Владимир Васильев - Тень улитки

- Молчу-ун! - истошно завопила старостина дочь, увидев его. - Убей его, Молчун! - И с новой силой заелозила всем телом и задрыгала ногами, пытаясь вырваться из объятий мертвяка.

Кандид соскочил со своего мертвяка, снял висящий на шее скальпель и двинулся вперед.

Мертвяк с девушкой был легкой добычей - руки заняты, движения затруднены... Даже показалось нечестным уничтожать его, такого беззащитного. Хотя по отношению к роботу, пусть биороботу, подобное чувство довольно странно. Даже нелепо... Возможно, и подругам кажется нелепым жалеть несовершенных, с точки зрения нового витка эволюции, людишек?.. Да и сколько видов живых существ уничтожило человечество, нимало не смущаясь!.. Теперь пришла расплата - наступила очередь человечества быть жертвой... Ну, ладно бы - человечество Материка - хоть виновно, а эти лесовики чем провинились?.. А может, и провинились... Да и неважно это: вина - в прошлом, казнь - сейчас. И действовать надо сейчас.

Мертвяк внимательно следил за движением Кандида и поворачивался так, чтобы всегда быть лицом к нему.

- Убей его, Молчун!.. Убей его!.. Убей! - твердила девушка, продолжая попытки выскользнуть из лап мертвяка. Надо сказать, что частично ей это удавалось, потому что мертвяк, видимо, ограничивал силу хватки, чтобы не повредить драгоценную ношу. И эта ноша все больше сползала вниз, выскальзывая из объятий и из платья.

- Красивая девочка, - оценила Нава. - Но, пожалуй, этот клочок шерсти портит вид... Ты не находишь, Кандид?

- Ну, ты даешь! - фыркнул негодующе он. - Я не вижу ничего, кроме мертвяка, которого должен убить!

- Врешь ты все!..- не поверила Нава. - А зачем тебе его убивать?

- Чтобы освободить девочку, неужели непонятно!

- Любопытно было бы посмотреть, да не стоит из-за любопытства добро портить. Каждый мертвяк немалого труда стоит... И энергии, - заметила Нава и приказала мертвяку: - Отпусти ее.

Мертвяк тут же разжал лапы, и девушка упала на землю, видимо, обессилев в неравной борьбе.

Кандид бросился ее поднимать, но она оказалась быстрее - страх придавал силы. Девушка на четвереньках отбежала от мертвяка и с криком бросилась на Кандида:

- Молчу-ун! Как ты долго! Я уж думала, ты не придешь! Всех спасал. А меня не стал!.. Зачем ты от нас ушел? Не надо было тебе от нас уходить. Идем обратно в деревню, я женой тебе буду! Я вкусно готовлю и... и детей тебе нарожаю... Не то, что она, - сверкнула она глазами в сторону Навы. Жена должна рожать детей, а она не захотела.

- Ну, что ты, девочка, - покровительственно погладил ее по плечу Кандид. - Во-первых, я обещал вернуться в деревню и вернусь, но не сейчас. Сейчас смысла нет... Во-вторых, у меня уже есть жена. Нава - моя жена. И не она не хотела детей, а я... потому что... и она, и ты - еще дети!

- Я не ребенок! - вомутилась старостина дочь. - Я все знаю, меня мама учила, пока ее мертвяки не унесли... Правда, не пробовала... Но ты такой взрослый! Ты должен это уметь, ты меня научишь...

- У меня есть жена! - твердо повторил Кандид. - Разве ты не слышала, Лава? - вспомнил он, наконец, ее имя.

- Нава с интересом наблюдала за диалогом.

- Она?.. Она?.. Ха-ха-ха! - зло выкрикнула Лава. - Да она и не женщина вовсе! Она... она... - она вдруг увидела в руке Кандида деревянную скульптуру Навы, которую он впопыхах прихватил с собой. - Правильно! Она деревянная!.. Какая из нее жена... Я тебе буду настоящей женой. Оставь ее!.. Прогони!.. Прогони вместе с ее мертвяками мерзкими!..

