Олег Мушинский - Нф-100: Мародеры

— А, ну да, впечатляет, — согласился Глеб.

Профессор, который всё это время выжидательно смотрел на него, расплылся в довольной улыбке.

— Только эта хрень у него не работает, — сказал полковник.

Улыбка померкла, но не исчезла окончательно.

— А вот затем мы и пригласили специалиста, чтобы установить, наконец, что именно не работает, — заявил профессор. — У нас к тебе, мутант, будет несколько вопросов.

Глеб начал ощущать, будто бы вновь попал на конвейер. Только на этот раз он был не за лентой, а на ней. Ассоциация для того, кто вырос в разборочных цехах, не из приятных.

— Извините, — сказал Глеб. — Но если вы думаете, что я смогу ее запустить, то вы обратились не по адресу.

Полковник хмыкнул, будто бы ничего иного он и не ожидал, но профессор был настроен решительно.

— В таком случае, — резко начал он, осекся и уже спокойнее продолжил. — В таком случае ты нам больше не нужен.

— Так я могу идти домой? — обрадовался Глеб.

— Нет! — почти что выкрикнул профессор. — Ты сможешь вернуться в свою камеру и сгниешь там, раз уж для науки оказался бесполезен.

Такой подход биотехнику совсем не понравился, но и обманывать людей в этом вопросе он не видел смысла. Работающую башню от неработающей даже они отличили бы.

— Ты мог хотя бы попытаться, — проворчал профессор.

— Без моего снаряжения? — хмыкнул в ответ Глеб.

— А где оно?

— У вас.

Люди дружно переглянулись. В итоге взгляды сфокусировались на профессоре. Тот вначале стал отнекиваться, но когда Глеб описал свой рюкзачок, полковник сразу припомнил, что подобное было в списке изъятого.

— Это снаряжение представляет огромную научную ценность, — решительно заявил профессор.

— А эта хрень, значит, не представляет? — спросил полковник, кивнув на башню.

Как оказалось, представляет, но отдавать снаряжение профессор всё равно не захотел, пообещав взамен их собственные инструменты. Мол, собрали же они с их помощью башню. Генерал тут же уточнил, что собранная башня, увы, не работает, а ему очень бы хотелось защитить город этой конструкцией, как, кстати, профессор и обещал.

— Она ведь обладает защитными функциями? — обратился он к Глебу.

Тот согласно кивнул.

— Да, самая надежная защита из того, что есть.

— Тогда, мутант, — твердо сказал генерал. — Я вынужден настоять, чтобы ты нам ее наладил. Настоять, если потребуется, самыми жесткими мерами. Слишком много жизней за это уплочено. А вот если она всё-таки заработает…

— Если она заработает, я сгорю без защиты, — перебил его биотехник. — Нет уж, спасибо. Видел я выгоревших под псионикой. Лучше сгнию в камере.

— А со снаряжением сделаешь? — спросил генерал.

— Наладить, думаю, смогу, — тоже пошел на уступки Глеб.

— Вот и договорились, — уверенно кивнул генерал. — Вернуть мутанту всё, что изъяли.

Профессор сразу начал спорить, но решал тут не он. Трое ушли и спустя несколько минут двое в белых халатах под их конвоем притащили картонную коробку. В ней был рюкзачок с Германом и куртка с перчатками. Банда профессора успела поковыряться в куртке, но всерьез ее не повредила.

Глеб соединил куртку обратно с рюкзачком и влез в нее. Сразу стало теплее и как-то уютнее. Перчатки он пока повесил на пояс. Всё это время рядом с ним крутился парень в белом халате с кинокамерой и снимал, как биотехник одевается. Глеб натянул капюшон и приладил наушники. В них тотчас раздалось тихое рычание:

— Насколько хреновы наши дела?

— Ну, всё не слишком-то здорово, — сказал Глеб, надев маску. — Мне бы не помешал совет от специалиста по выживанию.

— Попробую что-нибудь придумать, — пообещал Герман. — Потяни время. И постарайся не затягивать с моим ремонтом. Эти уроды здорово постарались.

— Угу.

— Ну что ты там копаешься?! — недовольно выкрикнул профессор.

Глеб снял маску обратно.

— Я проводил диагностику, — авторитетным тоном заявил он. — Вы мне тут половину приборов поломали.

— Некоторые вещи нельзя изучить, не разрушив, — высокомерно бросил в ответ профессор.

— Если ты и эту хрень сломал, — полковник кивнул на башню. — Ответишь по всей строгости военного времени. Ну а ты что стоишь?

Последнее относилось уже к Глебу. Генерал кивнул, как бы подтверждая приказ, и один из солдат распахнул перед биотехником дверь в башню. Глеб вошел, с интересом поглядывая по сторонам. Внутри башни он был впервые. Парень с камерой сунулся было следом, но солдат решительно преградил ему дорогу. Где-то на заднем плане начал возмущаться профессор. Генерал что-то ответил.

— А если он что-нибудь сломает?! — взвился голос профессора.

— Пойдешь под трибунал, — спокойно ответил полковник. — Это ведь ты его сюда притащил.

Глеб хмыкнул и полез наверх. Пол был совершенно чистый, вся начинка висела под потолком, и к ней вела пара металлических лесенок.

— Кодовое слово "барсук", — сказал Глеб. — Распечатывай наши записи.

— Код подтверждаю, — фыркнул Герман. — Подбираю схему башни… Так, по тому, что я вижу, классическая Б-142-альфа.

Перед глазами появилась трехмерная проекция башни, аккуратно начерченная тонкими белыми линиями. Творение людей точь-в-точь ей соответствовало. Тогда большой шар посередине — для него местные инженеры сделали металлический поднос, поддерживаемый снизу каменной колонной — должен был быть управляющим мозгом всей конструкции.

— Подключайся, — сказал Глеб, отыскав подходящее гнездо.

Герман выдвинул щупальце. Глеб аккуратно помог ему пальцами. Спустя секунду Герман доложил о готовности.

— Ха! — фыркнул он в ухо. — Помнишь тот мозг, который крыса увела? Они его сюда присобачили.

— Почему-то я не удивлен, — проворчал в ответ Глеб. — Они считают, что это — сердце Зоны, но вот что они с этим сердцем намерены делать — ума не приложу. Разве что какой-то ритуал.

— Или всё-таки башню, — фыркнул в ответ Герман. — Он же чистый. Сканирую. Смотри.

На схеме замигали желтым цветом отдельные узлы. Герман прогонял по ним универсальные тесты — отклик, жизнеспособность и тому подобное — и очередной узел по итогам теста окрашивался зеленым, что означало "подключен и исправен". Заминка возникла в самом конце. Модуль, отвечающий за связь мозга со шпилем, был жив, но на контакт не пошел.

— Нашли проблему, — фыркнул Герман.

Глеб кивнул и полез выше. Под самым потолком люди предусмотрительно натянули сеть. Не из лиан, а веревочную, но достаточно прочную, чтобы Глеб мог лежать на ней без опасения навернуться вниз. Просунув руки в ячейки, биотехник легко дотянулся до нужного узла. Тот был похож на перезрелую грушу, где тонкая часть крепилась к основанию шпиля, а толстая посредством широкой оплетенной нити соединялась с мозгом. Глебу потребовалось не больше минуты, чтобы найти неисправность.