"На суше и на море" - На суше и на море. Выпуск 8 (1967-68 г.)

Первые интересные сведения поступили в конце дня. Кастнер вошел, сбил шляпу на затылок и сказал:

– Кажется, у меня что-то есть.

– Например? - жадно спросил Гаррисон.

– На такой тип саквояжей мало спроса, и в городе их продает только один магазин. За последний месяц продано три штуки.

– С уплатой по чеку?

– Самыми что ни на есть наличными. - Кастнер ответил мрачной улыбкой на разочарованный взгляд своего начальника и продолжал: - Но двое из покупателей - местные жители, которых все знают. Оба сделали свою покупку недели три назад. Саквояжи еще при них, и они могут рассказать о каждом своем шаге в пятницу утром. Я проверил показания, они вполне надежны.

– А третий покупатель?

– К этому я и веду, шеф. Он мне кажется подходящим. Он купил саквояж вечером, накануне кражи. Никто его не знает.

– Чужак?

– Не совсем. Я получил подробное описание его от Гильды Кассиди, продавшей ему саквояж. Это человек средних лет, худощавый, робкий.

– Почему вы говорите, что он не совсем чужак?

– Потому, шеф, что магазинов, торгующих теми или другими кожаными вещами, наберется с дюжину. Я живу здесь довольно давно, но мне долго пришлось искать, где продаются такие саквояжи. Я и подумал: этому негодяю тоже приходилось делать такой же обход. Я пошел по всем магазинам второй раз, давая это новое описание…

– И что же?

– В трех из них вспомнили этого человека, - он интересовался, чем у них торгуют. - Кастнер помолчал и добавил; - Сол Бергман, из «Друга путешественника», говорит, что лицо этого человека ему немного знакомо. Он не знает, кто он, но уверен, что уже видел его два или три раза.

– Может быть, случайный клиент издалека?

– Похоже, шеф, на то.

– «Издалека» может означать любой пункт в радиусе ста миль, - Проворчал Гаррисон. - Или еще дальше. - Он кисло взглянул на Кастнера. - Кто видел его дольше и ближе всех?

– Продавщица Кассиди.

– Вы бы привели ее, да поскорее.

– Я и привел. Она ждет за дверью.

– Хорошо, Джим, - одобрил Гаррисон, светлея. - Давайте ее сюда.

Кастнер вышел и вернулся с высокой, тоненькой девушкой лет двадцати. Она сидела, холодная и сдержанная, сложив руки на коленях, и отвечала на вопросы Гаррисона, старавшегося получить возможно более полное описание заподозренного.

– Опять чертов кружный путь, - пожаловался Гаррисон, когда она кончила. - Теперь ребятам придется проделать все заново, чтобы найти следы этого человека!

Райдер вмешался:

– Может быть, мы облегчим им задачу. - Он пытливо взглянул на девушку через стол. - То есть если мисс Кассиди поможет нам.

– Я сделаю все, что могу, - заверила она.

– Наш штатный художник Роджер Кинг в свободное время рисует карикатуры. Он мастер, большой мастер. - Райдер снова обратился к девушке: - Мистер Кинг покажет вам множество фотографий. Просмотрите их повнимательнее и выберите примечательные черты, соответствующие чертам человека, купившего саквояж. Подбородок на одном снимке, рот - на другом, нос - еще на каком-нибудь. Кинг сделает составной портрет и будет изменять его по вашим указаниям, пока вы не скажете, что достаточно. Подумайте, сможете ли вы сделать это.

– О, разумеется, - сказала она.

– Есть еще Сол Бергман, - заявил Кастнер. - Он очень хочет помочь.

– Тогда давайте сюда и его.

Копии рисунка Кинга были разосланы вместе с описанием и требованием ареста. Не прошло и нескольких минут, как раздался телефонный звонок. Гаррисон схватил трубку:

– Полиция Нортвуда.

– Я сержант Уилкинс, говорю из казарм полиции штата. Мы только что получили ваш листок насчет розыска. Я знаю этого типа. Он живет как раз на моем участке.

– Кто он?

– Его зовут Уильям Джонс. Он держит питомник акров в 20 у дороги номер 4, в нескольких часах пути от вас. Мрачноватый субъект, но против него нет никаких улик. Хотите, мы сцапаем его?

– Уверены ли вы, что это именно он?

– На картинке его лицо, и это все, что я знаю. Я работаю так же давно, как и вы, и в лицах не ошибаюсь.

– Ну конечно, сержант. Мы будем благодарны, если вы доставите его к нам для допроса.

Гаррисон откинулся в кресле, рассеянно созерцая стол и обдумывая последние новости. Через некоторое время он сказал:

– Я бы не удивился, если бы этот Джонс был когда-то водевильным актером или трансформистом. Но он держит питомник где-то в глуши, и вот это для меня загадка. Мне как-то трудно представить, чтобы он мог проделать такую ловкую кражу.

– Не исключено, что он только сообщник. Заранее купил саквояж, потом спрятал деньги, возможно, стоял на страже, пока преступник совершал кражу.

Гаррисон кивнул.

– Мы разберемся, когда его доставят сюда. У него будут неприятности, если он не сможет доказать, что его покупка здесь ни при чем.

– А что, если он докажет это?

– Тогда мы очутимся там же, откуда начали. - Гаррисон помрачнел при этой мысли. Телефон зазвонил снова.

– Нортвуд, полиция.

– Говорит патрульный Клинтон, шеф. Я только что показал этот рисунок некой миссис Бастико, которая держит меблированные комнаты по улице Стивенс, 157. Она клянется, что нарисован Уильям Джонс, проживавший у нее 10 дней. Он приехал без багажа, но позже приобрел новый саквояж вроде дэйкиновского. В субботу утром он уехал, захватив саквояж. Он заплатил за четыре дня лишних, но не вернулся больше.

– Оставайтесь там, Клинтон. Мы сейчас будем. - Гаррисон алчно облизнулся и обратился к Райдеру: - Поехали.

Они поспешили на улицу Стивенс, 157. Это был старенький каменный дом с истертыми ступеньками.

Миссис Бастико, женщина с несколькими бородавками на лице, возмутилась:

– У меня никогда не было полисменов. Ни разу за 20 лет.

– А теперь будут, - успокоил ее Гаррисон. - Это придаст вашему дому респектабельность. Ну, что вы знаете об этом Джонсе?

– Ничего особенного, - ответила она, все еще ворчливо: - Он держался особняком. А я не пристаю к постояльцам, если они ведут себя прилично.

– Говорил ли он, откуда приехал или куда едет?

– Her. Он заплатил вперед, сообщил свое имя и сказал, что здесь по делам. Вот и все. Он уходил каждое утро, возвращался вечером, не очень поздно, всегда был трезвым и ни с кем не ссорился.

– Посетители у него бывали? - Гаррисон извлек фотографию Летсерна. - Кто-нибудь вроде вот этого, например?

– Офицер Клинтон показывал мне ваш снимок еще вчера. Я этого человека не знаю. Никогда не видела, чтобы мистер Джонс разговаривал с кем-нибудь.

– Гм-м! - Гаррисон был явно разочарован, - Нам хотелось бы взглянуть на его комнату. Вы не возражаете?

Она сердито повела их наверх, отперла дверь, ушла и предоставила им рыться сколько они захотят. Весь ее вид показывал, что она не терпит полиции.