Александр Колпаков - «На суше и на море» - 67-68. Фантастика

В дверь просунул голову патрульный, доложил:

— Они здесь, шеф.

— Хорошо.

Минут через десять Гаррисон повел Джонса в соседнюю комнату, поставил его в ряд вместе с детективами и полудюжиной ничем не примечательных личностей, взятых прямо с улицы. Сол Бергман, Гильда Кассиди и миссис Бастико вошли, взглянули на всех этих людей и одновременно указали на Джонса.

— Это он, — сказала миссис Бастико.

— Тот самый человек, — подтвердила мисс Кассиди.

— Больше некому, — добавил Сол Бергман.

— Они с ума сошли, — заявил Джонс.

Позвав троих свидетелей в свой кабинет, Гаррисон спросил их, не ошибаются, ли они. Но все свидетели настаивали, что не ошибаются. Разыскиваемый человек — это и есть Уильям Джонс, решительно и окончательно.

Он отпустил свидетелей и задержал Джонса до получения сообщений из Смоуки Фоллз. К концу законного 24-часового срока задержания поступили результаты проверки. Не менее 32 человек полностью подтвердили слова задержанного, указавшего, где он был с 10 часов утра до 3.30 пополудни. Дорожные посты тоже видели его на всем пути в город и обратно. Полиция штата обыскала ферму Джонса. Саквояжа не было. Не обнаружили сколько-нибудь крупной суммы денег.

— Все пропало, — проворчал Гаррисон. — Мне остается только отпустить его с самыми нижайшими извинениями. Что это за проклятое дело, где каждого принимают за кого-то другого!

Райдер погладил свои подбородки и предложил:

— Может быть, нам стоит проверить и эту линию. Давайте, поговорим с Джонсом еще раз, прежде чем отпустить его.

Джонс выглядел теперь гораздо более покорным. Он был готов на все, лишь бы его поскорее отпустили домой.

— Простите, что мы беспокоим вас, мистер Джонс, — кротко заговорил Райдер. — Но в данных обстоятельствах это неизбежно. Мы решали очень трудную проблему. — Он подался вперед, устремив на собеседника властный взгляд. — Вы окажете нам большую услугу, если подумаете хорошенько и скажете нам, не принимали ли вас когда-нибудь за кого-то другого.

Джонс открыл рот, закрыл, снова открыл:

— Господи, именно это и случилось со мной недели две назад.

— Говорите! — произнес Райдер, и глаза у него заблестели.

— Я приехал в город, пробыл там около часа, и тут какой-то парень на другой стороне улицы окликнул меня. Это был незнакомый человек, и я подумал сначала, что он окликает другого. Но он обращался ко мне.

— Продолжайте, — поторопил его Гаррисон.

— Он спросил меня как-то озадаченно, как я сюда попал. Я сказал, что приехал на своей машине. Он не хотел верить.

— Почему?

— Он сказал, что я шел пешком и голосовал по дороге. Он взял меня и привез в Нортвуд. Больше того, высадив меня, он поехал прямо в город и ехал так быстро, что никто не мог перегнать его. Потом он поставил машину, пошел по улице, и первый, кого он увидел, был я на противоположном тротуаре.

— Что вы сказали ему?

— Сказал, что это наверняка был не я и что его собственный рассказ доказывает это.

— И он был сбит с толку, верно?

— Он совершенно обалдел. Повел меня к своей машине, спросил: «Значит, вы в ней не ехали?» Я, конечно, подтвердил, что нет, и ушел. Сначала я подумал, что это розыгрыш, потом стал подозревать, что у него не все в порядке с головой.

— Так вот, — осторожно заговорил Райдер, — мы должны найти этого парня. Расскажите все, что вы о нем знаете.

Сосредоточенно подумав, Джонс сказал:

— Ему не меньше 35 лет, он хорошо одет и складно говорит, похож на коммивояжера. На заднем сиденье лежало множество листовок, цветных таблиц и банок с красками.

— Вы хотите сказать — в багажнике? Вы заглядывали туда?

— Нет. Они лежали на заднем сиденье.

— А сама машина?

— «Флаш» последней модели, темно-зеленая с белыми стенками, есть радио. Номера я не запомнил.

Гаррисон расспросил Джонса еще о внешности, манерах, одежде владельца «Флаша», потом вызвал городскую полицию и попросил найти след этого человека.

— Ищите скорей всего в магазинах, торгующих красками. Он похож на коммивояжера, совершающего свой объезд.

Джонс с большим облегчением отправился домой. А через два часа позвонили из города.

— Этого типа в магазинах хорошо знают. Его зовут Бердж Киммелмен, он представитель фирмы «Акме» в городе Мерион, Иллинойс. Местопребывание в настоящий момент неизвестно. Хозяева смогут разыскать его для вас.

Гаррисон позвонил в фирму «Акме» и обратился к Райдеру:

— Он где-то в сотне миль к югу. Сегодня вечером ему позвонят в отель, и завтра он будет здесь.

— Хорошо.

— Хорошо ли? — спросил Гаррисон с оттенком горечи. Мы тратим все свои силы, выслеживая разных людей, а нас ведут от одного к другому. Это может продолжаться бесконечно.

— Человек находит истину не сразу, но находит обязательно, — возразил Райдер.

А совсем в другом месте, миль 700 западнее, шел к цели кружным путем и некто другой.

Его звали Артур Форрел, он был газетным репортером, работал в маленьком «капустном листке». Кто-то в редакции сунул ему клочок бумаги.

— Вот вам. Еще один блюдечник. Ступайте!

Он неохотно отправился по адресу, указанному на клочке. Ему открыл молодой человек, смышленый на вид.

— Вы Джордж Ламот? Я из «Клича». Вы говорили, что у вас есть что-то о летающем блюдце. Верно?

Ламот поморщился:

— Это не блюдце. Это сферический предмет, искусственного происхождения.

— Когда и где вы его видели?

— Прошлой и позапрошлой ночью. Высоко в небе.

— Прямо над городом?

— Нет, но его было видно отсюда.

— Я не видел. Пока, насколько я знаю, вы единственный обнаружили его. Как вы это объясните?

— Его очень трудно увидеть невооруженным глазом. У меня есть восьмидюймовый телескоп.

— Сами построили?

— Да.

— Вот это дело! — восхищенно заметил Форрел. — Покажите-ка мне его, а?

Ламот, поколебавшись, повел репортера наверх. Там стоял настоящий телескоп, задрав свою любопытную морду к съемному люку на крыше.

— И вы действительно видели предмет в эту штуку?

— В течение двух ночей, — подтвердил Ламот. — Надеюсь наблюдать его и сегодня.

— Что вы о нем думаете?

— Это только догадки, — уклончиво ответил молодой человек. — Я только хочу сказать, что он находится на круговой орбите, что он шарообразен и, кажется, сделан из металла.

— У вас есть снимок?

— К сожалению, у меня нет аппарата.

— Может быть, кто-нибудь из наших фотографов сможет вам помочь.

Форрел задал еще десятка два вопросов и закончил с сомнением: