Леонид Панасенко - Место для журавля

— О призраках поговорим в таверне. Ведите, Прайд, — заметив одобрительный кивок Клифта, приказал профессор Морис Валуа.

Для спуска к таверне проводник выбрал другую дорогу, он знал ее хорошо и, несмотря на наплывающий с озера туман, ковылял с такой уверенной поспешностью, что профессор и его спутники отставали; тогда Прайд останавливался и, не оборачиваясь, ждал их. Услышав за своей спиной шум шагов, он вновь продолжал путь.

— Отец, что происходит? — поддерживая профессора под руку, спрашивала Маргарита. — Клифт вовлек нас в игру?

— В опасную игру… Будь наготове, Жак, видишь, впереди заросли.

— Вижу, отец!

Жак, чьи симпатии были на стороне инспектора Клифта, понимал всю меру опасности. Возможно, Прайд ведет их в логово тех, кто добыл со дна озера ящики, и тогда схватка неизбежна. Омерзительный старый убийца! Он — как подбитый грязный ворон, которого Бур Клифт гонит впереди себя, вот-вот наступит на него кованым ботинком и раздавит. Спеши, спеши, ворон, к своей гибели!

Проводник свернул с тропы. Впереди под трепещущей от ветра черемухой, у трех гранитных плит, холодных и влажных, привалившись к одной из них спиной, сидел человек в резиновом плаще и берете. Его глаза, неподвижные, тусклые, были направлены вверх, где над сырыми скалами тяжело ворочались тучи.

— Ганс! Сын! — Косматая голова Прайда затряслась, как лист на омертвевшем комле. — Га-анс!

Но лишь ветер заныл в скалах со свирепой угрозой, — никто не отвечал безумному старику.

Бур Клифт склонился к убитому Гансу, провел ладонью от спины к затылку и легким рывком, как вытаскивают занозу, вытащил из шеи трупа узкое лезвие стилета. В большой руке инспектора стилет казался игрушечным.

В глазах проводника сверкнула искра чудовищной злобы, сверкнула и угасла. И он ответил на вопросительный взгляд Клифта с совершенным равнодушием:

— Да. Дамский. Дочь Пауэрса убила моего сына.

Когда инспектор и Жак Валуа подняли тело, из кармана плаща выпало черное с серебряными застежками портмоне. Маргарита подняла его и машинально протянула проводнику.

— Нет. — Прайд оттолкнул руку девушки. — Передай это профессору… Возьми, Генри. Мне уже не понадобятся документы. Я умер.

Возле таверны вернувшуюся экспедицию встретили репортеры. Защелкали затворы фотоаппаратов. Толпа газетчиков влилась вслед за печальной процессией в таверну. И тогда из черного лимузина, стоявшего отдельно от остальных автомашин, вышли двое. В одинаковых плащах, в одинаковых шляпах они имели вид столь официальный, что опытные репортеры, как только эти двое появились в таверне, безошибочно узнали в них полицейских.

— Позвольте! Это же сам инспектор Пфайфер! — воскликнул кто-то.

— Дело сенсационное! — подхватил другой.

И волна людей тотчас хлынула к полицейским. Вновь защелкали затворы, засверкали огни вспышек. С высоты своего немалого роста Пфайфер что-то сказал подчиненному. Тот, с трудом пробившись к Буру Клифту, пригласил его в отдельную комнату, где, минуту спустя, отдуваясь, появился и сам Пфайфер.

— Здравствуйте, коллега, — первым, весьма дружелюбно произнес он. Но если голос, которому Пфайфер мог придать любое звучание, был мягок, то взгляд маленьких глаз скользил по атлетической фигуре Клифта с некоторой долей опасения, но нагло и цепко. — Здравствуйте, коллега, — повторил полицейский. — Не думал, что ваше ведомство предпочитает шумиху. Ну зачем, зачем, я вас спрашиваю, эта толпа, этот назойливый народишко? Чего добились? Согласен. Гельмут Прайд военный преступник… Зачем же кричать на весь мир? Не лезьте не в свое дело. Хорошо. Мы разберемся с Прайдом… Предупреждаю, организованная вами экспедиция должна убраться с озера.

— Причина?

— Предположим — смерть молодого Прайда.

— Весомая причина, — Клифт иронически приподнял шляпу. — А я предполагал, что у вас имеется официальное письмо, запрещающее профессору Морису Валуа проводить изыскания.

— Допустим!

— Так дайте его мне.

— При таком скоплении репортеров?

— Понятно. Не желаете огласки, — согласился Бур Клифт. — Послушайте, Пфайфер, действительно, зачем ссориться. Предлагаю информацию за информацию.

Подчиняясь взгляду Пфайфера, присутствовавший при разговоре полицейский вышел из комнаты.

— Итак? Ответы ваши будут зависеть от фактов, на которые я вынужден ссылаться? — спросил Клифт.

— Разумеется!

— Я знал, что Пауэре и его приемная дочь помогали вам. Информировали о том, что происходит на озере…

— Только как власти официальной.

— Вы знали, что в смерти родственников Элизабет Пауэрс была виновата семья Прайд?

— Предполагали, только предполагали, — поспешно возразил Пфайфер. Гибли люди, пытавшиеся узнать тайну озера, но гибли и члены семьи Прайд.

— Существует тайна?

— Д-да. Вы же знаете… Крепость Бьё.

— Хорошо. Теперь моя информация. В 1944 году, когда лидеры нацистской Германии начинают сознавать, что игра проиграна, в Страсбурге собирается секретное совещание. Главари-нацисты решают поделить между собой награбленные в странах Европы золото, валюту. Часть ценностей передается особо доверенным лицам, которые должны были создать новый рейх на руинах разрушенного.

— И что же? — осторожно спросил Пфайфер.

— Разделенное золото и особо секретные документы необходимо было спрятать. Несколько озер Австрийских Альп хранят подобные тайны.

— И что же?

— Хотелось бы знать, кто уничтожил экспедицию моего брата? Кто уничтожил живших здесь рыбаков? Каков круг официальных лиц, запрещающих изыскания?

— Лезете в политику, Клифт! — зловеще предупредил Пфайфер. — В контейнерах, как вы сказали, ценности, но там же находятся документы, деморализующие в глазах общества нацизм. А нацисты — это очень сильный противник, Бур Клифт.

— Зная вас как человека осторожного, уважая как деятеля довольно демократичного, ценя как человека смелого, обладающего умом критическим, я, в свою очередь, обязан предупредить, Пфайфер, что золото нацистов продолжает убивать людей различных национальностей и разных стран… Перед нами конкретные факты: нацистский преступник Прайд, убийство Пауэрса и смерть Ганса Прайда. Что вы на это скажете?

— Убийство Пауэрса… Смерть Ганса Прайда… Отделять одно от другого?

— Именно, — подхватил Бур Клифт. — Беззащитного Пауэрса убили люди определенного круга — «специалисты», смерть же Ганса Прайда является следствием его служения тем, кто уничтожал ни в чем не повинных людей.

— Мне придется задержать вас, Клифт. Ведь вы здесь инкогнито, ведете неофициальное расследование…