Джерри Понелли - Беглецы с Планеты Обезьян

-- Мы никогда не знали...

-- Прекратите лгать -- сказал Амальфи. -- Это не принесет вам никакой пользы. Не упрямьтесь, расскажите нам об этом. И вам будет легче и мы тогда оставим вас в покое.

-- Эти мартышки просто издеваются над нами! -- прошипел Бэйтс.

-- Вы не должны называть их мартышками, Ларри -- сказал Амальфи. -- Профессор Корнелиус сказал, что ему не нравится. Может, вы все-таки расскажете нам, а? Ну пожалуйста? Мы должны это выяснить, вы же знаете, и мы это сделаем. Облегчите душу и расскажите нам все.

-- Хороший совет -- заметил Хасслейн.

-- Нам нечего рассказать вам -- сказал Корнелиус.

Хасслейн вздохнул. -- Что ж, вы не оставляете нам другого выхода. Пошлите, пожалуйста, за доктором Диксоном.

Последовала довольно долгая пауза. Потом в операционную вошел Льюис Диксон. -- Вы хотели меня видеть?

-- Да -- сказал Хасслейн. -- Я хочу, чтобы вы ввели этим обезьянам пентотал. Начните с женщины.

-- Я не думаю, что это разумно -- сказал Льюис.

-- Меня совершенно не волнует, что вы думаете, доктор Льюис -сказал Хасслейн. Я не нуждаюсь в ваших комментариях и совершенно не собираюсь выслушивать ваши возражения. Вы вольны сделать то, что я вам сказал, или отказаться. Если вы откажетесь, я просто воспользуюсь услугами врача АНБ и он введет им необходимую дозу. Я пригласил вас только потому, что вы являетесь лечащим врачем этих обезьян и мне показалось, что вам будет неприятно, если это сделает кто-то другой, а не вы. -- Понимаю -- Льюис помолчал. -- Я только схожу за своим портфелем.

-- Не стоит -- сказал Хасслейн. -- Все, что необходимо, вы найдете в этом шкафу. Надеюсь, их вес вам известен?

-- Да -- сказал Льюис. -- Но я не знаю дозировки. Кроме того, я вообще не знаю, как этот препарат действует на шимпанзе.

-- Я надеюсь, вы понимаете, что этого никто не может знать. Не думаю, чтобы действие пентотала на шимпанзе сильно отличалась от его воздействия на людей -- сказал Хасслейн . Как бы то ни было, мы в любом случае попробуем.

-- Вы не имеете права -- возразил Льюис.

-- Доктор Диксон -- сказал Хасслейн, -- это последнее возражение, которое я выслушал. Либо вы сделаете то, что я сказал, либо это сделает кто-нибудь другой. Я достаточно ясно выражаю свои мысли? Дорогой доктор, неужели вы всерьез толкуете о каком-то праве? Они -животные! У них не может быть никаких законных прав. Возможно, что права имеют их владельцы...

-- Никто не может владеть нами! -- закричала Зира.

-- Вам ясно? -- сказал Хасслейн. -- Бесхозные обезьны. Браконьеры. Нарушители. Первый случай космического пиратства. А вы хотите, чтобы мы с ними цацкались! Делайте инъекцию, доктор Диксон, или же мы позовем того, кто сделает это за вас!

-- Что ж, хорошо. -- Льюис достал из шкафа коробку со шприцами. Я ничего не могу сделать, думал он. Я должен был согласиться. Так я по крайней мере буду рядом, чтобы защитить моих... пациентов. Он наполнил шприц раствором пентотала и обернулся к Зире.

-- Нет, -- отчаянно вскрикнул Корнелиус. -- Когда мы используем такие вещи... Это для убийства! Нет!

-- Придержите его -- приказал Хасслейн.

Амальфи и Бэйтс схватили Корнелиуса за руки.

-- Убийства кого?-- угрожающе спросил Бэйтс. -- Вы же пацифисты и вегетарианцы!

-- Да-да, интересно -- кого это вы убивали такими иголками, профессор Корнелиус? -- ласково спросил Хасслейн. -- Ну, ничего, сейчас мы все узнаем. Действуйте, доктор Диксон.

