Айзек Азимов - Приход ночи

– Поначалу еще можно было предполагать, – сказала Сиферра, – что пожары на Томбо – событие чисто местное, по какому-то странному совпадению повторяющееся через равные промежутки времени – может быть, даже некий принятый только там обряд очищения. Поскольку на Калгаше пока не обнаружено поселений такой же древности, как сагиканские, сравнивать нам не с чем. Но расчеты Бинея все изменили. Теперь выяснилось, что мир, по всей видимости, каждые 2049 лет погружается во Тьму. Как сказал Ширин, огонь вспыхивает повсюду – и выходит из-под контроля. Сколько бы поселений ни существовало в мире в эпоху Томбо, они должны были погибнуть так же, как города Томбо, и по той же причине. Но Томбо – это все, что осталось нам от доисторических времен. И Апостолы считают Томбо священным местом, где боги некогда являлись людям.

– Может быть, теперь они явились нам вновь, – буркнул Атор. – Чтобы оповестить нас о бывших в древности пожарах.

– Значит, вы готовы уверовать в учение Апостолов? – спросил Биней.

Это было все равно, что спросить директора прямо, в своем ли он уме – и Атор ответил не сразу. Наконец он сказал как можно спокойнее:

– Уверовать? Нет. Не совсем. Но они заинтересовали меня, Биней. Мне страшно это выговорить – но что, если Апостолы правы? Нам теперь ясно, что Тьма действительно наступает каждые 2049 лет, как сказано в их Книге Откровений. Ширин говорит, что, если это произойдет, мир сойдет с ума, а Сиферра свидетельствует, что по крайней мере одна малая часть мира сходила с ума снова и снова – и гибла в огне все через те же 2049 лет…

– И что же вы предлагаете? – спросил Биней. – Примкнуть к Апостолам?

Атор снова поборол гнев.

– Нет, Биней. Просто вникнуть в их учение и посмотреть, как его можно использовать.

– Использовать? – вскричали разом Ширин и Сиферра.

– Да! Использовать! – Атор потряс своими костлявыми руками. – Вы что, еще не поняли, что спасение цивилизации полностью зависит от нас четверых? Что к этому все сводится? Как ни драматически это звучит, но, кажется, у нас в руках неопровержимые доказательства близкого конца света. Сплошная Тьма влечет за собой массовое безумие – отсюда массовые пожары – наши города в огне, наше общество на грани краха. Но ведь существует, помимо нас, и другая группировка, которая предсказывает то же самое, опираясь уж не знаю на что – с точностью до дня… – 19 тептара, – пробормотал Биней.

– Да, 19 тептара. День, когда на небе останется один Довим – и, если мы не ошиблись, невидимый доселе Калгаш Второй заполнит собой наше небо и заслонит нам солнечный свет. В тот день, как говорят Апостолы, наши города поглотит пламя. Откуда они это знают? Просто угадали? Почерпнули из своих мифов?

– Некоторые их высказывания лишены всякого смысла, – заметил Биней. – Они, например, говорят, что на небе появятся Звезды. Что это за Звезды? Откуда они возьмутся?

– Не имею понятия, – пожал плечами Атор. – Эта часть апостольского вероучения вполне может оказаться мифом. Но мне кажется, у них сохранились какие-то летописи о прошлых затмениях, и на них-то Апостолы и строят свои мрачные предсказания. Нам надо узнать об этих летописях побольше.

– Почему нам? – спросил Биней.

– Потому что предстоящую борьбу за спасение цивилизации должны возглавить мы, ученые. Только в том случае, если обществу станет известно, что ему грозит, у него появится шанс защитить себя от грядущей катастрофы. В настоящее же время к Апостолам прислушиваются лишь легковерные и невежественные люди. Более интеллектуальные, более рациональные слои населения относятся к Апостолам так же, как и мы, считая их глупцами, сумасшедшими или же мошенниками. Наша задача – уговорить Апостолов поделиться с нами своими астрономическими и археологическими сведениями, если у них есть таковые. А затем мы предадим все гласности. Обнародуем наши открытия, подтвердив их истинность информацией, полученной от Апостолов – если мы ее получим. В сущности, заключим с Апостолами союз против хаоса, который, как известно обеим сторонам, вскоре должен настать. Так мы привлечем к себе внимание всех слоев общества, от самых доверчивых до скептиков.

– Значит, вы хотите, чтобы мы из ученых сделались политиками? – спросила Сиферра. – Мне это не нравится. Не наше это дело. Я за то, чтобы передать наши материалы правительству, и пусть оно…

– Правительство! – презрительно фыркнул Биней.

– Биней прав, – сказал Ширин. – Я-то знаю, что за публика там, в правительстве. Они назначают комиссию, которая через некоторое время составит доклад, который положат под сукно, а потом назначат вторую комиссию, чтобы она разобралась в работе первой, а потом поставят вопрос на голосование – нет, у нас на все это просто нет времени. Наш долг – высказаться от своего имени. Я знаю на личном опыте, как действует Тьма па человеческий рассудок. Атор и Биней могут доказать математическим путем, что Тьма скоро настанет. Вы, Сиферра, видели своими глазами, что сделала Тьма с цивилизациями прошлого.

– Но хватит ли у нас духу обратиться к Апостолам? – спросил Биней. – Не поставим ли мы на карту свою репутацию ученых, связавшись с ними?

– Верная мысль, – сказала Сиферра. – Лучше держаться от них подальше.

– Возможно, вы и правы, – нахмурился Атор. – Наверное, с моей стороны было наивно надеяться, что мы сумеем заключить деловое соглашение с этими людьми. Снимаю свое предложение.

– Подождите, – сказал Биней. – У меня есть друг, журналист Теремон – вы его знаете, Ширин – он уже имел дело с высоким должностным лицом Апостолов. Может быть, он сумеет организовать тайную встречу Атора с Верховным Апостолом. Тогда вы, доктор, сможете прощупать Апостолов и узнать, есть ли у них что-нибудь стоящее – то, что способно подкрепить наши доказательства, – а если у них ничего такого нет, будем отрицать, что встреча имела место.

– В этом есть смысл, – согласился Атор. – Я готов встретиться с ними, как бы мне это ни было противно. Итак, насколько я понимаю, суть моего заявления никто из вас не оспаривает? Вы согласны, что мы обязаны предпринять какие-то действия в связи с нашими открытиями?

– Лично я согласен, – ответил Биней, посмотрев на Ширина. – Я все же намерен пережить Тьму. Но все, что было сегодня сказано, убеждает меня в том, что множество других не переживет ее. Как и вся наша цивилизация, если мы ничего не предпримем.

– Очень хорошо, – кивнул Атор. – Поговори со своим другом Теремоном. Только осторожно. Ты знаешь, как я отношусь к прессе – журналистов я люблю не больше, чем Апостолов. Очень-очень осторожно дай понять твоему Теремону, что я хочу лично повидаться с его знакомым Апостолом.