Владимир Яценко - Русский фантастический, 2015 № 01. Черновики мира [Антология]

— Почему сразу «нет»?! Если один пузырь поднимает свечку, то сто пузырей…

— Не поднимут ничего, — пожал плечами Артем. — Пока я нагрею сотый пузырь, в первом выгорит свеча и воздух остынет.

Отец вскочил:

— Ты же сказал, что можно! Именно пузырями!

Артем тоже поднялся. «Я говорил, что можно, — подумал он. — Но не говорил, что теплым воздухом. Обвязка пузырей тоже имеет вес. Нам никогда не прогреть связку так, чтобы ее общая подъемная сила превысила вес такелажа. А ведь кроме мороза наверху еще и ветер. Там не отсидишься за ширмой, прогревая пузырь…»

Не дождавшись ответа, отец, негодуя, взмахнул рукой, круто развернулся и пошел к выходу. Бригадир встал со стула.

— А вы, собственно, куда, молодые люди? — негромко спросил староста. — Совещание не закончено. И разрешения уходить я не давал.

Артему стало не по себе. Судя по всему, он крепко подвел отца. Мнение о сыне-неудачнике получило новое скандальное подтверждение.

И вдруг он обнаружил, что Тюхтий подошел вплотную и смотрит прямо в глаза. Казалось, он разглядывает, что делается у Артема в голове. «Он просто уставился мне в переносицу, — успокаивал себя Артем. — Но из-за близкого расстояния возникает эффект проницательного взора…»

— Что же там у тебя происходит? — задумчиво проговорил старец. — Искра есть, но бьет куда попало… Свидетели утверждают, мальчик, что ты обещал поднять манок с помощью плавательных пузырей. Люди лгут или тебя неправильно поняли?

— Можно! — с вызовом заявил Артем. — Но не теплым воздухом, а ветром.

— Ветром?

— Оболочку плавательных пузырей нужно приклеить к ребрам рыбы и растянуть в крыло. Десять таких крыльев, расположенных этажеркой, позволят поднять манок вместе с лентой на любую высоту. Главная сложность не в изготовлении, а в запуске. Нужно поймать ветер, поднять первое крыло, а потом подзапускать по лееру новые крылья…

— Клей будешь варить из костей и чешуи? — спросил Михалыч.

— Нет, из того же плавательного пузыря. Только белуги. Он крепче, — ответил Артем. — И не варить, а выдерживать в слабом растворе соли…

Староста, не мигая, смотрел на него:

— Сам придумал?

— Нет. В библиотеке нашел книгу про самоделки. Там был рисунок такой леталки. Она называется «воздушный змей».

— Артем много читал в детстве, — пояснил подошедший отец. — Бывало, даже обед пропускал. Не могли оторвать.

— Мы, кажется, недавно закрыли библиотеку? — нахмурился староста.

Ответил секретарь, тихо шуршавший в углу бумагами:

— Нужно было переселить стариков ближе к теплой шахте. Вот книги и собрали…

— Но ведь не выбросили?

— Нет. Посчитали, что, если станет совсем холодно, пустим на растопку.

— На растопку?! — ужаснулся Артем и замолчал под колючим взглядом Тюхтия.

Морщины на лбу старосты собрались в густую сетку. Было заметно, что какая-то мысль не дает ему покоя. Все почтительно замерли, ожидая его решения.

— Тогда сделаем так, — сказал он. — Мальчишку определим к стрелкам, хватит ему отсиживаться на общих работах. А в качестве пряника пообещаем библиотеку. Когда зарядим башню, пусть подберет помещение, закажет плотникам мебель и вообще… будет у нас Библиотекарем. На правах начальника отдела. Взаимодействие с другими службами на обычных условиях: обяжем помогать, чем смогут. Но это потом. Сейчас главное — поймать молнию. Ты хорошо представляешь, что для этого нужно, мальчик?

Артем кивнул. От открывающихся перспектив кружилась голова. Его будут кормить за то, что он читает?!

— Сроку тебе — три дня. Подождем. Чтобы через три дня в шахте дежурки светился раскаленный металл. Если справишься, ходить тебе в героях и спасителях цивилизации. Если же нет… — Разгладившиеся морщины вновь собрались в тугой комок. Было видно, что возможность такого исхода старосте крайне неприятна. — Если не справишься, забудь о книгах. Назначим тебя глашатаем неприятностей. И для начала объявишь народу о переселении в связи с концом света. Объявишь и ответишь на вопросы. Их будет немало. И спрашивать будут неласково. Так что лучше бы тебе поднять манок и спровоцировать разряд на минуту, а лучше на две. Все понятно?

Артем почувствовал, как в горле стало сухо. Он кивнул, подумал, что этого кивка может оказаться недостаточно, и затряс головой. Михалыч чему-то улыбнулся, морщины Тюхтия разгладились, но отец оставался хмурым, что-то тяготило его.

На это обратил внимание и староста:

— Вижу, стрелку что-то не нравится. Не томи, Василий. И в себе не держи. Не веришь, что твой сын поднимет манок?

— Поднимет, — неохотно подтвердил отец. — Но, насколько я понял, поднимать «этажерку» он собирается с крыши дежурки? Как же он уберется оттуда, когда жахнет молния? Арбалет я спускаю с безопасного расстояния. Какая ни есть — автоматика…

— Об автоматике ты сам думай, — усмехнулся старец. — Твой сын, на тебе и забота.

Ветер на крыше оказался задиристым, но не «крутил», давил в одном направлении. Артем доставал из сундука клееные дуги крыльев и, поймав очередной порыв, уверенно пускал «змея» в черное небо. Раскаты надвигающейся грозы не беспокоили его. Он чувствовал себя в своей стихии. Один на один с ветром. Один на один с мечтой. Давненько ему не было так хорошо. Он знал, что община, оставив будничные занятия, собралась у окон жилой башни и наблюдает за ним. Но Артем не чувствовал их взглядов. И о спасении цивилизации тоже не думалось. Ему просто нужно поднять в небо манок для молний. Короткий прут арматуры и ленту из просоленных коричневых водорослей. Только и всего.

«Мне нужно разогреть металл, — думал Артем, — гору металла! Подумать только, если верить книгам, до прихода льда в этих шахтах ездили коробки, в которых люди перемещались с этажа на этаж. Очень удобно, чего там… А теперь в каждой из шахт — гора сплавленного металлолома. Его выменивали у земляков на рыбу и соль, везли за тридевять земель. Радиаторы, решетки, трубы, двигатели и части механизмов, опор или мостов… Молнии передают свою энергию металлу, который, остывая, позволял нам жить и думать. Староста прав, без этого изобретения людям некогда будет мечтать. Все силы уйдут на отопление. А в холоде сильно не помечтаешь…»

Что-то дернуло спину. «Страховочный трос?» Артем отвлекся от мыслей и с удивлением обнаружил все крылья в воздухе. Кабель черным хвостом струился по ветру волнами, на концах крыльев искрились бледно-голубые шарики — верный признак близкого электричества. С раскатистым грохотом молния расколола тучу.

«Попала? — обрадовался Артем. — Или мимо?»