Пол Андреотта - Сладкий вкус огня

- Теперь вы пытаетесь оправдать смерть Терезы. Этот путь вам ничего не даст.

Слезы навернулись у меня на глаза.

- Я убил ее не просто так, доктор.

- Да, - сказала она спокойно. - Вам нужно было избавиться от нее, потому что вы не смогли избавиться от другой... - И она захлопнула свою папку. - На этом моя работа завершается. Я и так превысила свои полномочия.

Похоже, ей стоило немалых усилий сдержать свои эмоции. Уходя, она обернулась и попыталась улыбнуться.

- Нельзя любить двух людей одновременно. Рано или поздно наступает момент, когда то, что вы хотели подавить, снова всплывает на поверхность. Это мы и называем психозом. Во всяком случае, таковы будут мои показания. Надеюсь, они вам помогут.

Сегодня ко мне пришла Ким. Обычно она приходила по вторникам, но в прошлый вторник она была в Лондоне по делам, поэтому ей позволили увидеть меня в среду.

- Как ты?

Она принесла мне кое-какие вещи: еду, книги, пачку писчей бумаги и толстый шерстяной свитер - по ночам здесь отключали отопление.

- Ты встречался со следователем? Как еда? Ты немного прибавил в весе, дорогой. Наверное, мало двигаешься. Почему ты молчишь?

- Ким, ты тоже думаешь, что я псих?

- Кто тебе наговорил эту чепуху? Психиатр? Ты так же здоров, как и я!

- Послушай, ты веришь?

- Во что?

- В то, что была околдована? Твой ответ для меня очень важен.

- Наверное, ты прав, - пробормотала она, опустив, глаза.

- Но ты веришь в это? - настаивал я.

- Ты знаешь, - сказала она безмятежным тоном. - На следующий день ко мне пришел Деками и показал результаты анализов. Он очень долго объяснял. В конце концов оказалось, что у меня был "калаазар". Это какой-то паразит. Во Франции бывает примерно два случая в год. Декамп считает, что я подхватила его летом в Ибице. Этот паразит живет в селезенке... И можно сто раз умереть, прежде чем кто-нибудь догадается... Но вообще лечение не сложное... Что с тобой? Почему ты уходишь?

- Будь счастлива, - сказал я, - я хочу, чтобы ты была счастлива.

- Серж, свидание еще не закончилось. Почему ты так говоришь? Я не могу быть счастлива, пока тебя нет со мной.

Нам не суждено быть вместе, - сказал я.

- Серж, послушай... подожди минуту.

Но я повернулся и вышел.

Минуту назад я встал и подошел к окну - настоящему окну, хотя на нем решетка. Оно выходит на тюремный двор. Но я увидел то, что хотел. Да, сегодня полнолуние.

Я вернулся к кровати и лег. Обычно в это время оно и начинается. Сначала покалывание в груди слева, как будто игла прочерчивает линию, чтобы потом сделать разрез...

О! Прошлой ночью, например, меня внезапно пронзила непереносимая боль, но она быстро прекратилась. А сегодня начинает покалывать левое плечо.

И я улыбаюсь, потому что ясно вижу их обоих, дядю и старика за работой. Отличная работа, проверенный метод.

Я улыбаюсь, потому что мне известна цель операции: разрезать мое сердце надвое, а затем сшить обе половинки. Непростая работа: скальпель делает свое дело в этом мире, но исцеление приходит лишь в следующем.