Филип Дик - Три Стигмата Палмера Элдрича

Он поставил вазу обратно.

— Однако, — сказал он Ричарду Хнатту, — ввиду того, что между мной и мисс Фьюгет возникли разногласия… — Он задумчиво тронул свой нос. — Оставьте мне их на несколько дней. Я постараюсь присмотреться к ним повнимательней.

Но было очевидно, что вряд ли он это сделает.

Мисс Фьюгет взяла маленькую, причудливой формы статуэтку и нежно покачала на груди.

— Эта в особенности. Я чувствую, от нее идет очень мощная эманавия. Она одна оправдает все.

— Не твое дело, Рони, — проговорил Барни Майерсон тихо.

Казалось, теперь он рассердился не на шутку. Лицо его стало темно-лиловым.

— Я вам свидирую, — сказал он Ричарду Хнатту, — как только приму окончательное решение. Пока я не вижу причины менять свое первоначальное мнение. Так что особо не надейтесь. А за них можете не беспокоиться.

Он бросил тяжелый взгляд на свою ассистентку мисс Фьюгет.

2

В десять часов утра Лео Балеро, глава совета директоров П.П. Лайотс, получил, наконец, видеовызов из Трехпланетного Юрисконсульства — частного полицейского агентства. Он нанял его в ту же минуту, как только услышал о разбившемся на Плутоне межзвездном корабле, возвратившемся с Проксимы.

Слушал он рассеянно. Новости, конечно, были интересные, но его одолевали другие заботы.

Это полный идиотизм, то, что П.П.Лайотс платит громадную годовую дань ООН за свою неприкосновенность. Но идиотизм или нет, а корабль Бюро Контроля Наркотиков ООН конфисковал весь груз Кей-Ди, стоимостью почти на миллион шкурок. И недалеко от северной полярной шапки Марса по пути с надежно охраняемых плантаций Венеры. По-видимому, выжатые вымогателями деньги так и не дошли до нужных людей сложной иерархии ООН.

Ну, здесь уж ничего не поделаешь. На ООН повлиять он оказался не в состоянии.

Разгадать намерения Бюро Наркотиков ничего не стоило. Оно стремилось, чтобы П.П.Лайотс предъявило иск на возвращение груза. Ибо было установлено, что нелегальный наркотик Кей-Ди, употребляемый большинством колонистов, выращивали, обрабатывали и распространяли благодаря тайной поддержке П.П.Лайотс. Так что, каким бы ценным ни был груз, лучше уж махнуть на него рукой и не лезть на рожон, не затевать опасную тяжбу.

— Наши первоначальные опасения подтвердились, — сказал с экрана босс полицейского агентства Феликс Блау. — Это Палмер Элдрич. Он, хотя и в скверном состоянии, но жив. Мы полагаем, что линейный корабль ООН несет его в главный госпиталь. Курс корабля определить не удалось.

— Хм-м, — кивнул Лео Балеро.

— Однако, что касается того, что обнаружено Элдричем в системе Проксимы…

— Вам этого никогда не узнать, — сказал Лео. — Элдрич не скажет. На том и покончим.

— Но нам доложили, — продолжал Блау, — об одном любопытном факте. На борту корабля у Элдрича была — скорее есть — тщательно оберегавшаяся им культура лишайника, очень напоминающего титанский лишайник, из которого получают Кей-Ди. Я думаю, с точки зрения…

Блау тактично смолк.

— Возможно ли каким-нибудь образом уничтожить эту культуру?

— К несчастью, служащие Элдрича уже добрались до остатков корабля. Они, несомненно, окажут сопротивление любым нашим попыткам в этом направлении. Мы, конечно, постараемся… Но вряд ли у нас что-нибудь получится.

— Постарайтесь, — сказал Лео, хотя понимал, что это, без сомнения, лишь бесполезная трата времени и сил. — А не подойдет ли сюда закон? Основной декрет ООН о запрещении импорта жизненных форм из других систем.

— Вот будет здорово, если вооруженные силы ООН заставят сбросить бомбу на остатки корабля Элдрича.

Лео черканул себе в блокнот-памятку: «Вызвать адвокатов, подать жалобу в ООН на ввоз чужого лишайника».

— Я поговорю с тобой позже, — сказал он Блау и отключился.

Может, стоит подать жалобу самому? Нажав клавишу интеркома, он сказал секретарю:

— Дайте мне ООН. Верха в Нью-Йорке. Запросите лично Секретаря Хепбёрн-Гилберта.

Почти тотчас же его соединили с искусным индийским политиком, занимавшим в этом году пост Секретаря ООН.

— А, мистер Балеро. — Хепбёрн-Гилберт лукаво улыбнулся. — Вы хотите подать жалобу на конфискацию того груза Кей-Ди, который…

— Я ничего не знаю ни о каком грузе Кей-Ди, — перебил Лео. — Я совсем по другому делу. Ваши люди знают, что совершил Палмер Элдрич? Он привез в нашу систему внесолнечную культуру лишайника. Это может стать началом новой чумы, подобной той, что мы имели в 98-м.

— Мы знаем. Однако люди Элдрича утверждают, что это солнечный лишайник, который мистер Элдрич взял с собой в путешествие на Прокси-му и теперь привез обратно. Он служил ему источником протеина. Так они, во всяком случае, утверждают.

Белозубая улыбка индийца выражала радостное превосходство — слабый предлог его только позабавил.

— И вы этому верите?

— Конечно нет, — снова улыбнулся Хепбёрн-Гилберт. — А что вам за дело до этого? Мистер, мистер, мистер Балеро? У вас особый интерес к лишайникам?

— Я патриот, гражданин Солнечной Системы. И я настаиваю, чтобы приняли меры.

— Мы принимаем меры, — сказал Хепбёрн-Гилберт. — Мы ведем следствие… Мы назначили на это дело мистера Ларка — вы его знаете… Удовлетворены?

Беседа сошла на нет, и Лео Балеро отключился. Он устал от политиков. Когда им выгодно, они с удовольствием идут навстречу. Но что касается Палмера Элдрича… «Ах, мистер, мистер, мистер Балеро, — передразнил он. — Видно, здесь есть что-то еще».

Да, он знал Ларка. Нед Ларк был главой Бюро Контроля Наркотиков ООН и лицом, ответственным за захват груза Кей-Ди. Наверное, это дело рук Секретаря ООН, пославшего Ларка в заварушку с Элдричем. То, что выудит ООН, будет услуга за услугу. Они сложат руки и ничего не предпримут против Элдрича, пока Лео Балеро не уменьшит грузооборот своего Кей-Ди. Он чувствовал это, но доказать, конечно, не мог. Тем более что Хепбёрн-Гилберт, темнокожий трусливый и скрытный политик, не сказал ничего прямо.

«Всегда запутаешься, когда говоришь с ООН, — подумал Лео. — Афроазиатские политики. Болото!»

Он посмотрел на пустой видеоэкран.

Интересно, чем занята его секретарша?

Мисс Глеасон, включив интерком на своем конце, сказала:

— Мистер, мистер Балеро, в приемной мистер Майерсон. Он просит вас уделить ему несколько секунд.

— Пришлите, — обрадовался он передышке.

Минутой позже вошел, нахмурившись, его эксперт по будущей моде.

Барни Майерсон молча уселся напротив Лео.

— Что вас гложет, Майерсон? — спросил Лео. — Рассказывайте. Я здесь как раз для того, чтобы вы поплакали на моем плече. Рассказывайте, и я облегчу вам душу.