Илья Твиров - Вирус зла (СИ)

— Но все, что было создано в лабораториях института, это всего пара частиц, не больше, ты уверен, что ученые не продвинулись вперед настолько, чтобы создать, скажем, некий аппарат, позволяющий генерировать эту самую зеркальную материю в промышленных количествах?

— Возможно, такой генератор и был создан, но мне о нем ничего не известно.

— Хорошо, Гений, ответь мне еще на один вопрос: как же может зеркальная материя реагировать с реальной?

— Дело в том, что это не сама зеркальная материя реагирует с реальной, а вакуум, микромир изменяется под действием этого взаимодействия, правда очень незначительно, поэтому такое изменение крайне трудно уловить. Раз вы смогли это почувствовать, то я в очередной раз могу выразить хвалу вашим способностям паранорма. Понимаете, мысленный эксперимент с зеркалом — это попытка представить, увидеть, что происходит в мире элементарных частиц, но в масштабе реальных, привычных нам предметов. Проще говоря, это очень упрощенная модель, которая много чего отбрасывает. Что твориться при этом в микромире, описать понятным языком очень сложно, и многие простые аналогии здесь не помогут. На микроскопическом уровне два типа сил или взаимодействия могут образовывать связанные структуры обычной и зеркальной материи. Если хотите, я могу показать, как это происходит в теории.

Виктор сомневался секунду, но все же решил не влезать в научные дебри настолько глубоко. Все что он хотел выяснить, ему, в принципе стало известно.

— Нет, спасибо, ты и так мне здорово помог.

— Тогда хочу пожелать вам удачи и всего наилучшего.

Покинул Виктор институт со смешенными чувствами. С одной стороны его сжигало любопытство, присущее, наверное, любому человеку его возраста, но с другой — он отдавал себе отчет о том, что отец скрывает от него какую-то тайну и по каким-то причинам не желает сообщать своему сыну о странном объекте под их домом.

Как он и подозревал, вопросов после общения с Гением стало только больше. Что скрывает от него Федор Матвеевич, и почему? Где он откопал генератор зеркальной материи, если, конечно, речь идет именно о ней, а не о чем-то еще более экзотичном? С чем пришлось столкнуться его отцу во время своей службы в разведке, и каковы на самом деле причины его ухода из конструкторского отдела?

С гудящей, словно растревоженный улей, головой он вызвал пассажирский левап и взмыл в небо.

Глава 5

Гришка дембель

День не задался с самого начала. Не успел Максим разомкнуть глаза, как на него обрушились неприятные известия. Встав с кровати, взяв в руки мобильный телефон, и обнаружив на нем кучу пропущенных звонков от Сергея и Николая, он вдруг почувствовал внезапно накатывающую волну тревоги. На мгновение показалось, что мобильник, словно рассерженный кот, зашипел в его руке и едва не тяпнул за палец.

Помотав головой из стороны в сторону, Громов кое-как собрал себя в руки, набирая телефон Романова.

— Наконец-то, — ответил, Сергей рассерженным тоном, практически мгновенно, — ты чего трубку не берешь? Я тебе с восьми названиваю.

— И не названивал бы, — произнес Максим, чувствуя приближение чего-то недоброго. — Знаешь ведь, что я до десяти сплю. Что случилось?

— Не по телефону, — вдруг перешел на шепот Романов, как будто это и впрямь могло помочь ему обмануть неведомо как появившуюся здесь прослушку.

— Ээ…ну, хоть намекнуть можешь?

— Это связано с Акоповым и Катей… понял?

Максим внутренне напрягся. Он уже начал обо всем догадываться, однако до последнего еще надеялся, что его тревоги окажутся беспочвенными.

— Бегу, — коротко бросил он в трубку и отключился.

Кое-как позавтракав (еда совершенно не шла в рот), Громов написал сообщение Пахмутову, о том, чтобы тот тоже приехал, и выскочил на улицу.

Погода резко испортилась по сравнению со вчерашним днем. Хмурое небо, без малейших просветов, действовало угнетающе и заставляло думать о самых неприятных вещах.

До общежития он домчался за каких-то пять минут, увидел, что Романов уже ждет его на улице.

— Пойдем, — отрывисто бросил он приятелю, проводя его через контрольно-пропускной пункт коменданта.

Спустя двадцать минут подъехал Пахмутов, и Громову стало окончательно ясно, что дела плохи. Вид друга, измученный и откровенно напуганный, производил неизгладимое впечатление.

— Они погибли, — произнес Романов глухим голосом.

— Как? — еле-еле выдавил из себя Максим.

Сергей перевел взгляд на Николая, предоставляя ему слово, и тот продолжил:

— Она вышла из метро, поднялась по подземному переходу на улицу, в районе Красных ворот, а в это время на Садовом какие-то сволочи решили устроить пальбу. Я только что оттуда, — глубоко вздохнул Пахмутов, рассеяно оглядывая внутреннее убранство комнаты, — пятнадцать машин искорежены в двух авариях, две автобусные остановки снесены, побиты витрины магазинов. Пол сотни человек пострадало, двадцать один человек убит, еще трое, как мне сообщили, находятся в коме, в реанимации. И… Катя…

— Как?

— Пуля попала ей точно в сердце. У нее не было ни единого шанса.

Липкая, давящая, казавшаяся осязаемой, тишина заполнила комнату. Вновь вернулось ощущение, что на Громова кто-то смотрит, причем со всех сторон сразу: из стен, с экрана неработающего телевизора, с платяных шкафов и из окон.

— Кто такое мог учинить? — спросил он, пытаясь отстроиться от этого давящего взгляда.

— Говорят кавказцы между собой чего-то не поделили. Сначала подъехала одна группа на двух черных Туарегах, потом вторая. Начали что-то обсуждать, как водится словесная перепалка вскоре преобразовалась в мордобой, а потом и в перестрелку.

— Никакого контроля за оружием. Получается, что по Москве свободно разъезжает целая группа не пойми кого, вооруженная автоматическим огнестрельным оружием, и ее до сих пор не взяли?

— Получается что так, — медленно проговорил Романов. — Но это еще не все. Вчера в квартире, где жил Эдуард Сергеевич, случился бытовой взрыв газа. Никто не выжил.

— Ты уверен?

— Я сам лично не видел, однако на кафедре поговаривают, что так оно и есть.

— Этого нам только и не хватало. Получается, что эта самая рожа, которую я все-таки видел на самом деле, и странное изображение на фотографии, своего рода предупреждения?

— Вестники смерти?

— Причем, скорее всего, насильственной, не своей, — воскликнул Максим, озвучив только что пришедшую ему в голову мысль.