Джо Холдеман - Бесконечная свобода

Во всяком случае, Антарес-906 и так уже, по собственному выбору, находился в своего рода экзистенциальном одиночном заключении. Независимо от того, что слово «выбор» означает для тельцианина. Я думаю, что в обычном состоянии они имеют свой эквивалент Целого Дерева и без вопросов выполняют его приказы.

В одиночном заключении, но тем не менее не один. В течение нескольких дней после убийства рядом с ним постоянно находился кто-нибудь из членов совета, вооруженный винтовкой с транквилизатором – чтобы защитить его в случае каких-нибудь эксцессов. Мне никогда еще не приходилось проводить столько времени в обществе тельциан, а Антарес-906 был не прочь поговорить.

Однажды я взял с собой тот самый полученный с Земли пятистраничный документ, в котором сообщалось, что мы приговорены к пожизненному заключению на Среднем Пальце. Мне хотелось спросить Антареса о значении таинственной последней строчки: «Внутри чуждого неведомое, за его пределами непознаваемое».

– Я этого не понимаю, – сказал я, – но, судя по всему, это должно быть какое-то обобщенное утверждение по поводу реального мира.

Тельцианин почти человеческим жестом потер шею; я знал, что это означало задумчивость.

– Нет. Ни в коей мере. – Он пару раз легко провел длинным пальцем по рельефным письменам.

– Наши языки очень сильно различаются между собой, а письменный язык содержит тончайшие смысловые и формальные значения. Ваш перевод неполон, потому что… – Он еще раз погладил строчку.

– Я не понимаю человеческих шуток, но, мне кажется, что это нечто наподобие шутки. Когда вы говорите что-то одно, а подразумеваете совсем другое.

– А какие слова использовали бы вы?

– Слова? Те слова, что вы произнесли, достаточно точны. Они мне знакомы: это изречение, связанное с тем, что вы могли бы назвать нашей религией. Но когда мы используем эти слова, то не применяем таких грамматических форм, как в данном случае, и это заставляет меня вспомнить о ваших шутках. Слово «непознаваемое» здесь применено в такой форме, какая на нашем языке должна рифмоваться со словами «неименуемые» или «безымянные». А это, в свою очередь, нечто наподобие судьбы или бога, выражаясь человеческим языком.

– Вы хотите сказать, что эти фразы должны означать нечто смешное?

– Ни в коем случае, по крайней мере, не в этой грамматической форме. – Он вернул мне бумагу. – Как правило, это выражение употребляется для того, чтобы подчеркнуть сложность вселенной.

– Это достаточно разумно.

– Но эта формулировка не предполагает обобщения. Фраза, как я полагаю, обращена к вам, к ста сорока восьми особям человеческого вида. Или, возможно, даже ко всей человеческой расе. Это… замечание? Нет, вспомнил: предупреждение.

Я снова прочел английский текст.

– Предупреждение о том, что мы направляемся навстречу непознаваемому?

– Может быть и другой вариант: непознаваемое направляется к вам. Неименуемое. Я задумался.

– В таком случае здесь могли иметь в виду даже последствия релятивистских эффектов. Фраза становится все более таинственной.

Существо прокаркало на своем языке слог, означающий отрицание.

– Не для нас.

Глава 5

Сначала это были просто мелочи. Ни малейшего намека на тенденцию.

Обитатели одного из устричных садков вдруг перестали расти. В других прудиках все шло благополучно.

У меня это вызвало чисто академический интерес, так как я однажды – очень давно, даже в исторических масштабах – попробовал устриц и решил, что одного раза мне хватит на всю жизнь. Но, как бывший рыбовод, я помог Хуану и Шаунте провести анализы окружающей среды. Нам не удалось обнаружить в этом водоеме ни единой молекулы вещества, хоть как-то отличавшей его от других садков. Не похоже было также, чтобы что-то нехорошее случилось с устрицами. Они были в полном порядке, если не считать того, что отказывались становиться крупнее ногтя большого пальца среднего человека.

В конце концов мы решили пожертвовать садком и возможным урожаем устриц и сварили около десяти литров совершенно безвкусного, на мой взгляд, супа. Затем мы осушили садок, простерилизовали его и повторно запустили в него споры.

Все кинофильмы и голографические записи, названия которых начинались с английской буквы С, куда-то запропастились. У нас не было ни «Casablanca», ни «Citizen Kane». Но загадочное явление «не знало» о значении артикля. Такие фильмы, как «The Cat Women from Mars» и «A Cunt for All Seasons» остались на своих местах, и кое-что из древней культуры все же сохранилось.

Мелочи.

Терморегулятор в детском бассейне отказался работать. Один день он прекрасно нагревал воду, а на следующий день отказывался это делать. Лючио и Елена отсоединили прибор, осмотрели и поставили на место; затем то же самое повторил Мэтью Андерсон, который понимал и чувствовал приборы, пожалуй, лучше, чем людей. Но терморегулятор так и не удалось наладить, а потом Елена вообще отсоединила его от системы после того, как однажды утром сунула руку в воду и чуть не ошпарилась. Дети, казалось, не возражали против холодной воды, лишь стали немного больше шуметь.

Что-то произошло с полом гандбольной площадки. Он стал липким, и двигаться по нему было все равно, что бегать по наполовину засохшему клею. Мы отциклевали пол и заново покрыли его, но лак был тот же самый, и вскоре после того, как пол высох, он опять начал липнуть.

На это можно было не обращать внимания – неудачно выбранный материал, и ничего больше, – но это был тот же самый лак, который мы использовали для всех деревоподобных поверхностей корабля, а липким он стал только в одном месте. Было мнение, что это происходит потому, что игроки в гандбол потеют. А те, кто занимается на силовых тренажерах, не потеют, что ли?

Затем случилась еще одно мелкое происшествие, которому вообще невозможно было найти какого-нибудь разумного объяснения. Это могла быть только сложная, но бессмысленная шутка: в одном из маленьких отсеков продовольственного склада полностью исчез воздух.

Раздраженный Рудковский сразу же сообщил мне о том, что у него на складе завелась «чертовщина», и я отправился вниз посмотреть, что случилось. Отсек был простой кладовой для хранения зерна и гарантированно не имел отношения к вакууму.

На двери не было никакого замка, но, когда Рудковский, высокий сильный толстяк, потянул за ручку, дверь не открылась. Другой повар пришел ему на помощь, вдвоем они сдвинули дверь с места, и она внезапно распахнулась; послышался характерный звук воздуха, врывающегося в безвоздушное помещение. На следующий день повторилось то же самое, и он решил поставить в известность совет.

Мы извлекли из кладовки все, что в ней было, и самым внимательнейшим образом осмотрели стены, пол и потолок. К нам присоединился и Антарес-906, обладавший другими органами чувств. Единственный способ удалить воздух из этого помещения состоял в том, чтобы откачать его оттуда, но никто из нас не смог найти какого-нибудь отверстия.