Эйдзи Микагэ - Пустые шкатулки и нулевая Мария. Том 2

Я пошел к лестнице. Тут же услышал, как кто-то бросился ко мне из соседней комнаты, но оборачиваться не стал.

— Кадзуки… почему ты не сказал мне, что «0» вмешивался?

Не то чтобы я скрыл от нее. Это пришло мне в голову как раз когда мы сюда пришли. Рассказывать просто не было времени.

— Почему ты не отве-… Кадзуки???

Эта ее сердитость была мне приятна. Я положил голову Марии на плечо.

Я враг [Рико Асами]. А значит, я должен заставить [Рико Асами] сдаться, даже если мне придется использовать для этого Миядзаву-куна.

У меня нет выбора. Я должен это сделать. И все же –

— Причинять другим боль очень… больно, — прошептал я, не поднимая головы.

Но я выбрал: я должен вернуть свою повседневную жизнь.

Я собираюсь пожертвовать другим человеком ради себя. Поэтому я хотел, чтобы кто-то винил меня. Ругал меня, говорил «ты отвратителен!»

Мария, однако, почему-то хранила молчание.

Хуже того, она ласково погладила меня по голове.

— …

Интересно, почему?

Почему это было так приятно, хотя желал я от нее прямо противоположного?

4 мая (понедельник) 13:00

Никакого запаха мяты. Я стояла с журналом манги, как было уже один раз. Я смогла выскользнуть из комнаты Марии Отонаси.

— Ха-ха!

Мне удалось! Моя угроза удалась!

Ощущение полного тупика испарилось. Все в порядке. Я все еще могу драться. В первую очередь надо повидаться с Рюу Миядзавой.

Я вышла из магазина и осмотрелась, чтобы понять, где я. Главная улица; я знаю это место. Квартира Рюу Миядзавы совсем недалеко.

Подойдя к его двери, я нажала кнопку звонка.

Рюу Миядзава открыл мгновенно.

Он был бледен. Мешки под глазами были чернее, чем раньше. И он молчал. Просто стоял и молча смотрел на меня.

— …Эй, что случилось?

— …Ничего.

Его ответ, однако, ясно дал мне понять, что что-то явно случилось.

— Мария Отонаси сделала с тобой что-то?

— Нет… она ничего не делала.

Его слова не несли никакой информации вообще и потому звучали почти механически. Что-то явно было не так. Ну, он и раньше казался каким-то странным, но сейчас его странность вышла на новый уровень.

— Может, войдешь пока? — пригласил он монотонным голосом. Я вошла; в то же время червячок подозрения продолжал шевелиться во мне.

— …Что это?

Едва войдя, я заметила разбитое окно.

— А, это Отонаси разбила, — вяло ответил брат. Наверняка Мария Отонаси что-то сделала с ним. Иначе никак не объяснишь.

— …Наш вчерашний план провалился?

— Угу.

Снова вялый ответ. …Черт возьми, что же произошло?

— Почему ты не отвечал, когда я звонила?

— …«Звонила», хех.

— Э?

— Разве ты не в мужском роде о себе говоришь?

…Точно, мне надо снова это поправить.

— …Просто ошибся. Я ведь никто.

— …Час дня уже наступил, хех, — произнес он, глядя куда-то в пространство.

— Ну — да… но с чего ты это вдруг?..

— Этот блок ты забрал на третий день. Стало быть, это наверняка ты. Поэтому я могу быть уверен. Но если бы сейчас было два… я, наверно, решил бы, что Хосино опять пытается меня обмануть, и не понял бы, что это ты. Я, знаешь ли, не Мария Отонаси, я не могу вас различать по движению лицевых мышц.

— …Тут ты меня запутал.

— Скажи, как ты меня зовешь?

— Ээ? «Рюу Миядзава», конечно, разве я тебя не звал так все это время?

— Да, наверно. Да.

— Кончай уже нести всякий бред и расскажи лучше, что произошло вчера!

— Ладно.

Кивнув, Рюу Миядзава опустился в свое кресло и уставился в черный монитор.

— Я действовал точно по плану. Как видишь, план провалился.

Я думал, что он продолжит, поэтому ждал какое-то время; но он просто сидел без движения и пялился в монитор. И молчал.

— Э? И все?..

— Не знаю я ничего! Наш план провалился, и Мария Отонаси забрала Кадзуки Хосино. Я не знаю, что произошло потом. Понятия не имею, что между ними было!

— …Что? Но мне от этого совсем никакой помощи.

— Ну… думаю, да, никакой.

Эти слова Рюу Миядзава произнес холодным тоном, даже не глядя в мою сторону.

— …Ты собираешься бросить меня?

Но он по-прежнему не оборачивался.

Понятно. Вот что он собирается делать. Он опять заткнет уши и будет притворяться, что его нет.

— Ты ведь жалеешь, правда?

Лишь после этих слов он искоса взглянул на меня.

— Ты жалеешь, что увидел несчастье Рико Асами, когда она попросила тебя о помощи и ты побежал к ней домой — и в итоге она втянула тебя во все это; жалеешь, правда? Именно! Если б ты ничего не узнал, мог бы жить без забот и оплакивать собственное несчастье. Если б ты тогда не откликнулся на звонок Рико Асами…

— Я не жалею! — оборвал он меня. — Единственное, о чем я жалею, — что не заметил раньше. Если бы заметил, смог бы все предотвратить. А значит, все, что случилось, с начала и до конца — моя вина. И я не хочу больше повторить эту ошибку!

Наконец он повернулся ко мне лицом.

— Вот почему я решил, что буду по-прежнему помогать Рико. И что бы ни произошло, этого решения я не изменю.

— …Б р а т.

В груди у меня разлилась теплота.

Брат сказал это так искренне.

— Спасибо тебе, брат. Пожалуйста, помогай мне и дальше.

— «Брат», хех.

Брат слегка кивнул.

— Слушай… Скажи мне свою цель.

— Почему так поздно?…Ну ладно, я не в обиде! Моя цель — заполучить Кадзуки Хосино. Для этого я должен заставить [Кадзуки Хосино] сдаться. Истерзать Кадзуки Хосино до такой степени, чтобы он расцарапал собственную шею до крови, чтобы он, стоя на коленях, сам отдал собственное тело со словами «пожалуйста, сделай со мной что пожелаешь».

— …Понятно, значит, это сомнений не вызывает?

— Конечно. Я ведь говорил уже несколько раз, разве нет?

— Говорил, говорил, — пробормотал брат и, опустив голову, затих. Мне это показалось странным, так что я осторожно заглянул ему в глаза.