Александр Болвачев - Чердак

Ознакомительный фрагмент

Щелчок. Вспышка. И он уже идет позади малыша и его отца. Не теряя времени, Витя побежал к ним, споткнулся, встал и снова рванул. В этот момент отец уже падал, и Витя со всей силы толкнул его вперед, телом закрывая малыша. Мужчина пробежал, балансируя, несколько шагов и упал. Потом встал, отряхнулся и с грозным видом двинулся на Витю.

— Ты че, баран, охренел? — прорычал мужчина.

— Вы чуть не убили своего сына, — постарался оправдаться Витя, не ожидая такой реакции.

— С моим сыном все в порядке, а вот тебе сейчас не поздоровится, — произнес мужчина и ударил Витю кулаком в челюсть, — развелось тут идиотов.

От удара у Вити в голове зазвенело, в глазах стали появляться синие круги, и он упал, даже не почувствовав боли от удара головой об лед. Он лежал так несколько минут, пока приходил в себя. Потом привстал, голова кружилась, и, оглядевшись, стал ловить попутку. Отца с ребенком он уже не видел.

Приехав домой, Витя лег на свою кровать, челюсть болела, но зубы все были на месте. В голове происходили странные вещи, он не понимал, почему люди так жестоки. Неужели нельзя было разобраться, в чем дело, а потом уже решать, бить или отблагодарить. К Виктору опять стали возвращаться злые, гневные и агрессивные мысли, как после смерти Ани. Он долго размышлял о справедливости этого мира, о ценностях и морали… «Это, видимо, последствия удара, да плюс еще после сотрясения», — подумал Витя и постарался уснуть.

Наутро Витя налил себе кофе, сел за стол и начал смотреть в окно, размышляя. «Интересно, а когда я нажимаю на кнопку, время перематывается только для меня или же для всех людей в мире? И помнят ли они, что произошло до корректировки?». Он же прекрасно помнит, как он прыгал с крыш, и все полученные ощущения. Тем более, люди, которым он помог, во время корректировки были без сознания, и, возможно, не могли помнить, что произошло.

Тогда он решил провести эксперимент. Он взял телефон и набрал номер своего старого друга.

— Алло, — ответили на том конце провода.

— Алло, Олежка, привет, это Витя Никитин, помнишь меня? — пошутил Витя.

— Витяныч, хорош прикалываться, говори, че надо.

— Да в гости тебя хочу пригласить, дело есть.

— Ну, я могу вечерком заскочить на часок.

— Отлично, я тебя жду, — закончил разговор Витя, — ну давай, до вечера.

— До вечера, — попрощался Олег.

Около 19 часов Олег, как и обещал, приехал к Вите.

— Ну, привет, дружище, — с порога начал Олег и крепко обнял Витю, — сто лет тебя не видел.

— Да какие сто, месяц назад на днюхе у Влада тусили, — сказал Виктор.

— А, точно, я тогда в хлам был и мало что помню. Ну, ты давай рассказывай, что хотел, а то мне еще надо до десяти к Юльке успеть.

— Может, чаю или кофе?

— Кофейку, пожалуй, выпью.

— Ты проходи пока в мою комнату, — пригласил гостя Витя, — а я кофе сделаю.

Когда Витя вошел в свою комнату, Олег уже сидел и листал какой-то журнал.

— Вот твой кофе, дружище, — сказал Виктор и подал поднос с чашкой и сладостями своему другу.

— Спасибо, Витяныч, сейчас согреюсь.

— Ну а я пока расскажу, зачем пригласил. Эксперимент хочу один провести, безобидный. Мне для творчества надо.

Олег поперхнулся.

— Какой еще эксперимент? Я дурачком-то не стану? — пошутил друг.

— Все абсолютно безопасно, неужели я тебя подводил когда-нибудь? Даже в армейке постоянно тебя отмазывал, и ты, между прочим, мне доверял, — убеждал друга Витя.

— Ты прав, Витька, я готов. Что делать надо?

— Я сейчас включу диск с фильмом индийским, который ты точно не смотрел, или я чего-то не знаю, — с улыбкой произнес Витя.

— Ага, фанатею просто от Индии, — пошутил Олег.

— Ну, тогда поехали, я включаю диск, ты смотришь минуты 3, потом я задам тебе вопрос, типа «Что чувствуешь?», и ты опишешь мне свои ощущения. Хорошо?

— Да вроде ничего страшного, правда, я все равно ничего не понимаю в твоем эксперименте. Надеюсь, ты меня не загипнотизируешь и не заставишь снять штаны и бегать голышом по двору?

— Нет, все будет в порядке.

Тогда Олег устроился удобнее на диване, а Витя тем временем вставил диск в плеер и стал возле стола.

— Поехали, — сказал Витя и включил фильм.

Олег уставился в телевизор, одновременно кусая конфеты и запивая их кофе. Спустя 6 минут Витя нажал на кнопку часов. Щелчок. Вспышка. Витя стоит на том же месте, Олег поедает конфеты и смотрит кино. Не успев задать Олегу вопрос, тот сам уже заговорил первым.

— Блин, дежавю какое-то. Знаешь, как будто это уже было. У меня такое бывает иногда.

— Да, такое бывает, — произнес Витя.

— Ну а где эксперимент-то? — нетерпеливо поинтересовался Олег.

— Да разыграл я тебя, братан. Какой эксперимент? Не видел давно, вот и решил немного пошутить, — улыбаясь, сказал Виктор.

— Шутник, блин, — с недовольством ответил Олег, — но все равно приятно, что не забыл старого друга.

— Не забыл.

— Ладненько, я тогда кофе допью да побегу, а то Юлька ругаться будет, если вовремя не приду.

Пока Олег пил кофе, они о чем-то болтали, а потом он уехал, как обычно, по-мужски обняв друга на прощание. А Витя задумчиво удалился в свою комнату.

Глава 5

Теперь Виктор точно знал, что люди помнят, что с ними происходит во время корректировки, и это одновременно упрощало и усложняло задачу. Усложняло потому, что неизвестно, как объяснить спасенному человеку, что произошло. А упрощало снижением риска быть побитым, как в прошлый раз. С тех пор Витя решил использовать корректор как можно реже, только в самых сложных случаях, а то вдруг создаст какую-нибудь опасную ситуацию на дороге или в воздухе.

Несколько месяцев Витя жил своей обычной жизнью: рисовал картины, отдыхал с друзьями, но корректором не пользовался.

В один из летних вечеров Витя рисовал, когда дверь квартиры открылась и кто-то вошел. Витя подумал, что это мама, и, как обычно, ждал вопроса с порога: «Вить, ты дома?». Но вопроса не последовало, и не было слышно, как мама шуршит, снимая одежду. Его это насторожило, и он вышел в коридор. Он увидел, как мама сидит на маленькой скамеечке и тяжело дышит, руки у нее были в крови, а на лице большая рана, видимо, от ножа.

— Мам, ты в порядке, что случилось? — подбежал испуганный Витя к маме и стал ее осматривать.

— Сумка… там… деньги… документы, — еле дыша, говорила мать, — в подъезде… напали.

Виктор мигом забежал в свою комнату, схватил корректор и нажал на кнопку. Щелчок. Вспышка. Виктор снова стоит у мольберта с кистью. Бросает кисть и быстро бежит к входной двери, схватив по пути молоток. Выбежав на лестничную клетку, он уже слышал возню в темноте на первом этаже. Он побежал вниз и увидел, как какой-то парень, размахивая ножом, пытается отобрать сумку у матери.