Пол Андреотта - Сладкий вкус огня

Я бросился к кровати и увидел, что Ким мечется в лихорадке. Ее левая рука была напряженно вытянута в сторону, правая сжимала горло. Ким задыхалась. Воздух проникал в ее легкие с долгим свистом, и каждый вздох казался последним. Безумные глаза смотрели сквозь меня. Внезапно под действием спазма ее тело выгнулось и упало на простыню. После этого дыхание стало легче, лоб покрылся испариной.

Когда мы прибыли в больницу на скорой помощи, Декамп был уже там. Меня попросили подождать в маленькой комнатке на первом этаже, и он вышел ко мне примерно через час.

- Я устроил ее в отдельной палате, - сказал он. - Ей дали кислород, и теперь все в порядке. Она уснула.

- Что с ней, Роже?

- Не знаю. Но мы обязательно выясним. Завтра привезу к ней Пруста. Давай-ка выпьем чашечку кофе.

Мы прошли по рю де Севр, но там не оказалось ни одного открытого кафе. Говорил один Декамп.

- Видит Бог, мы проверили все. Возможно, что-то со спинным мозгом.

- Что это значит?

Он пожал плечами.

- Давай, я провожу тебя до дома.

На следующий день в одиннадцать я принес статью. Берни прочел, и ему понравилось. Он позвонил в расчетный отдел и попросил, чтобы мне дали небольшой аванс, потом открыл другую папку - "Андропауза у пожилых мужчин".

- Это большая тема, которую мы разделим на три выпуска. Сейчас мне нужно немного исторических документов. До какого точно возраста спал с женщинами, к примеру, Луи XVI и тому подобное. Ты понял, что мне нужно? Я знаю, такая работа гораздо ниже твоих способностей, и у меня есть много людей, которые могли бы ее сделать, но если это как-то поможет... Тебе, вероятно, придется посидеть пару вечеров в Национальной библиотеке.

- Спасибо, - сказал я. - Очень тронут.

- Чем могу...

Из редакции я поехал прямо в больницу. Ким только что сделали люмбарную пункцию, и она очень ослабла. В вену левой руки у нее была воткнута иголка, соединенная с капельницей, а правую она протягивала мне, пытаясь улыбнуться.

- Зажги свет, - попросила Ким.

- Но... сейчас день.

- Ах да, конечно...

Она взглянула в окно.

- Что сказали доктора?

- Они сказали, что ты самый очаровательный пациент в больнице.

- Нет, серьезно, Серж, я не могу оставаться здесь.

- Тебе нужно здесь остаться только, чтобы сделать все эти анализы. А потом я сразу заберу тебя домой.

- Я хочу быть с тобой.

- Вот, принес тебе ночную рубашку и туалетные принадлежности.

- Я хочу умереть возле тебя.

- Не говори глупостей, дорогая. Все пройдет через несколько дней. Голова еще болит?

- Нет, теперь лучше.

- Вот видишь.

- Вчера ночью я решила, что это конец.

- Прекрати об этом, слышишь.

Роясь в своей сумке, она как будто начала оживать.

- Ты просто умница. Позаботился обо всем. - Она выбрала тюбик крема и намазала им лицо.

- У меня, наверное, ужасный вид?

Вошла сестра и поддразнила Ким:

- Прихорашиваетесь для мужа?

Потом она сделала вид, будто поправляет постель, еще немного постояла просто так и наконец объявила:

- Вам пора уходить. Ей нужен покой.

Выйдя из палаты, я захотел встретиться с главным врачом больницы, но он был очень занят, и меня просили подождать. Я ждал в коридоре больше двух часов, пока он не освободился. Это был высокий коренастый пожилой человек, с впалыми щеками, редкими седыми волосами и наивным детским взглядом.

- Вы принесли историю болезни? Очень хорошо.

Он раскрыл карточку. Там были результаты исследований за последние три месяца, даже рентгеновский снимок лобных пазух, на котором настоял какой-то идиот. Всевозможные анализы, электрокардиограммы, рентген почек, анализы мочи, крови, лимфы, эндокринных желез и т.д.

Он пролистал все это с быстротой профессионального шулера, который выискивает в колоде джокеры. Некоторые карты ему явно не понравились.

- Я бы не стал продолжать в этом направлении. - Он имел в виду тест на надпочечники. По-видимому, в карточке не оказалось ключа к дальнейшим исследованиям. Главный врач пожал плечами и вернул ее мне.

- Но у меня есть одна идея. - Он оживился, очевидно радуясь своей идее. - Довольно редкое заболевание, но мы не можем делать никаких выводов, пока не получим результатов последних анализов.

Я хотел знать, что это за болезнь. Насколько она серьезна. Доктор скривил губы:

- Мы достаточно вооружены, чтобы справиться с ней. - Он взглянул мне прямо в глаза. - Видите ли, я могу и ошибиться. Зайдите через четыре дня, тогда все прояснится.

Выходя из больницы, я сказал себе, что должен как можно скорее окунуться в работу, если не хочу сойти с ума. Андропауза королей Франции вполне подойдет. Я отправился прямо в Национальную библиотеку и провел весь вечер, делая заметки. Было темно, когда я покинул библиотеку и зашел перекусить в кафе на углу рю де Валуа. И тут в моем мозгу совершенно отчетливо обозначился один вопрос (он прошел долгий путь из глубин подсознания, преодолел все барьеры и выбрался наружу. Теперь он заговорил с неумолимой логикой долго отвергавшегося факта: "Почему ты не хочешь признать истину?")

Не доев сандвич, я выбежал из кафе и взял такси, потому что был неспособен вести машину. Когда я добрался до больницы, было около семи часов.

Пришлось ждать еще четверть часа, прежде чем меня пропустили.

- Неприемные часы, - сказали мне. Но я настаивал.

Девушка на коммутаторе встала и ушла поговорить со старшей сестрой. Другие посетители разговаривали приглушенными голосами, кто-то читал карточку. Наконец мне позволили пройти. Осторожно открыв дверь палаты N_12, я словно оказался в склепе. Сердце бешено заколотилось, Ким лежала в полутьме ночника, и взгляд ее больших влажных глаз был устремлен в потолок. Увидев меня, она попыталась улыбнуться.

- О, ты здесь, - сказала она, словно это была величайшая радость в ее жизни.

Осторожно, словно самый хрупкий и драгоценный предмет в мире, я слегка приподнял ее и прижал к себе. Когда я попытался отпустить ее, она вдруг шепнула мне на ухо:

- Знаешь, я скоро умру.

- Не говори глупостей.

- Нет, я знаю, с тех пор я точно знаю.

- С каких пор?

- С тех пор, как появился этот трамвай.

- Расскажи мне, что за трамвай?

- Я не могу больше бороться. У меня нет сил. Я так хотела... - она откинулась на подушку и сделала три глубоких вздоха. - Я так хотела быть тебе хорошей женой, как другие жены. - Она взглянула на меня в упор. Трамвай у меня в правой ноге. И его воля сильнее людей.

Ночная сестра вошла так тихо, что я не заметил.

- Вам лучше уйти, - мягко сказала она. - У нее очень высокая температура, она бредит.

Когда он поворачивает, троллейбусы подпрыгивают... - продолжала Ким. Там так вспыхнуло... а теперь... о... - она схватилась за живот. - Все рельсы погнулись.