на осколки.

- Что вам угодно? - довольно сурово спросил я. Валентин смутился, но не думал уходить и мне пришлось пригласить его сесть. Тут же в дверь снова постучали, это оказалась горничная, я махнул рукой - не сейчас! - и она ушла. - Ну-с? - я снова повернулся к Валентину. - Чему обязан?

- Видите ли... - нерешительно сказал он. - Я пришел... - Он вдруг замолчал и на лице его появилась мука, словно ему кто-то велел прийти сюда и что-то говорить, а вот что говорить, а, главное, зачем - не объяснил. Я пожал плечами, подождал минуту - он молчал, глядя мимо меня.

- Послушайте, - сказал я наконец. - Если вам нечего сказать мне, зачем вы здесь? - Мне есть что сказать, только я не знаю... - С чего начать?

Он отрицательно покачал головой. Меня он начал раздражать, и я стал думать о том, как бы повежливее выпроводить его, когда он вдруг сказал:

- Это трико... - он указал на свою ногу. - Вам оно ничего не напоминает?

- Еще бы! - я вздохнул. - Напоминает.

- Вот и мне тоже. - И он снова замолчал.

- Послушайте, - раздраженно сказал я. - Или вы объясните зачем пришли, или...

- Да, да, я объясню, - заторопился он. - Минутку, дайте мне собраться с мыслями.

Я снова пожал плечами, устроился поудобнее в кресле. Вообще все происходящее не должно было мне нравиться, но, почему-то, нравилось. Меня забавляло приключение с зеркалом. Особенно когда я вспоминал, какой страх охватил меня, когда я понял, что застрял в зазеркалье как джинн в бутылке. Вообще-то я человек реалистический, всякие там потусторонние штучки, магия, полтергейсты и телекинезы для меня всегда были как зеленые человечки кто-то там их видел, но существуют ли они на самом деле? - скорее всего нет. А тут... Что же это было? - Галлюцинация, - неожиданно сказал Валентин. - Что, простите? - Галлюцинация, - повторил Валентин. - Вы спросили, что это было, я ответил. - Я что, думал вслух? - А? Не знаю. Наверное. Я услышал. - Галлюцинация, говорите? Интересная мысль. - Вот вы вспомните, как вы здесь оказались?

- Как, как... Сайт в интернете... Заработок... Необременительная работа... Приезжайте... Адрес... - И вы поехали.

- И я поехал. Вот сейчас вдруг понял, что это было глупо. Но тогда почему-то это не казалось мне глупым. Мне очень нужны деньги.

- Всем нужны деньги, - он кивнул. - Не так уж это было и глупо. Вполне возможно, что вам заплатят. Даже очень возможно.

- Постойте! - я даже привстал. - Этот замок... Картинка была на сайте! Так что же, это все - галлюцинация? - Вся наша жизнь - чья-то галлюцинация.

- Вот как? А вот например, моя жизнь - это чья галлюцинация?

- Не знаю, - Валентин пожал плечами, поднял на меня глаза. - Но не думаю, что ваша. Я был потрясен. Вот так-так... - Ну и чья же тогда?

- Не знаю, - повторил он. - Это трудно установить. Можно, но трудно. Вам это надо?

- Надо, представьте себе. Если я кому-то снюсь, то мне хотелось бы знать - кому. - Не снитесь, - поправил он. - Сон - это совсем другое.

- Понимаю. И все-таки обидно - почему это моя жизнь не плод моей собственной галлюцинации?

- Ну, во-первых потому, что ваша жизнь - плод галлюцинаций большого числа людей. Другое дело, что влияние многих на вашу жизнь достаточно мало, и только один-два человека могут оказывать на нее достаточно сильное воздействие, причем вовсе необязательно, что это близкие вам люди, вы можете их даже и не знать. А во-вторых, если ваша жизнь была бы плодом только вашей галлюцинации, ваши желания исполнялись бы с пугающей быстротой. Ну, а поскольку этого не происходит... - ведь не происходит же? - вот видите... - Как-то это... унизительно.

- Унизительно? Ну, не более, чем допущение, что всей вашей жизнью управляет Бог. - Бог - это совсем не унизительно.

- Может быть. Кому как. - Послушайте, а что ВЫ здесь делаете?

- Я? - задумался Валентин. - Если бы знать. Боюсь, я - плод вашей галлюцинации. - А остальные? - И остальные тоже. Может быть. Впрочем, я не уверен. - А можно ли воздействовать на чужие галлюцинации? - Попробуйте. Только будьте осторожны, умоляю вас.

Он снова надолго замолчал, потом вдруг вскинул голову, огляделся, пробормотал какие-то извинения и вышел.

- Какие-то у меня недоделанные галлюцинации, - сказал я себе. - Хотя нет, я не прав. Вот эта комната, да и замок вообще - вполне доделанная и устойчивая галлюцинация. Только вот моя ли? Это несправедливо - мои галлюцинации недоделанные, а чьи-то - доделанные. Да ну! Все вздор! Какие галлюцинации! Бред какой-то! Обидно как-то чувствовать себя плодом галлюцинации. Хотя... Если разобраться...