Нагару Танигава - Вздохи Харухи Судзумии (Перевод с японского)

Выйдя первым из такси, Коидзуми сказал:

— Помнишь слова, которые вчера произнесла Судзумия-сан?

Как я могу упомнить всю эту ерунду, которую она несет с утра до вечера?

— Вспомнишь, когда придем. Проходи к храму, — и добавил. — Так здесь с самого утра.

Мы ступили на выложенную камнями лестницу. То же, что и вчера. Наверху будут ворота и каменная дорожка к самому храму. И там стая голубей…

— …

Я замер.

Тут и там действительно сновали голуби. Стая была подобна живому движущемуся ковру на земле.

Но я не был уверен, что это те же самые голуби, что и вчера.

Потому что перья каждого голубя, от первого до последнего были белоснежно белыми.

— …Перекрасил кто-то?..

И произошло это за одну ночь.

— Это, без сомнения, собственный цвет их перьев. Они не перекрашены и не выцвели.

— Может, вчерашняя стрельба Харухи их так напугала?..

Или кто-то просто принес сюда целую кучу белых голубей и заменил ими предыдущих.

— Неужели? И кому это могло понадобиться?

Я просто предполагаю. Заключение мне уже ясно, но озвучивать его мне что-то не хочется.

Вчера Харухи сказала:

«Хотелось бы, конечно, всех голубей сделать белыми, но тут уж как-нибудь перебьемся!»

Значит, не перебилась?

— Именно. Очевидно, это тоже работа подсознания Судзумии-сан. К счастью, произошла задержка в один день.

Голуби, наверное, решили, что их хотят покормить и с шумом подлетали к нашим ногам. Других посетителей у храма не было.

— Таким образом, мы видим безумства Судзумии-сан в действии. Последствия съемок фильма врываются в реальный мир.

Что, лучей из глаз Асахины не достаточно?

— Может, правда, пальнем в Харухи из усыпляющего ружья, и пускай поспит до конца фестиваля?

Коидзуми ответил на мое предложение усмешкой:

— Возможно. Возьмешь на себя то, что последует после пробуждения?

— Ну уж нет.

Такое в мои обязанности не входит. Коидзуми пожал плечами:

— Ну, в таком случае, что будем делать?

— Она же вроде как бог, да? Вот вы, как ее адепты, и делайте!

Коидзуми наиграно удивился:

— Кто бог? Судзумия-сан? Кто тебе это сказал?

— Да ты и сказал!

— Ох, вот как?

Слушай, ты. Надо бы тебя как следует отмутузить!

Коидзуми улыбнулся и откупился своим обычным «шучу-шучу».

— Фактически, думаю, определить Судзумию-сан как «бога» возможно. Большое число людей «Корпорации» видит ее именно в этом качестве. Разумеется, есть и противоположные мнения. Что лично до меня, то я также принадлежу к фракции скептиков. Скажем так, не думаю, что если бы она действительно была богом, то могла бы жить без осознания самой себя в этом качестве. Создатель где-то высоко и далеко — творит чудеса и с высоты птичьего полета хладнокровно наблюдает, как мы мечемся в панике.

Я присел на корточки, поднял упавшее голубиное перо и повертел его в руке. Голуби засуетились. Простите, ребята, крошек я для вас не захватил.

— Я думаю так, — продолжал монолог Коидзуми. — Кто-то наделил Судзумию-сан силой, сходной с божественной, но не осознанием этой силы. Если есть существо, называемое богом, то Судзумия-сан стала особенным человеком, им избранным. Исключительным человеком!

Человек она или нет, меня, прямо скажем, не очень волнует. Но с чего вдруг Харухи досталась такая, ей не осознаваемая магическая сила, что даже голубей можно сделать белыми? Для чего это? Кому это нужно?

— Ну… Вот уж не знаю. А ты не знаешь случайно?

Нет, он точно напрашивается.

— Прошу прощения, — улыбнулся Коидзуми и продолжил. — Судзумия-сан — творец мира и в то же время разрушитель. Возможно, наша реальность — неудавшийся набросок и предназначение Судзумии-сан — исправить этот мир.

Выкладывай дальше.

— В таком случае ошибаемся мы. Судзумия-сан права, а мы, кто мешаем ее действиям — чужеродные элементы этого мира. Кроме того, получается, что за исключением Судзумии-сан ошибаются также и все остальные люди.

Хм… Да уж, та еще незадача.

— Так что, проблема в том, кто из нас неправ. Когда мир будет исправлен, сможем ли мы оставаться частью него? Или нас, как ошибки, удалят? Это никому неизвестно.

Ну а если неизвестно, так нечего и болтать. Тем более, с таким умным видом.

— Хотя, с определенной точки зрения, до сих пор у нее не очень-то получалось создание мира. Вероятно, дело в том, что в ее сознании преобладает конструктивное начало. Судзумия-сан — невероятно позитивная личность. Однако, что будет, если она перейдет к деструктивности?

Я посчитал, что хватит мне молчать, так что сдался и спросил:

— Ну и что будет?

— Не знаю. Но что бы там не случилось, разрушать легче, чем создавать. «Раз я в это не верю, пусть этого не будет» — если бы было так, все обратилось бы в Небытие и было уничтожено. К примеру, какой бы несокрушимый враг ни появился, Судзумии-сан достаточно заставить его исчезнуть одним лишь его отрицанием. Волшебство ли, сколь угодно высокая технология — каков бы ни был противник.

Однако Харухи ничего особо не отрицает. Видимо, ждет чего-то?

— В этом-то и проблема, — беспечным голосом пробормотал, будто сам себе Коидзуми. — На мой взгляд, нельзя доподлинно узнать, является ли Судзумия-сан богом или кем-то схожим с ним. Можно сказать лишь одно — если она будет и дальше свободно использовать свою силу, мир будет меняться, но никто может и не заметить этих изменений. Это уже пугает, потому что не заметить изменений может и сама Судзумия-сан.

— Почему?

— Потому, что Судзумия-сан — тоже часть этого мира, и это косвенное доказательство того, что она не его Создатель. Если бы она была Богом, создавшим наш мир, то должна была бы находиться вне его пределов, а она живет здесь, в одном мире с нами. В довершение всего, возможность внесения лишь фрагментарных изменений неестественна и делает предмет разговора весьма странным.

— По мне, так то, что ты говоришь — все странно.

Не обратив на меня внимания, Коидзуми продолжал:

— Все же, мне ближе мир, в котором живу сейчас. Да, в нем скрыты глубокие социальные противоречия, но когда-нибудь человечество их преодолеет. Проблема будет, если верной станет теория Птолемея, Солнце будет вращаться вокруг Земли и произойдут другие подобные изменения. Мы должны сделать все, чтобы не заставить Судзумию-сан поверить в подобные вещи. Ты ведь тоже так думал, когда вернулся из закрытой реальности?

Нуу… как сказать… Я уже все забыл и решил никогда об этом больше не вспоминать.

Коидзуми улыбнулся одними губами, будто смеялся над самим собой: