Борис Долинго - Снежные бабы Ивделя

Приговаривая так, Ивдель зачем-то открыл створку кабины и неожиданно вывалился в снег, по которому начал в исступлении кататься, молотя руками и ногами.

- Отказалась!!! - выкрикивал он. - Как могла, тварь, отказаться?! Убить мало, убить! Почему отказалась?! Дайте мне её - зубами порву, суку, глаза выпью!....

Вдруг он вскочил и снова кинулся к саням. Али испугался, что Ивдель бросится на него, и потянулся за пистолетом, но, к счастью, снова не угадал. Ивдель выхватил из инструментального ящика длинный гаечный ключ и побежал в сторону от лыжни. Оскальзываясь, он подскочил к ближайшей снежной бабе и с хриплым стоном опустил импровизированную дубинку на голову изваянию. Ведро со скрежетом проломилось, одновременно, давя снежную голову, из которой пулей вылетела морковка, а абориген с криками 'Как это - отказалась?', 'Убью!' и тому подобными махал железякой, пока от снежной бабы осталась разве что четвертинка нижнего шара. Последним делом Ивдель схватил упавшую тут же метлу и переломил черенок о колено. Не удержавшись на накатанной лыжне, он финальным аккордом грохнулся на спину, смачно треснувшись затылком.

Серов с опаской следил за эволюциями Ивделя, чуть высунувшись из кабины.

Ивдель, как ни в чём ни бывало, встал, подобрал гаечный ключ и вылетевшую в самом начале морковку. Откусив от корнеплода, он скривился и отбросил кочерыжку в сторону.

- Блин! - сплюнул абориген. - Совсем замёрзла!

Неожиданно спокойно Ивдель положил ключ на место, отряхнул снег и вернулся в кабину.

- Ты с ней разберись, - погрозил он пальцем Серову. - Вернёшься к себе - и разберись! Видано ли дело - оказалась! Эх, поди ж ты!...

Он покопался в грузовом отсеке и вытащил солидную бутыль с какой-то зеленоватой жидкостью, напомнившей Серову по цвету раствор для охлаждения реактора, и две простые алюминиевые кружки. Примерившись, Ивдель точными движениями плеснул в обе посудинки равное количество пойла и протянул одну Серову.

Али с опаской взял подношение.

- Ну, хлопнем по маленькой для успокоения! - предложил абориген, залпом опорожнил ёкость, занюхал рукавом куртки и покосился на ЗК: - Чего не пьёшь-то?

Серов потянул носом запах содержимого своего 'кубка'.

- Это что, алкоголь? - недоверчиво спросил он.

- Само собой, не моча же! - хохотнул Ивдель. - Да ты пей - так надо! За всё хорошее!... Слушай, а ты, часом, не мухрис?

- Бог с тобой, - махнул рукой Али, - разумеется, нет. Я же специалист, а специалисты все неверующие.

- Ну, так пей! Это мухрисам нельзя, якобы, а нам и вам можно.

- А вам - это кому?

- Ивделям, само собой. Мы люди свободные. Хоть и живём в заднице, ей богу.

- В заднице?!

- Да это я так, фигурально, значит. Далеко, то есть... Да, пей, что же ты?!

- Хм, без закуски? - продолжал сомневаться Серов.

Ивдель руками развёл:

- Ну, уж, извиняйте! Ничего с собой нету, а морковки замёрзшие. Вот приедем в посёлок - там всего навалом. А пока ты это - рукавом занюхай или, вот... - Он перегнулся через край кабины и поднял комочек снега, - на худой конец снежком заешь. Только немножко, само собой.

Серов вздохнул и выпил. Пойло оказалось просто обжигающим, и по пищеводу словно огненная река потекла. Али машинально схватил протянутый Ивделем снежок и отправил его в рот тушить разгоравшийся пожар.

- Эт-то шо-о? - прохрипел он.

