Владимир Заяц - Тяжелые тени

- Энтроп возьми! - вполголоса воскликнул дежурный.

Он вдруг сообразил, что, если земляне смогли незаметно снять то, что тайно готовилось и еще более тайно проводилось, то им не составит труда пронаблюдать и за деятельностью "Маленькой мышеловки".

- Да, - только и сказал смотритель, который подумал то же самое.

Дежурный подумал еще и пришел к выводу, что вряд ли земляне знают, что делается в участке. Ведь тогда они бы сразу явились сюда и затребовали своего человека.

Смотритель подобных выводов сделать не сумел и стал обеспокоенно размышлять, кому можно передать ценные вещи, которые он отобрал у заключенных. Чем больше он думал, тем паскуднее делалось на душе. Надеяться было не на кого. Отдать-то можно, никто не откажется взять. Да только как забрать обратно?

На экране было видно лицо человека, высматривающего кого-то из чердачного окошка. Человека, казалось, снимали с нескольких метров.

- Вы видите сотрудника службы внутренней безопасности Низатем-доду, прокомментировал голос Посланника. Уважительную добавку "доду" он произнес с изрядной долей сарказма.

Лицо человека озарила странная бледная улыбка, и он выставил через открытое окно ствол винтовки.

- Тэ-ка-пэ - восемьдесят восемь. С оптическим прицелом. Хорошее оружие, - уважительно заметил дежурный.

На экране появилось изображение двух черных машин, въезжающих на площадь, и эскорт из мотоциклистов.

Низатем-доду заспешил: протер тряпочкой окуляр оптического прицела, щелкнул затвором и несколько раз приложил приклад к плечу, примеряясь.

- Профессионал, - завистливо прошептал дежурный.

- Разве такие угольщики бывают? - не преминул съязвить смотритель.

Они просмотрели передачу до конца. Вплоть до того, как черная машина адъютанта врезалась в панелевоз. Затем на экране появилось усталое лицо Посланника.

- Теперь, кажется, все ясно? Комментарии, как говорится, излишни. Незаконно арестованных по подозрению в причастности к убийству Директора конторы внутренней безопасности, думается, имеет смысл выпустить. - Он помолчал, а затем сказал по-русски: - Володя, надеюсь, ты тоже смотришь наш теленалет. Мы принимаем меры, чтобы тебя освободить. А девушка по имени Интиль сейчас...

Телевизор захрипел и захрюкал, по экрану помчались обезумевшие полосы.

Сквозь шум раздался негодующий голос диктора. Затем появился и он сам побагровевший, взлохмаченный.

- Наше правительство заявляет протест! - орал он, надуваясь. - Вы видели мерзкую подделку. Телефальсификацию! Правительство утверждает, что при техническом уровне землян ничего не стоит создать так называемые документальные съемки. Директора конторы внутренней безопасности убил кто-то из угледобытчиков!

- А ты говорил, сотрудники службы безопасности убили Директора, неспешно молвил смотритель. - Никакие не сотрудники, а угольщики. Ясно же сказали.

- Я говорил, что сотрудники безопасности убили?! - вспыхнул дежурный. Ты что же, шантажировать меня вздумал?

- Отдал бы ты мне те туфли, что на прошлом дежурстве отобрал, казалось, безо всякой связи со сказанным ранее сказал смотритель.

- Отдам! Отдам, чтоб ты подавился! - заорал дежурный. - Но берегись!..

Смотритель невозмутимо почесал затылок и скрылся за ширмой.

- Спасибо. Вот и договорились, - донесся оттуда его спокойный голос. А то я уже супруге пообещал.

Володя был в совершенно расстроенных чувствах. Еще секунда, я он бы все узнал! Невезение!!!

Дежурный метнул на землянина бешеный взгляд.

- Смотритель! - крикнул он, поворачивая голову к ширме. - Почему здесь сидит арестованный? Почему ты его не отвел в камеру?

Смотритель высунул из-за ширмы голову.

- Ну, чего орешь? Сейчас отведу. То не спешил, то торопишься, словно Энтропом подшитый. А вот скажи, ты синтетику от натурального отличишь? У меня в каморке одна блузка обнаружилась... Как раз для твоей многоуважаемой супруги.

- Энтроп его знает, - все еще досадуя, ответил дежурный. - Сейчас по земным лицензиям такую синтетику делают, что не очень-то поймешь. Надо посмотреть, - он глянул на Владимира. - Отведи-ка арестованного, а потом начнем разбираться, что к чему.

Смотритель, не торопясь, откинул крышку перегородки и, подойдя к землянину, стал привычно подталкивать его в спину.

- А ну, пошел!

Владимир повел широкими плечами и сказал:

- Еще раз прикоснешься, пополам переломаю!

Смотритель отступил.

- Ладно, ладное - проговорил он, не скрывая испуга. - Уже и дотронуться нельзя. Как девица какая.

Они спустились по выщербленным ступеням в прохладный подвал.

Смотритель подошел к ближайшей камере и, откинув кусок толстой резины, заглянул в глазок.

Загремев связкой ключей, он с ловкостью фокусника извлек нужный. Дверь с тоскливым скрипом отворилась, и Владимир оказался в камере.

19

Тело ныло, болело. Философ застонал. Закрыв глаза, он тихонько помотал головой. От этого незначительного движения затошнило, виски сдавило недобрыми руками. Он ощущал неприятную тяжесть в правом подреберье. Месяц прошел, а все дает себя знать "спецобработка".

Камера... Похоже на камеру хранения, только наоборот. В камере хранения сохраняют нужные кому-то вещи, а здесь - никому ненужных людей.

Глупо. Глупо, глупо, глупо! Зачем эта выходка на космодроме? Ребяческая совершенно! На что он надеялся? На то, что в ответ на его провокационные обвинения мудрые земляне мгновенно найдут добрые и неотразимые доводы; погладят его, издерганного, по голове; утрут нос.

Философ всхлипнул. Совсем нервы ни к черту!

Камера... Привычное место. Сколько здесь передумано, написано. Тоскливо? Одиноко? Да! Зато никто не мешает думать и работать. Вот только с бумагой и письменными принадлежностями туговато.

Наука землян... Наука вообще... Не в ней, наверное, дело. Тогда в чем? Разве не наука, не техника - зверь, алчущий душу человеческую? Но тогда почему случались зверства в прошлом? Откуда костры дотехнического прошлого?

О Логос! Великий Логос! Всегда, во все времена вопросов было больше, чем ответов. Даже для философов. А может быть, для философов - прежде всего. Стоит ли тогда искать ответы, тем самым множа вопросы? Стоит! Задача философа - умножать мудрость, не давая лавине новых сведений погребать познание.

Ответы... Философ вдруг смешливо фыркнул забавному парадоксу. Ответы, система ответов и есть наука или хотя бы начало ее. Но если ответы наука, а наука - зло, то, стало быть, и вопросы задавать не стоит? Потому как задающий вопросы уже тем самым стал на стезю зла. И правы те, кто пытался изолировать любителей задавать вопросы от прочих людей?

Чтобы добыть ответ на любой из вопросов, нужна логика. Логика основной прием в добыче достоверных знаний, орудие для вылущивания закономерностей из кажущегося хаоса событий. Но зачастую логика не срабатывает. С ее помощью не всегда удается выбраться из теоретического тупика, как нельзя выбраться из болота, потянув себя за волосы. Возникают порочные, замкнутые сами на себя логические цепочки.