-- Это не причинит ей вреда, -- сказал Льюис Корнелиусу. -- Это для... как бы это вам объяснить ... для расслабления.

-- Это может повредить моему ребенку? -- спросила Зира.

-- Нет. Пожалуйста, лягте на стол, Зира, -- сказал Льюис, -- и закатайте левый рукав.

-- Мне этого можно не объяснять, -- сердито сказала Зира. Она вскарабкалась на операционный стол и спокойно вытянулась на нем. Корнелиус глухо застонал и попытался вырваться из рук Амальфи и Бэйтса.

-- Отведите профессора Корнелиуса в его комнату, пожалуйста -сказал Хасслейн. Бэйтс кивнул и потащил упирающегося шимпанзе прочь из комнаты. Последнее, что видел Корнелиус, была тонкая игла, впившаяся в руку Зиры.

Глава 16

Генри Амальфи и Ларри Бэйтс стояли неподалеку от двери, ведущей в операционную. Бэйтс попыхивал огромной трубкой, Амальфи затягивался черной сигарой. -- Тебе лучше не ходить туда -посоветовал Амальфи. -- Она не расслабится, если ты будешь рядом.

-- Наверное, ты прав -- отозвался Бэйтс. И, честно говоря, не могу сказать, что мне туда хочется. Больно уже все это чудно!

-- Может быть. -- Амальфи затушил сигару в пепелинице, доверху набитой окурками. -- Ты ведь, кажется не был на том допросе в прошлом году -- этих кисок из Северного Лаоса?

Его собеседник отрицательно покачал головой и Амальфи продолжал:

-- Вот это действительно было чудно. Эти наши мартышки по крайней мере говорят по-английски. А те болтали на каком-то тарабарском наречии, которого никто не мог понять. В конце концов мы нашли какого-то узкоглазого, который мог говорить по-ихнему, и знал по-китайски, потом нам пришлось еще раздобыть Чинка, который переводил бы нам все э т о! Вот тогда нам действительно пришлось повозится. На этот раз все еще вполне пристойно.

-- Похоже на то. Только, Генри...

-- Ну?

-- Ты бы не называл их узкоглазыми и чинками. Это нехорошо.

-- Слушаюсь, сэр. Так точно, сэр. Виноват, сэр.-- Вытянулся Генри.

Они рассмеялись и Амальфи вернулся обратно в операционную.

Его действие похоже на действие --Виноградного Сока Плюс-- -тихо говорил Льюис Зире. Вам захочется спать...

-- И пить, -- сказала она.

-- Наверное... Теперь считайте от десяти до нуля, пожалуйста. -сказал Льюис.

-- Хорошо. Десять -- девять -- восемь -- семь -- шесть...

-- Прекрасно, все идет хорошо. Дальше.

-- Пять -- четыре -- четыре...

-- Что будет после четырех?

-- Я не знаю... два? Я очень устала.

Льюис поднял глаза на Хасслеина: -- Мы готовы.

-- Благодарю вас, доктор Диксон. Можете быть свободны.

-- Нет, сэр -- твердо сказал Льюис. -- Эта шимпанзе -- моя пациентка и я останусь здесь.

Хасслейн не ответил. Льюис спокойно выдержал жесткий взгляд советника президента и продолжал: -- Доктор Хасслейн, как вы уже отметили, я являюсь одновременно членом Президентской Комиссии и лечащим врачом этих обезьян. Если вы вынудите меня уйти, я устрою скандал, который будет отзываться вам еще лет десять -- Льюис говорил очень тихо, ровным голосом, чтобы не потревожить Зиру, но в нем звучала непреклонная решимость.

Хасслейн кивнул: -- Хорошо. Мистер Амальфи, вы можете начинать.

-- Зира -- сказал Амальфи. -- Вы помните меня? Я ваш друг.

-- Друг...

-- Вы когда-нибудь работали в такой комнате, как эта? -- спросил он.

-- Да. Моя была больше, но не такая прелестная.

-- Прелестная? Я бы не сказал, что эта комната -- прелестна -заметил Амальфи.