- Сам же уже догадался - алкоголь, - зубоскалил Ивдель. - Водочка называется. До этого мы только брагу гнали, а эту штуку к нам завезли землисты. Утверждали, что, якобы, дар их богини Земли. Фуфло толкали про дар, конечно, но пойло хорошее. Землистов мы выгнали, а водочку у них переняли. Главное - аппаратик иметь такой для приготовления.

- Какой аппаратик, зачем? - спросил Серов, вытирая выступившие на глазах слёзы: когда первый шок прошёл; почувствовал он себя, как ни странно, спокойнее. - Взяли бы синтезатор - и производили бы.

- Какой ты умный! На всех синтезаторов не напасёшься, синтезатор дорогой в эксплуатации, а тут всего-то надо - опилки, трубки и две банки для перегонки.

- Неужели всего две?

- Честное слово! Ну, три, чтобы лучше, я тебе нарисую потом. Ладно, ты в порядке? Ну и поехали!

Аэросани понеслись дальше.

Какое-то время Али озадаченно молчал. По телу от выпитого пойла со странным названием 'водочка' уже растекалось не жжение, а удивительное тепло. Сделалось хорошо и приятно, и совсем не страшно на этой дикой планете среди снегов с каким-то сумасшедшим аборигеном, управлявшим аэросанями, мчащимися сквозь ночь. В конце концов, человек же он, и водочка у него хорошая...

Вдруг ЗК представил себе, как прилетает на базу, берёт гаечный ключ и идёт разбираться с технологом по имени Рамийя, которая отказалась выйти за него замуж - и засмеялся: более нелепое зрелище трудно было себе вообразить. Хотя смеяться не стоило: поступи он так, Серова посадили бы в тюрьму.

А интересно, сажают за такое на Ивделе? Впрочем, если здесь везде одни снега, то тут и тюрьмы не надо. Али подумал про это и снова засмеялся.

- Ты чего это всё время ржёшь? - поинтересовался Ивдель. - Закривел уже?

- Закривел? - не понял Серов.

- Чего хихикаешь, говорю?

ЗК объяснил. Ивдель понимающе кивнул:

- Ну, жену твою я тебе мочить не предлагаю - это ни к чему. Просто - разберись.

- Да не жена она мне, - возразил Серов.

- Да ну как же не жена?! Говорю же: все они - жёны.

- А вдруг она не за меня замуж выйдет - что тогда?

- Ну и что же с того, что?! - изумился Ивдель. - Мало ли за кого она выйдет. Пусть себе и выходит, и заходит. А жёны они все, по большому счёту, общие. Какие-то ограничения, что ли, есть? Есть, я тебя спрашиваю?

Серов, подозревая подвох, с сомнением пожал плечами:

- Конечно, есть. Нельзя же чужую жену... того, сам понимаешь. Ну, то есть, как бы можно, но по закону нельзя... Как бы.

- Вот именно - как бы! Да и потом, повторяю: что значит, чужая жена? Говорю же: все они общие! Об-щи-е! Не бывает чужих жён, не может такого быть!

- Хе! - только и крякнул Серов. - Как у тебя просто. А везде же по-разному!

- Это верно, читал я - неожиданно согласился Ивдель, - обычаи везде свои, и всё такое. Да только вот к жёнам это не относится.

- Да как так - не относится?

- Да вот так! Что тебе мешает, чтобы чужая жена стала твоей? Вот скажи, что?

- Чтобы моей стала? - неуверенно переспросил Али.

Ивдель вздохнул:

- Вижу, не совсем верно я вопрос тебе задал. Да пусть она, так сказать, и его женой остаётся, но и твоей тоже будет. Вот скажи мне, что этому мешает?

- Ну, а если её муж узнает...

- Ладно, пока оставим и такой вариант. Предположим, он не узнает! Кстати, имей в виду: ты же тоже муж! То есть, ты, как бы знаешь, а тот другой - или сколько их там? - не знает. Тебя так устраивает?