- Нельзя быть такой злой, Лава! - строго сказал Кандид. - Мало ли что может случиться с женой или с мужем в Лесу!.. И если случится, то настоящий муж или жена должны заботиться друг о друге... Мы и заботимся... Если бы ты была моей женой, я бы о тебе заботился.. Да я и так обо всех вас заботился, как мог. Разве не так?

Лава вцепилась в его рубаху и, уткнув лицо ему в грудь, громко, в голос зарыдала. Кандид, успокаивая, гладил ее по голове.

Нава обратила внимание на то, что мертвяки насторожились, а потом и сама услышала, как кто-то продирается через заросли.

- Ну, гнилушки ходячие, мертвяки поганые! Ну, я с вами побеседую, когда догоню!.. Ишь, повадились, шерсть на носу! - послышался знакомый голос и на поляну выскочил Кулак с дубиной на плече. Глаза его возбужденно горели, борода и нечесаная шевелюра торчали космами в разные стороны, лицо заливал пот.

- А, вот и вы, бродило в рыло! - радостно завопил он, увидев мертвяков, и ринулся к ним, размахивая дубиной.

- Осторожней, Кулак! А то и нас зашибешь! - предупредил Кандид.

Кулак резко остановился и повернулся на голос. Взгляд его постепенно стал приобретать осмысленное выражение.

- О! Шиш на плеши! Молчун!.. Самый настоящий Молчун!.. И Лава!.. Успел-таки, спас... Ну, и лады... А я вот, старый пень, оплошал - прозевал, когда он выскочил, - погрозил он дубиной мертвяку. - Нет, дай я его все-таки зашибу, чтоб неповадно было приходить в деревню!.. Вот один тоже приходил, приходил, а как дали ему...

- Не надо, Кулак, - сказала Нава. - Он больше не придет. - И обратилась к мертвяку: - Уходи! И больше не появляйся в той деревне!

Мертвяк моментально развернулся и исчез.

- Нава! - обрадовался Кулак. - И ты тут! А то я думаю, где же Нава? А ты тут!.. Э-эх! - посетовал он. - Жаль, что он убежал... Если б я одного мертвяка при вас зашиб, может, потом легче пошло бы, а то все равно боязно - ну, как промахнусь, шерсть на носу... Уж он не промахнется.

- Ты человек, Кулак, - сказал Кандид. - А мертвяк - и есть мертвяк. Ты умнее, поэтому победишь.

- Э-эх! - еще раз вздохнул Кулак. - А что это вы здесь? Я думал - ты уже на Чертовых Скалах.

- До Чертовых Скал без защиты не дойти, - объяснил Кандид. - Нава ставила мне защиту.

- А-а, - понимающе закивал Кулак. - Вон что-о... Защита, оно конечно. Это правильно. Если без защиты нельзя, то надо ставить защиту. У нас в Лесу, вообще, без защиты никуда... Вот один без защиты сунулся в Ведьмину Полосу, так прямо на глазах и исчез... Больше не суется, бродило в рыло... Ну, что, Лава, пошли обратно, а то очень отец твой переживает... Но он деревню оставить не может - староста... Но какой он староста, когда по дочке горюет?.. Я Колченога оставил присмотреть за порядком с дубиной... Бегун-то из него никакой... А с дубиной по деревне - вполне... Пошли, девочка...

- Да не девочка я уже, не девочка! - закричала вдруг на него старостина дочь. - Я женщина! И без Молчуна никуда не пойду!..

- И то верно, - кивнул Кулак, - без Молчуна плохо... Может, вернешься? А завтра мы на Выселки сходим... На кой ляд тебе эти Чертовы Скалы?..

- Не сейчас, Кулак, не сейчас, - отрицательно покачал головой Кандид. - Вы уж пока сами...

- Не пойду я без Молчуна! - снова истерически взвизгнула Лава и так вцепилась в него, что Кандиду стало больно.

- Иди, Лава, иди! - Вдруг произнесла Нава спокойным, но странным голосом, будто это не она говорила, а кто-то за ее спиной.