Антон Краснов - Леннар. Тетралогия

Леннар отозвался:

— Можешь не уточнять. Я тебя понял. Ну что же, твое слово!

— Мое слово,— повторил Акил.— Я принимаю твои условия.

— Рад, что мы договорились. Правда, переступили через кровь многих Обращенных — ну так что же... Сейчас мы переместимся в Центральный пост. Уже там, на месте, я вручу тебе требуемое.

Акил вздрогнул:

— В Центральный... пост? То есть? Боги и демоны!.. А мы где сейчас находимся?

— Это аварийный Центральный пост. Вспомогате­льный. Основной же был оставлен Строителями. Их вытеснили оттуда восставшие, подстрекаемые жреца­ми Купола. Впрочем, зачем тебе эти утомительные по­дробности, вытащенные из пыльной груды веков, храбрый Акил? Мы отправимся туда немедленно. Из основного Центрального поста мы и запустим оборон­но-наступательную систему Корабля. Это очень про­сто. Просто и наглядно. Ты сам увидишь, Акил, как за­пускается легендарное оружие Строителей.

При этих словах Леннара у Гамова вдруг тоскливо сжалось и запрыгало сердце. Тошнота подступила к горлу, продралась по пищеводу, заставила судорожно сократиться стенки желудка. Следует заметить, что не один только Константин Гамов почувствовал себя не в своей тарелке..: Другой гареггин, «бессмертный».Но­эль, коснулся рукой локтя соправителя сардонаров и проронил тихо, но внятно: . .

— Ты ему веришь? Что он вот так просто отдаст тебе власть?

— У него было много времени вернуть ее себе при куда более благоприятных обстоятельствах. Ему доста­точно было бы вернуться в Академию, чтобы эти Обра­щенные снова провозгласили его своим вождем,— бы­стро ответил Акил.— Зачем же ему сейчас идти на огромный риск? Он непохож на самоубийцу.

— Как знать, как знать,— прошептал Ноэль.

ЦП-2, основной

Он в самом деле был точной копией Центрального поста, недавно героически взятого сардонарами. Разве что примерно вдвое больше, но — те же экраны, та же гигантская дута пульта, и только нет в огромном поме­щении голографической проекции Корабля, а вместо него — вокруг пролома в полу — изломанные белые кости. И нет смысла гадать, сколько веков они тут ле­жат, потому что и без того ясно.

— Оборудование частью разбито,— сказал Леннар, хотя все, о чем он говорил, было перед глазами.— Но нам только ввести код...

— Код? — переспросил Акил.

— Именно.

Два десятка гареггинов за спиной Акила сомкну­лись плечами. У гареггинов превосходно развиты жи­вотные инстинкты, в основном за счет человеческого начала, и, верно, они почувствовали в том тоне, каким было произнесено единственное это слово, смутную угрозу себе и своему повелителю.

— Какой код?

— Обычный. Двенадцатизначный. Если угодно, ты можешь ввести его сам, Акил.

В ЦП-2 повисло напряжение. Свидетели этой сце­ны, общим числом около тридцати, замерли. Наконец Акил запрокинул голову, отчего его длинные волосы рассыпались по плечам, и рассмеялся:

— Это не дело простых смертных, великий Леннар! Сделай уж все сам, а мы будем благодарить тебя и воз­носить молитвы.

— Ну хорошо,— медленно проговорил Леннар и, обернувшись, посмотрел на своих сопровождающих.

Среди них были все те же: глава Академии омм-Алькасоол, Каллиера, Епанчин, Неделин, Абу-Керим, Гамов, Лейна... Еще трое...

Трактирщик Снорк.

Именно на нем остановились глаза недавнего вож­дя Обращенных. Снорк беспокойно заерзал под этим пристальным, немигающим взглядом и машинально подался назад, но Леннар перехватил его руку и сказал:

— Алькасоол, передайте браслет. Да-да, тот, из чис­ла Стигматов. Не мне, Снорку.

Трактирщик выпучил глаза и уставился на один из двух легендарных Стигматов власти Леннара, знаме­нитый артефакт, о котором шли непрерывные толки во всех землях и городах. Артефакт лежал у него на ла­дони, поблескивали серебристые нити инфоблока, светилась сенсорная панель, и трактирщик Снорк смотрел на нее с благоговением... Леннар подвел Снорка к одному из сегментов пультовой дуги, движе­нием широкого рукава смахнул пыль с наклонной по­верхности и откинул панель. Открылось гнездо кон­такта, которое Снорк сравнил про себя с отпечатком лошадиного копыта. Леннар произнес:

— Вложи сюда браслет. Видишь светящуюся поло­ску? А теперь видишь вот эти клавиши с засветивши­мися значками? Нажимай, я буду диктовать цифры. Ведь ты хорошо разбираешься в цифрах, хозяин Снорк?

— Дядя Акил очень мрачен,— тихо произнесла Лейна, наблюдавшая попеременно то за соправителем сардонаров в плотном окружении группы его гарегги­нов, то за Леннаром, который, возвышаясь над щуп­лым и низеньким Снорком, указывал тому, что следует делать.

Кто бы мог подумать, ЧТО делает Снорк и кем он станет для населяющих Корабль народов, пусть даже чисто номинально...

— Все,— сказал Леннар, поворачиваясь к Аки­лу,— я выполнил свою часть договора. Ты получил свое оружие.

Акил ответил сдержанно и с достоинством:

— Я благодарю тебя. Но все-таки хотелось бы уви­деть...

— Можешь не продолжать. Часть экранов здесь разбита, но сейчас наладим уцелевшие. Эдер, отрегу­лируй,— кивнул он первому оператору.— Работают?

— Как ни странно...— бросил Эдер.

Леннар подошел к консоли пульта и, сверившись с колонкой данных, проплывших по правому краю каж­дого из засветившихся целых экранов, коснулся не­скольких клавишей. На экранах выплыла пыльно-се­рая равнина, упирающаяся в отрог невысоких гор, ко­торые всегда присутствуют в месте примыкания Уров­ней к Стене мира — к корпусу Корабля. Соправитель Акил и его гареггины смотрели на то, как на серой, плоской поверхности этой равнины возникла вдруг геометрически правильная черта разлома протяжен­ностью не меньше нескольких сотен анниев. Проем начал расширяться, и, когда искусственный прямо­угольный котлован достиг не менее чем пятидесяти анниев в ширину, из его глубины с легким гудением начала подниматься площадка. На ней было восем­надцать летательных аппаратов — точно таких же уни­версальных летательных модулей, как замурованный под фундаментом Первого Храма...

— Да! — воскликнул Акил, и его глаза торжествую­ще сверкнули.— Да,— повторил он, но тут же накат восторга был приглушен мыслью, которая все равно пришла бы в его светлую рыжеволосую голову рано или поздно... А так лучше рано: если Леннар в любой момент мог укомплектовать армию Обращенных вот такими аппаратами, против которых не устоит ника­кая армия, да пусть даже миллионная,— так отчего же он не сделал этого?

Вопрос этот Акил тотчас же переадресовал бывше­му вождю Обращенных. Леннар повел плечами: