Picaro - У края, у берега...

— Не похоже, что авария, — Николай напрягся и подумал, не повернуть ли назад: он не любил ментов, так как пару раз хорошо обжегся, имея дело с людьми в форме. — Вроде ловят кого-то.

— Нас должны пропустить, — эмоционально сказала Маша. — Я везу больного ребенка в больницу. Они не имеют права останавливать нас!

— Пропустят, не волнуйся, — Николай перебрал в уме все вещи, которые находились в джипе: ничего криминального не было. — Документы глянут и пропустят.

Но через несколько минут, когда он, повинуясь жезлу "даишника", остановил машину у обочины, оказалось, проехать дальше они не смогут. Проверив документы, мрачные автоинспекторы заявили, что дальше по трассе "охренительная авария… несколько человек погибло… горит цистерна с бензином, а вторая вот-вот может рвануть…"

— Там такой фейерверк сейчас будет, — сказал один из милиционеров, — что вас с дороги сдует. Пожарные уже пол часа, как потушить не могут.

— Но нам срочно в больницу надо, — Маша показала на расплакавшуюся дочку. — Что же делать?

— Вы бы не могли "скорую помощь" вызвать сюда? — спросил Николай. — У нас мобильники не работают.

Мент посмотрел на напарника — тот отрицательно покачал головой.

— Сюда вызвать не получится, — сказал автоинспектор. — Из Берегового все машины на аварии.

— Вам нужно домой возвращаться, — посоветовал второй милиционер. — Вы адрес скажите, мы тогда из Захово машину вызовем. Прямо к вам домой.

— Точно, — кивнул первый мент, — в Захово "скорые" есть.

— Говорите адрес, — "даишник" достал блокнот и ручку.

Николай подумал, что мог бы сам отвезти девочку в Захово, но промолчал. Все складывалось, как-то по-дурацки и ему хотелось вернуться к поиску, а не мотаться на жаре по чужим делам.

— Приморск, улица Соленая, дом четыре, — диктовала Маша, — Мария Ивановна Леонтьева. Скажите, что у десятилетней девочки — Светы Леонтьевой очень высокая температура, сильный кашель… Ночью даже задыхалась, так ей плохо было.

— Скажу, — мент кивнул и с бумажкой в руке удалился в патрульную машину.

Николай вылез из джипа, закурил. Менты утратили к ним интерес и тихо разговаривали у машин. Светка стала ныть, что хочет домой, что ей жарко, что она хочет выйти на улицу.

— Может так лучше будет, — грустно сказала Маша. — Поеду с малой в Захово…

— Почему вы так на больницу настроились? — спросил Николай. — Зачем сразу в больницу? Назначат лечение на дому.

— Эй! — из машины высунулся автоинспектор. — Я сообщил ваш адрес на станцию "скорой помощи"! Езжайте домой: они будут в течение часа! Ждите, сказали, что обязательно приедут!

Николай торопливо затягивался. Подошел первый мент и недовольно спросил:

— Ну чего вы ждете? Тут стоять нельзя.

— Не бойтесь, — фыркнула Маша, — уедем сейчас.

Николай залез на водительское сиденье и завел двигатель.

— Дикие они какие-то, — пробормотал он, — и совсем не обаятельные. Не люблю ментов…

Маша промолчала. Обратная дорога, как всегда, прошла быстрее, и вскоре они свернули с шоссе на Приморск. Компания наркоманов оживилась при их приближении, но узнав джип, увидев, что он свернул к поселку, разразилась ругательствами. Вернулась под навес. Девица не удержалась и кинула вслед машине пустую пластиковую бутылку.

Николай остановил джип у калитки. Шарик радостно прыгал на нее и встречал вернувшуюся хозяйку лаем. Даже повизгивал от возбуждения. Мужчина открыл заднюю дверцу.

— Спасибо, — Маша с дочкой на руках вылезла из машины. — Большое спасибо и простите, что отняла у вас время без толку… — она вошла в калитку. — Буду ждать врачей. Вы сейчас на море?

Не ответив, Николай проводил ее к дому. С одной стороны хотелось вернуться к поиску, с другой он ощущал неловкость перед хозяйкой.

— Я вот думаю, — начал мужчина, — как вы назад добираться будете? Если со "скорой" уедете?

Маша занесла дочку в ее комнату и, посадив на постель, стала переодевать. Светка выглядела совсем больной, даже не хныкала и только сопела курносым, как у матери, носиком.

— Я если поеду с малой в больницу, — Маша сняла с ног дочери сандалии, — то там останусь. Вернусь завтра утром, маршруткой. Переночую с ней в палате, — она натянула на Светку майку и уложила в кровать. — Отдыхай, доченька. Я сейчас приду.

Они прошли на кухню. Вздохнув, Маша устало опустилась на табурет. Николай согнал пчелу с кувшина, в котором оставался абрикосовый компот, и налил напиток себе в стакан.

— Хотя, может, никуда ехать не придется, — Маша поднялась. — Пойду, Аню выпущу…

Через минуту Николай услышал, как она вскрикнула, и поспешил к женщине. Маша стояла на пороге комнаты старшей дочери, качала головой.

— Вы посмотрите! — сказала она гневно. — Эта дура через окно удрала! Пусть только вернется! — Маша сжала кулачки. — Я так ее выпорю — неделю сидеть не сможет. Совсем с ума сошла противная девчонка!

Заглянув в комнату, Николай увидел растворенное окно.

— Бывает, — он осторожно взял Машу за плечи. — Вы не волнуйтесь. Глупенькая она еще у вас…

Женщина хмуро посмотрела на Николая. Он убрал руки, и Маша, продолжая ворчать на дочь, ушла в комнату Светы. Строя гримасы, Николай вышел на веранду.

— Момент я выбрал неудачный, — тихо пропел он. — И погубил роман свой дачный… Ладно, пора на работу. Хоть и не хочется, а надо.

Выехав за поселок, отыскивая в лесу дорогу к месту поиска, Николай достал "кэмел". И громко выругался: в пачке осталась одна сигарета.

— Ну, что за день сегодня! — застонал он. — Маразм какой-то!

Мужчина остановил машину и закурил. Два блока сигарет лежали у него в комнате, в рюкзаке. Он посмотрел на часы: почти без двадцати двенадцать. Представил, как пашет на жаре и без курева. Выругался от бессильной злости. Подумал, что день не сложился. Бестолковая поездка с Машиным ребенком выбила из рабочего настроения. И потом, он всегда не любил, когда в делах, касавшихся поиска, одно за другим начинали возникать препятствия. В таких случаях, если он пер напролом, то в конце-концов оказывалось, что предпринятые им героические усилия безрезультатны. Желание работать окончательно пропало.

"Возвращаться — плохая примета, — подумал он. — Конечно, можно съездить за сигаретами, минут пятнадцать туда и столько же обратно. А потом целый день бродить-копать на солнцепеке". Поразмыслив, Николай пришел к выводу, что искать днем — плохая идея с самого начала. Лучше дождаться темноты, когда спадет жара и намазаться репеллентом с головы до ног. Должен же он хоть как-то защищать от кровопивцев. И людей поблизости не будет. Нет таких идиотов, как он, которые на море вечером попрутся к болоту кормить комаров.