Константин Рогов - Кое-что о романтике

- Добрый день, сэр. Рада видеть вас в добром здравии, - сказала Мэг.

- Привет, Мэгги. Привет, Пип, - легко кивнул эльф, как будто и не было всех этих лет...

- Вам, как обычно сладкие "снежные шарики"?

- И чашку мятного чая.

- А мне кофе, если можно - со сливками, сэр, - добавил маг.

- Разумеется, - кивнул Тинерлин.

- Знаешь, а он совсем не изменился, - сказала Мэг, когда хозяин кафе отошел. - Все такой же невысокий, седой и почти совсем без морщин.

- Для эльфов время течет по другому. Они почти не меняются, в отличие от нас с тобой.

- Да. Интересно, сколько же ему лет? Сколько всего он помнит... Помнишь он рассказывал нам всякие волшебные истории, когда мы были маленькими? Мы слушали затаив дыхание о жестоких драконах и прекрасных принцессах, о благородных рыцарях и властолюбивых королях, что были на земле в стародавние времена. Потом мы подросли решили, что все это сказки и только прятали усмешки, слушая его рассказы. Теперь я снова начинаю думать, что все это - чистая правда.

Пипкин пожал плечами.

- Думаю - правда.

- Что-то не так?

- То как ты это сказала, пожалуй, - медленно проговорил маг. - Такое странное ощущение, как будто я тебя совсем не знаю. И мне это не нравиться, если честно.

Мэгги рассмеялась.

- Глупенький! Конечно ты меня не знаешь. Я сильно изменилась за эти годы.

- И чем же ты занималась?

- Наша семья переехала в Шэмрок, как ты знаешь. Я росла, училась, поступила в Шэмрокский Университет и закончила его с отличием. Социология, прикладная психология и история...

- Ты специализировалась сразу по трем дисциплинам? - изумился Пипкин.

- Нет же. Это одна специализация. Знание истории позволяет мне уяснить глобальную картину происходящих изменений, знание социологии - найти точку приложения силы, а психология нужна для конкретного воздействия на того или иного человека. Это специальная университетская программа, для работников Высшего Посвящения.

Маг задумался.

- Что-то я не вполне представляю, как ты зарабатываешь себе на жизнь.

- Преподаванием, разумеется. Я превращаю жизнерадостных розовощеких детишек в толстых и солидных членов общества. Деловая хватка, поверхностные знания в различных областях науки и культуры...

- Ваши заказы.

- Спасибо, сэр.

Тинерлин улыбнулся и отошел обслужить молодую парочку. Пипкин узнал их это те, что целовались у фонтана. Лет четырнадцати-пятнадцати от силы. Впрочем, они уже не дети.

- Возвращаясь к разговору, - сказал Пипкин, пробуя "снежные шарики". - Ты замужем?

- Разумеется, - Мэгги снова улыбнулась. - И очень счастлива. Его зовут Натан. Он... хороший человек... и хороший муж. Есть двое детей - мальчик и девочка. А как ты?

- Я... ну я... Несколько лет обучения магии. Отец учил меня в своей Меловой Башне, потом я учился в Университете при Палате Магов. Три года путешествий, аттестация... Посох мага. Магическая практика.

- Путешествия. Как интересно! Много где побывал?

- Да уж.

- И благородных рыцарей видел?

- Ну их-то везде навалом.

- И прекрасных принцесс? - лукаво улыбнулась Мэгги.

- Я, знаешь ли, даже в родстве с одной из них.

- А кровожадных драконов?

- Самое вкусное приберегла напоследок? - засмеялся Пипкин. - Видел как-то одного - издали и недолго. Еле жив остался.

- Мы чуть не забыли про алчных и властолюбивых королей...

- Да дерьма везде хватает. Хотя лично я близко знаком с такими не был.

Мэгги задумчиво сминала ложечкой "снежные шарики".

- Ты женат?

Пипкину стало не по себе.

- Хммм... Нет.

- Почему же?

"И что ей сказать? Так и не женился, потому что никак не мог забыть свою первую девушку, которая уехала в другой город, даже не найдя времени, чтобы попрощаться и объяснить?"- подумал Пипкин.

- Да как-то... не сложилось.

- Вот как?

Брови Мэгги изогнулись, то ли насмешливо, то ли удивленно. Пипкин вздохнул.

- Н-да... Так вот. Ты что-то не ешь...

- Я уже вышла из того возраста, когда могла на спор съесть десять порций этого лакомства и попросить добавки, - засмеялась Мэгги. - Да и прохладно сегодня.

- Тогда может, еще горячего чаю?

- Да.

- Тинерлин! Сэр! - позвал маг.

Мэгги легко улыбалась, глядя на Пипкина своими небесно-голубыми глазами. "Не небо, вовсе нет. Лед. Холодная голубизна чистого льда. Как поэтично... И страшновато. Во что же она превратилась?"- подумал Пипкин и поежился от внезапно нахлынувшего холода..

V.

Ступеньки страшно скрипели. Проныра пару раз споткнулся и наступил во что-то вязкое и скользкое. Резкая характерная вонь подсказала ему во что именно.

- Дерьмо, - прошипел Стив, не имея ввиду впрочем само дерьмо, а скорее выражая свое душевное состояние.

В подъезде было темно и поднимаясь на третий этаж Стив чувствовал себя препогано. И почему знаменитый маг живет в таком месте?

Добравшись до двери, ведущей на чердак Стив тщательно вытер ботинок о край ступеньки, пригладил волосы и постучал. Ни звука. Стив постучал еще раз, затем пнул дверь ногой и грязно выругался. Вот уж не везет, так не везет! И куда только этот алкаш-чудодей запропостился? Ах да! Коротышка-доктор, брауни с волосатыми ушами, прописал ему "прогулки по утрам". Но именно по этой причине Стив и выждал до полудня, прежде чем нанести визит. А, ладно. Можно подождать и на улице.

Стив спустился вниз, вышел из подъезда и закурил. Ему нравились эти маленькие курительные палочки, хотя они так и не вошли в моду. Намного удобнее, чем громоздкие курительные трубки, которые надо долго раскуривать, а потом еще и следить за тем, чтобы она не погасла.

Некая молодая леди, выйдя из подъезда, посмотрела на него с неодобрением.

- Добрый день, леди, - поклонился Стив. Не удостоив его ответом, девушка зашагала по своим делам. Славная кобылка, хотя и строптивая. Проныре захотелось крикнуть ей вслед что-нибудь эдакое, но он сдержался.

Где же этот хренов маг?

VI.

Хренов маг, возвращаясь домой, задумался и неожиданно для себя обнаружил, что оказался не где-нибудь, а возле непрезентабельного заведения общепита под названием "Королевские объедки". Несмотря на выпитый кофе и съеденые "снежные шарики" живот мага настойчиво урчал, а поэтому Пипкин решил зайти и перекусить основательно.

Он зашел в зал, уселся за свободный столик и с принялся с интересом изучать меню. Поскольку прочитать что-либо на заляпанном соусом листе коричневой бумаги не представлялось возможным ввиду того, что кто-то совсем недавно использовал его в качестве салфетки, Пипкин просто извлек из кармана перочинный нож и занес его над столом.

В прочих заведениях подобного рода этот прием действовал безотказно, но здесь этот номер не прошел - Пипкин с удивлением обнаружил, что вся поверхность стола вдоль и поперек изрезана и исцарапана различного рода надписями.