Сергей Калашников - Колонизатор

– Наверно. Меня Прямой Сук попросил с ней разделаться.

– А меня Красный Листок и Воздушная Паутинка.

– Ты как сюда попала?

– Пришла по реке на катамаране. Домой еду.

Глава 25.

 Домой

Встретились они через час. Ронька с интересом рассмотрела стрекозоида, чопорно представилась и сказала несколько вежливых слов. Джека вообще умиляла терпимость здешнего народа к внешнему виду любых носителей разума. Наверное, это оттого, что не смотрят "ужастиков", но постоянно общаются с барнотами.

Ее катамаран, тот же, что и в прошлом году, нынче шел не на ручном приводе, а под электромотором, который питался от топливного конвертора, выдающего ток в обмен на активно пожираемые дрова. Сушняка по берегам хватало.

Не долго думая, Джек напросился в попутчики. У него все планы на лето рухнули. А впереди пара месяцев каникул, и вообще о такой удаче он даже не мечтал. Все равно хотел Роньку разыскивать, когда с вараном управится.

Удача. Что-то не слишком она к нему обычно благосклонна. Глядя на то, как Кря под руководством девочки осваивает управление моторной лодкой, Джек листал атлас и размышлял. Если смотреть по карте, то вверх по Зене – самый короткий путь к ранчо Пескаря. Отсюда это километров шестьсот. А по этой речушке – Каяне – надо подняться еще километров на семьдесят, и уж тогда до верховьев Ляквы остается пяток километров по суше. А по Лякве надо выйти в озеро Тушун, пересечь его, войти в Нитву, снова подняться на полсотни километров. И только тогда есть вариант сухим путем перевалить в Зену. Километров пятнадцать пешего пути через отроги Алиеновых гор. Оттуда уж рукой подать.

Нормальные люди не станут выбирать путь вчетверо длиннее, да с двумя волоками. А Рони не сумасшедшая. Единственным объяснением выбора такого изысканного маршрута является желание встретиться с ним, поскольку она могла узнать о месте и сроках охоты на варана от собственного седьмого деда Витяна. Тем более, означенный дед на пару дней выезд Джека на эту охоту притормозил. Напрашивается вывод. Ронька настроена к нему дружественно, и ее родня тоже. Настолько, что даже встречу подстроили. Случайную. Ну, планетка!

Шли ходко. Километров двадцать в час пробегали уверенно. Подкидывали в конвертор прямо на ходу дровишки. На ночь не останавливались, только вечерком приставали на часок набрать сушняка, да сварить горячего. Световой день длинный, а Кря отлично видел в темноте. Только через двое суток Джек сообразил, что ни к какому ранчо Пескаря они не идут. Русло уверенно ведет их на юг и место волока к Лякве они миновали давным-давно.

Начали часто попадаться плесы. Поглядев на карту, Джек понял, что они вошли в огромную систему озер и конца их пути не видно. Пометок аборигенских поселений здесь не встречалось, только на самом юге нашлись два примечательных значка рядом друг с другом. Пещера Феофана и Маппет-Хаус. Причем, путь до них просматривался прямо по воде. Без сухопутных участков. Так выходит, это не просто речушка, а торная дорога, накатанный путь. Тогда понятно, почему барноты, с которыми они пересвистываются, уверенно называют Рони по имени. Почему места, к которым они пристают, носят следы благоустройства – навесы, скамейки, столы и рогульки для костра как будто специально их поджидают.

Еще через сутки в их экипаже прибыло. Барнот Зеленый Стручок попросился в попутчики до Маппет-Хауса. Теперь он активно участвовал в рыбной ловле, контролируя снасти, спускаемые прямо с палубы на ходу. Расспрашивал Кря о назначении амуниции, навешенной на его торс, интересовался приемами использования компьютера (Пьюти на этот период прикидывался обычной операционной системой), расспрашивал об устройстве ружья и боеприпаса. Его любознательность не знала предела, и он интересовался любыми достижениями человеческой цивилизации.

Кстати, Джек с Рони коротали время за неорганической химией. Элементарный курс Пьюти скачал через зонтик спутниковой связи из школьной сети. Кря немного помог разобраться с валентностями, а дальше пошло веселей. Захотелось поскорей добраться до лаборатории, чтобы проделать предписанные курсом опыты. Все-таки умозрительное восприятие – слабовато как-то. Невыразительно.

Дорога заняла больше двух недель. За это время они пробежали не меньше пяти тысяч километров, приблизились к экватору более, чем на тридцать градусов, покинув зону умеренного климата и миновав субтропики. Цепь озер вывела их в реку с плавным течением, которая пропетляла между безжизненными скалистыми горками и, прокатив свои воды через участок каменистой пустыни, не более чем через двадцать километров впала в море.

А вот здесь оказалось людно. Более десятка катамаранов и лодок расположились в заливчике, огражденном скалами массива, который торчал прямо из равнины у впадения реки в океан. Тут же пара самолетов на поплавках. Песчаная коса, которую огибает пресноводный поток. Шатры, палатки, тенты. В середине каменистого участка располагалось подобие неглубокой долины, огражденной со всех сторон. Гладкие дорожки петляли среди многоярусных насаждений, размещенных в горшках. Разнообразие неимоверное, от пальм до укропа. Все это поливалось водой из реки, сочащейся через тонкие трубочки.

Десятки людей в возрасте от пяти до пятнадцати играли, разговаривали, готовили пищу, ели или спали. Многие знакомы Джеку по Школе. Несколько человек что-то чинили. Одежды минимум, никаких ружей или тесаков.

– Здесь не менее безопасно, чем на колониальном острове. Кроме того, очень тепло, и даже купаться можно в отлив. – Рони поняла его недоумение еще до озвучивания. – Маппет-Хаус называется. Вообще-то здесь живут дед Витян и баба Зоя, но на время каникул всегда смываются куда-нибудь. Черствый Каравай управляется по хозяйству, пока их нет. И присматривает за Янкой, она последняя дочка деда и бабы. Считает себя уже взрослой, но ей всего пять, так что до человеческой школы ей еще три года.

Точно, кроха девочка в легком сарафанчике тарахтит с Кря, причем по-барнотски. И другие ребята их окружили, разговор пошел. Зеленый Стручок пропал в зарослях, а Джек и Рони, выволокли из маленького сарая плотный сверток и разбили просторный шатер с тентом и двумя комнатками. Помощников нашлось немало. Принесли и накачали кровати, откуда-то появилось постельное белье. На одном из мангалов поспело розоватое мясо, которым прибывших и напотчевали. Причем возникла даже конкуренция насчет того, кто будет пихать кусочки стрекозоиду между жвал.

Смеркалось, зазвенела гитара. Подпевали многие. Но Джек не понял ни слова. И снова Ронька не дожидаясь вопроса, объяснила.