Владимир Синельников - Восточный круиз

– Тогда мой корабль к вашим услугам, – незнакомец махнул рукой в сторону корабля. От этого движения у него под кожей вздулись и заиграли мускулы.

Вообще незнакомец являл собой мужчину в расцвете лет. Безупречная фигура, рост где-то под метр восемьдесят (пресловутые идеальные шесть футов по Джеку Лондону), живые карие глаза с чуть заметным ироничным прищуром, волевой подбородок… О возрасте напоминали лишь слегка поседевшие, коротко стриженные волосы на висках.

– Мне бы не хотелось послужить помехой вашим пла­нам…

– О нет, – прервал меня незнакомец, – я следую на юг, и мне не составит большого труда забросить вас по дороге в Шемсум.

– Но мне нечем расплатиться с вами…

– Ни слова о деньгах, – опять не дал мне договорить незнакомец, – тем более когда речь идет о такой пустяковой услуге.

– Тогда еще один момент. – Я взглянул на Беса, который незаметно выбрался из щели и с интересом прислушивался к нашему разговору. – Вас не шокирует мой спутник?

– Ничуть, – улыбнулся незнакомец, – в своей жизни я повидал столько странного, что ваш попутчик на этом фоне выглядит вполне обыденным явлением.

– Это я – то явление?! – возмутился Бес.

– Прошу прощения, если невольно обидел вас, – склонил голову в сторону Беса незнакомец, – но если вы изволите сообщить, к какому народу вас следует относить, я обещаю, что впредь не позволю подобной бестактности.

– Я сам по себе, – самодовольно заявил Бес, – и не нуждаюсь ни в каком сообществе.

– Ой ли, – хмыкнул я.

– Ну ладно, ладно, – Бес покосился в мою сторону. – Вот мой сородич, – он ткнул рукой в мою сторону.

– Тогда еще раз приношу свои извинения, – чуть заметно улыбнулся незнакомец.

Он повернулся к паруснику и коротко свистнул. Над бортом возникла голова, покрытая буйной растительностью.

– Готовь корабль, Азиз, – скомандовал незнако­мец. – Отходим.

– Есть, капитан, – молодцевато отрапортовал Азиз.

Он поднес к губам начищенную до блеска дудку и проиграл короткую мелодию. Сейчас же на судне раздался торопливый топот. Появившиеся из трюма матросы, одетые не менее живописно, чем капитан, бросились на мачты и к швартовам. С борта спустили трап, капитан сделал учтивый жест, и я полез на корабль.

– Сюда, – все так же учтиво капитан распахнул одну из дверей в трюме, – каюта к вашим услугам. Как приведете себя в порядок, прошу проследовать в мои апартаменты на завтрак.

– Как я найду их?

– Дерните вот за этот шнур. Мой слуга проводит вас.

Как только за капитаном закрылась дверь, Бес подлетел к иллюминатору и открыл его. Ту же самую процедуру он проделал и со вторым иллюминатором. Потом проверил, легко ли открывается дверь. Я с интересом наблюдал за его перемещениями. Наконец мне это надоело.

– Что у тебя на уме?

– Всегда предпочитаю иметь готовый путь к отступлению, – ответствовал Бес.

– У тебя все еще вызывает подозрения наш любезный хозяин?

– Он не наш хозяин, – скорчил надменную гримасу мой попутчик. – Во всяком случае, не мой. И я никому не доверяю.

– Тяжело же тебе приходится с таким комплексом неполноценности.

– Зато меня, в отличие от тебя, ждет гораздо меньше разочарований.

– Ну и черт с тобой. – Бес со своей подозрительностью меня уже порядком достал.

Я с интересом осмотрел наше временное пристанище. Каюта была достаточно просторной, и, хотя не блистала роскошью, в убранстве и мебели чувствовались солидность и добротность. В одном из углов я обнаружил закрепленные в специальных держателях медный таз и кувшин с водой. Тут же на стене висело небольшое зеркало, на полке перед которым находились бритвенные принадлежности. Я взглянул на свою неопрятную двухнедельную бороду и без промедления принялся приводить в порядок лицо. После бритья я снял вконец изодранную рубашку и с наслаждением помылся до пояса. Все это время Бес просидел на спинке стула, наблюдая со скептическим видом за моими попытками привести себя в божеский вид. Раздавшийся тихий стук в дверь заставил его подскочить на месте и ринуться к одному из иллюминаторов.

– Войдите, – я повернулся к двери.

– Хозяин прислал вам чистую одежду. – В каюту с поклоном вошел человек, одетый в халат и шаровары. На голове у него красовалась аккуратная чалма.

– Если вы позволите, я приведу ваши вещи в поря­док. – Вошедший положил стопку белья на кровать и замер в выжидательной позе.

– Пожалуйста, – я стянул с себя потерявшие от грязи всякий вид мои пятнистые штаны.

Слуга собрал мои драные шмотки и двинулся к двери.

– Постой, – окликнул я его. – Не скажешь, как зовут твоего хозяина?

– Он сам вам все расскажет, если сочтет нужным, – с этими словами слуга исчез за дверью.

– Ох, не нравится мне все это, – протянул Бес, спускаясь с иллюминатора на лежанку.

Не обращая внимания на брюзжание попутчика, я натянул на себя принесенные безрукавку с шароварами и дернул за шнур.

– Отведи меня к капитану, – попросил я явившегося все того же слугу.

Тот с поклоном предложил следовать за ним.

Каюта капитана парусника, находившаяся в кормовой части судна, была намного больше моей и убрана с восточной роскошью. Стены украшали нежно-голубые и зеленые драпировки, большие квадратные иллюминаторы прятались за золотистыми шторами. Сам хозяин каюты полулежал на ковре перед накрытым дастарханом и меланхолично посасывал кальян. При виде дымящихся яств мой желудок болезненно сжался. Я вдруг вспомнил, что долгое время ни разу не ел по-человечески.

– Прошу вас и вашего сородича утолить голод и жажду, – хозяин каюты сделал приглашающий жест. – Не смущайтесь, – продолжил он, – и не обращайте на меня внимания. Я поел еще до нашей с вами встречи.

Печеные кеклики и копченая баранина со свежими лепешками были бесподобны. А светлое игристое вино оказалось вообще выше всяких похвал. Когда я слегка утолил первый голод, хозяин корабля оставил свой ка­льян.

– Кстати, как вас величать, если не секрет?

– Какой тут может быть секрет, – я оторвался от трапезы. – Максим, к вашим услугам.

Я невольно подстраивался под изысканно вежливую речь капитана парусника. А корабль между тем тронулся с места. Над нашими головами по палубе передвигались матросы, что-то зычно приказывал давешний Азиз, являвшийся то ли боцманом, то ли исполняющим обязанности капитана корабля на время его отсутствия. За бортом шумно всплескивала вода. Слава богу, хоть качка не ощущалась. Я больше всего боялся морской болезни, наслушавшись про жестокие мучения непривычных к морю людей.