Нагару Танигава - Негодование Харухи Судзумии

Замявшись на минуту перед дверью совета, я столкнулся…

— О, Кён-кун. Ты тут откуда?

… лицом к лицу с вышедшим из учительской длинноволосым созданием. Одноклассница Асахины-сан и почётный консультант «Бригады SOS», а к настоящему времени ясно, что и человек непростой…

Перед кем угодно могу задирать нос, но перед ней склоню голову.

— Здоров!

— А-ха-ха-а, здоров! — с улыбкой, достойной приставки «супер», Цуруя-сан помахала рукой в ответ на моё спортивное приветствие — и тут же обратила внимание на дверь, возле которой я стоял.

— Ну-ка, ну-ка, что у тебя за дело в школьном совете?

Выяснять это я сейчас туда и иду. Во всяком случае, у меня самого к ним дел никаких нет!

— Э-э?

Бросившись ко мне чуть ли не более решительным, чем у Харухи, шагом, Цуруя-сан, сколько я не уворачивался, поднесла губы к моему уху. Довольно тихо для себя она прошептала:

— Ну-у-ка? Так ты что — на школьный совет шпионишь?!

Оказавшееся прямо перед моим носом лицо Цуруи-сан омрачала некоторая серьёзность. Для неё, в любой ситуации не забывающей весело смеяться, это выражение было непривычным. Положение требовало как-то объясниться.

— М-м…

О чём ты, Цуруя-сан? Будь я шпионом, исполняющим чужие приказы, с чего бы мне было сейчас так волноваться?

— И то верно… — Цуруя-сан высунула язычок, призадумавшись, — Да. Прости, что заподозрила! Тут просто слухи ходят… Говорят, в новый школьный совет просочились какие-то непонятные типы, тайком себе всё подчинившие. Не слыхал? Якобы и на этих выборах у них всё было схвачено. Похоже на враки, конечно.

В первый раз слышу. Сложно представить, чтобы на выборах в школьный совет второразрядной окружной школы кто-то занимался такими махинациями, так что спишем на пустую болтовню. Хотя Харухи рассказ о школьных интригах пришёлся бы по вкусу.

— Цуруя-сан, — обратился я в ответ. Возможно, она знает о том, что мне ещё неизвестно, — Не в курсе, что за человек этот председатель?

Очень хотелось бы выведать его повадки, но…

— Я и сама толком не знаю… Мы же в разных классах. Важный такой парень,красивый, и, по-моему, строгий. В эпоху Троецарствия[1] он получается кем-то вроде Сыма И[2]. «Больше независимости ученикам» — такой он себе, похоже, избрал девиз. Прошлый-то школьный совет стелил мягко, да твёрдо было спать…

Что толку приводить в пример исторических личностей, которых я не могу сразу же представить в жизни! Да и поговорка про «жёстко спать» уж не знаю, насколько здесь к месту.

— Кстати, а ты что делала в учительской?

— Я-то? Так я сегодня дежурю. Относила журнал за неделю, — беспечно ответила Цуруя-сан, и хлопнув меня по плечу, нарочито громко воскликнула:

— Ну ладно, удачи, Кён-кун! Будете воевать со школьным советом, позовите меня! Вас с Хару-нян я в беде не брошу!

Очень обнадёживает. Однако я бы предпочёл до этого не доводить. Мой рассудок изнашивают даже мысли о том, что может выкинуть Харухи, к большому своему удовольствию найдя достойного противника — а размышлять, я чувствую, придётся далеко не только об этом.

Пока-пока. Сказав всё, что хотела, Цуруя-сан помахала рукой на прощание и убежала, шурша ботиночками.

Как обычно, хоть я ни о чём не рассказывал, она в два счёта меня раскусила. Тут её проницательность сравнима с Харухиной. Наверное, другой ученицы, которая могла бы играть наравне с Харухи и не уступать ей в энергии, в «северной старшей» не найти. Но в отличие от горе-бригадирши, она ещё не растеряла здравого смысла.

Вот только судя по хлипкости этих стен и двери, надо думать, последнее восклицание Цуруи-сан было внутри прекрасно слышно. Надо ж было ей именно в этом оказаться похожей на Харухи…

Что ж, придётся собраться с духом.

Чтобы не показаться недружелюбным, для начала я вежливо постучал.

— Войдите, — сейчас же донеслось изнутри. «Войдите»! Каким, однако, деловым тоном разговаривает кто-то в школьном совете. И кроме того, какой тяжёлый голос — в иностранных фильмах его хозяин мог бы озвучивать пожилых актёров.

Я открыл задвижную дверь, и впервые в жизни вошёл в кабинет школьного совета.

Комната школьного совета могла похвастаться несколько большей площадью, чем кабинет литературного кружка, но вообще говоря, от штаб-квартиры отличалась она не так сильно. Наоборот, из-за того, что личного стола со стоящей на нём пирамидкой с подписью «председатель» тут не было, комната казалась ещё более пресной, чем наша. Помещение как помещение, больше и сказать нечего.

Пришедший прежде меня Коидзуми повернулся с приветствием:

— Здравствуй. Рад тебя видеть.

Так же поступила и Нагато, стоявшая рядом с Коидзуми неподалёку от входа, по видимости, дожидаясь меня:

— ………

Затем Нагато перевела свой мудрый взгляд в сторону окна, где стоял председатель.

Председатель… что он за птица?

Вижу, что парень он высокий. Почему-то смотрит за окно, сложив руки за спиной и не шевелясь. Льющиеся из южного окна лучи заходящего солнца слепят, мешая хорошо разглядеть его внешность.

Ещё один человек сидит с краю длинного стола рядом с нами. Это девушка, лицо её скрыто, она держит в руке автоматический карандаш и склонилась наготове над раскрытой тетрадью — похоже, над чем-то вроде журнала.

Председатель почти не шевелится. Не знаю, что интересного в картине за окном — отсюда видно только тенисный корт и безлюдный бассейн — но он хранит многозначительное молчание.

— Председатель, — выждав подобающий срок, праздничным голосом обратился Коидзуми, — Весь вызванный персонал собрался. Можно перейти к делу.

— Ну что ж, — председатель медленно обернулся, и мне, наконец, удалось увидеть его лицо. Одинадцатиклассник в очень длинных и тонких очках. Довольно смазливый тип, хотя не такого рода смазливости, как Коидзуми, поп-звезда эконом-класса. Чувствуются какие-то нотки безжалостности в уголках его глаз, выдающие в нём молодого карьериста, все устремления которого только в дороге наверх — и инстинктивно не хочется с ним сближаться.

Бесчувственное — но опять же, не в том смысле, что у Нагато, — лицо.

— Думаю, вы уже слышали от Коидзуми, но повторю. Вызывал я вас по одной-единственной причине. Чтобы сделать последнее предупреждение о деятельности литературного кружка.

Серьёзно, последнее? Нам разве делали предупреждения? А если даже делали, вряд ли бы Нагато послушно явилась по требованию школьного совета. Хотя как раз поэтому нам и удалось сделать из её комнаты свою базу.

— ………

Не смутившись отсутствием реакции Нагато, председатель холодно продолжил: