Александр Болвачев - Чердак

Ознакомительный фрагмент

Тогда Виктор понял, что после того, как он воспользуется часами, их нельзя будет использовать еще 5 минут.

Теперь голова у юного художника была забита только тем, что он может сделать, имея в распоряжении такую чудо-вещицу.

Долгое время Виктор ходил с часами в кармане по разным делам, надеясь, что подвернется случай их использовать. Он снова начал рисовать и оказалось, что навык не утрачен, и заказы поступали регулярно. Плюс ко всему Витя выкладывал свои картины на продажу на сайтах бесплатных объявлений и продавал. По вечерам, перед сном, он смотрел на часы и думал, что же такое можно с ними сделать. Он назвал их корректором, так как с их помощью можно не изменить прошлое, а немного подкорректировать.

В один из зимних холодных дней, когда на улице было противно от дождя со снегом, а обувь промокала через пять шагов, Виктор спускался на эскалаторе в недра метрополитена и читал газету, которую ему бесплатно сунула женщина в вестибюле метро. Настроение у Вити было обычное — нейтрально-меланхоличное. Он шагнул с движущейся ступеньки эскалатора на каменный пол вестибюля. Дойдя примерно до середины перрона, он облокотился о колонну и продолжил читать газету. Чтение прервал чей-то крик, Витя быстро поднял голову и стал оглядываться, пока не заметил, что на путях лежит человек — женщина в сером пальто. Люди кругом кричали, махали руками, какой-то смельчак полез даже на пути, чтобы достать женщину, но другой, видимо, его товарищ, резко остановил его.

Из туннеля уже показался свет приближающегося электропоезда. Волнение на перроне возрастало, кто-то уже визжал, что женщина на путях, но поезд продолжал свой путь и, медленно сбавляя скорость, двигался к перрону. Машинист заметил, что на путях лежит человек, и резко затормозил, но было уже поздно. На том месте, где лежал человек, уже стояли вагоны.

Витя прибывал какое-то время в ступоре, и вдруг он вспомнил про корректор. Резко сунув руку в карман, он достал часы из кармана и нажал на кнопку.

Щелчок. Вспышка. И Виктор снова идет к середине перрона. Он резко прибавил шаг, ища глазами женщину в сером пальто. Увидев ее, Витя быстро подбежал к ней и с силой схватил за руку. Женщина испугалась и подняла вторую руку, чтобы ударить хулигана, но тут же ее глаза закатились, и она упала в обморок.

— Молодой человек, что вы сделали? — обратилась к Вите какая-то брюнетка, — Зачем вы напугали ее?

— Я не напугал ее, я заметил, что ей становится плохо, и попытался удержать ее, — ответил Витя. — Срочно вызовите скорую, ей нужна помощь.

Глава 4

На улице было темно, шел мокрый снег с дождем, и температура была не совсем зимняя — в середине-то января.

Витя лежал у себя в комнате на кровати и читал книгу, рядом горел торшер.

После того, как он спас человека, прошло уже пару месяцев, и Витя помнил то необъяснимое чувство удовлетворения и небесцельного присутствия в этом мире. Только вот с тех пор корректор больше не пригодился.

Виктор отложил книгу и, как обычно это бывало с момента появления незнакомца с часами, стал думать, как еще можно использовать корректор, но на ум ничего дельного не приходило.

Однажды Виктор даже хотел устроиться на работу в полицию, но не прошел по состоянию здоровья, да и родители были против.

Поразмыслив еще некоторое время, Витя вдруг удивленно выпучил глаза и произнес вслух:

— Точно!

Он вышел из комнаты, надел верхнюю одежду и вышел на улицу. Оглядевшись вокруг, Витя увидел свою цель. Поймав попутку, он доехал до высокого недостроенного здания, по которому они с друзьями ползали еще в детстве. Заплатив водителю, Виктор вышел из машины и поднял голову наверх, на его лице появилась нездоровая улыбка.

Через минуту он уже полз по лестнице на самый верх здания. Забравшись на крышу, Витя подошел к краю и посмотрел вниз. Его разделяло с землей метров 30. Держа в руках корректор, он долго стоял, смотрел вниз и внезапно прыгнул. Полет длился недолго: Виктор посчитал до трех и нажал на кнопку часов. Щелчок. Вспышка. И он уже снова стоит на краю крыши и смотрит вниз.

Первый раз за последние два года Виктор был счастлив, то ли от выброса адреналина, то ли от того, что он практически совершил самоубийство, задуманное еще в больнице. Внутри все кипело. Сердце бешено стучало, а на лице была настоящая улыбка.

Домой он уже возвращался пешком, и все это время вспоминал полет и испытанные ощущения. А еще он уже начал задумывать новые испытания для корректора.

Количество таких прыжков стало расти. Витя прыгал все с больших высот: с подъемного крана, с какой-то вышки. Один раз он решил даже прыгнуть с парашютом, причем он его не раскрыл, а летел, пока до земли не осталось несколько метров. Ну а потом, уже очутившись снова в самолете, прыгнул нормально и удачно приземлился.

Виктору нравилось его новое увлечение. Он стал более самоуверенным, мужественным и даже немного циничным. Картины, которые он рисовал для себя, стали немного мрачноватыми, но Вите это казалось обычным делом: меняется человек — меняется мир вокруг него.

Однажды Витя шел по тротуару в магазин и думал о новом рисунке. Ему очень хотелось нарисовать свой город с высоты, и он прокручивал в голове, откуда он может это сделать. Перед этим он, конечно же, поискал информацию в интернете, но вариантов имелось много, и было из чего выбирать. Погодка в этот день выдалась, как это обычно бывает в северной столице, предсказуемо противная. Несколько дней была оттепель, а сегодня заморозки. Отчего передвигаться нужно было очень осторожно, иначе один неверный шаг — и ты на земле, в лучшем случае с ушибом. Так Витя и двигался, как утка на льду, иногда он делал небольшой разбег и скользил.

Впереди Виктора шел мужчина и вел за ручку своего маленького сына лет 4-х. Ребенок веселился на льду, а папа держал его за руку и улыбался. Но вдруг мужчина поскользнулся и всем своим весом упал на ребенка, а сам при этом ударился головой и, видимо, был без сознания. Витя не сразу заметил случившееся и, когда подходил к упавшему мужчине, вдруг заметил торчащую из-под него детскую ножку в валеночке. Осознав, что произошло, Витя попробовал скинуть мужчину с ребенка, и со второго толчка тот перекатился на спину, и было видно, что все его лицо было заляпано кровью. Но чья это была кровь — мальчика или его отца, Витя не понял. Он приложил палец к шее ребенка и с ужасом заметил, что пульса нет.

— Блин, корректор, — сказал нервно Витя и полез в карман зимней куртки за часами. Покопавшись в карманах, он достал их, но они тут же выпали из его рук и покатились по льду. Но Виктор быстро поднял их и нажал на кнопку.