Лора Андерсен - Земля

— Именно это и позволяет нам сейчас оказывать помощь людям.

— Угу, — Строггорн кивнул на экраны телекомов, где телеведущие продолжали раскручивать шоу. — А они захотели бы этого? Если бы мы не заставили?

— Ты играешь с огнем, Строггорн! У Земли было только два пути погибнуть или принять путь ускоренной биологической эволюции. Сейчас, фактически, и делается этот выбор. Каждый человек волен решать для себя: принимать помощь Вардов со всеми вытекающими из этого последствиями, или умирать.

— Это — не выбор, Линган, — устало сказал Строггорн. — Это — полное его отсутствие. Именно это так меня огорчает. Что мы не можем предложить землянам ничего другого.

— Это жизнь не предлагает ничего другого, а не мы. Жизнь, которая может быть и вечна в рамках Вселенной, но не в рамках отдельной планеты. Моя цель — создать цивилизацию, для которой умирание родной планеты ничего не значит. Во Вселенной полно других планет. И Варды могут жить почти везде. Подумай об этом! Только в Солнечной системе мы могли бы наверняка заселить и Марс, и Юпитер, и Венеру! Если бы у нас было достаточно Вардов со способностью к регрессии!

— Или если бы мы нашли способ изменять тела обычных людей, — задумчиво продолжил Строггорн. Он вдруг на мгновение увидел возможное будущее земного содружества, с освоенными планетами Солнечной системы. Великое и прекрасное будущее цивилизации. — Какая идея, Линган!

— Не моя. Когда-то Креил размечтался об этом. Но сначала нам нужно выжить. Я думаю, понадобится не одно поколение землян, чтобы это стало возможным.

— Кто знает, Линг? А может и не нужно будет столько ждать?

— Посмотрим. Когда получим первые результаты?

— Утром. Нам сообщат, вышли ли люди на работу.

— Ну что ж, подождем, — сказал Линган и поудобнее устроился в своем любимом кресле.

Утром следующего дня стало ясно, что большая часть населения Земли на работу не явилась. Люди смотрели шоу, слушали мнения специалистов, ужасались материалам из зон эпидемиологических бедствий, и — думали, думали, думали.

«Паники нет», — докладывали Строггорну каждый час.

«Паники по-прежнему нет», — доложили ему по окончании шоу.

— Мы сделали все, что могли, Советник, — говорил охрипший Майкл Уитмен, главный организатор программы, с посеревшим лицом и красными от бессонницы глазами. — Что на Земле?

— Весь день не работали. Сколько людям нужно времени, чтобы после такого шока они вернулись к нормальной жизни? — спросил Строггорн, а сам подумал: «Если вернутся».

— Сутки еще, как минимум. Пошел отклик по всем каналам. Если у вас нет больше вопросов, я пойду спать. Валюсь с ног!

— Отдыхайте. Спасибо, — Строггорн откинулся в кресле и закрыл глаза. Сейчас каждые несколько минут ему сообщали о ситуации на Земле. Он знал, что все госпитали работали. И это были единственные места на Земле, где чувство долга оказалось сильнее страха.

А еще через сутки ситуации начала словно нехотя меняться. Люди возвращались на рабочие места! Измученные двухдневной бессонницей, страхом и отчаянием, они возвращались к «нормальной» жизни, которая теперь превратилась в бесконечную борьбу отдельного человека и всей цивилизации со смертью.

Земляне сделали свой выбор.

— Майкл, как ты считаешь, когда можно будет провести голосование, чтобы мы могли вернуть Креила на Землю? — спросил Строггорн телеведущего через несколько дней, когда ситуация стала ясной.

— Не спешите. Я понимаю, как это важно, но еще пару месяцев нужно подождать. Мы как раз дадим понять, что просто земным ученым не справиться. Ну, и теперь, когда каждый человек осознает, что происходит, намного легче добиться нужного решения.

— Значит, ты думаешь, еще пара месяцев? И все?

— Надеюсь, — Майкл широко улыбнулся. — Спасибо за гонорар. Полмиллиарда долларов. Совсем не плохо.

— Не отказываешься? — усмехнулся Строггорн.

— Теперь, когда будем жить? Ни за что! — рассмеялся Майкл.

— Мы выплатили хорошие гонорары всем телеведущим, — уже серьезно добавил Строггорн.

— Спасибо. Хорошая была работа, Советник. Очень хорошая. Дальше мы будем давать понемногу репортажи. Но теперь и другие телеагенства хотят в этом участвовать. Меня завалили предложениями.

— Хочешь уйти из проекта?

— Не сейчас. Когда Советник Креил вернется, тогда — посмотрим.

Строггорн подумал, что не ошибся в американце. Хотя найти среди тележурналистов профессионала и при этом, чтобы у него еще и были остатки совести — задачка поначалу показалась неразрешимой. Служба Безопасности проанализировала тысячи досье, прежде чем выбрала молодого, но уже достаточно известного тележурналиста.

— Я стал теперь знаменитостью, — все еще смеясь, сказал Майкл.

— Много больше. Ты вошел в историю.

— Правда? — Майкл сразу стал серьезным и помрачнел. — Я все время забываю, ради чего была эта передача, — виновато пояснил он. — Для меня это только невероятно сложная задачка.

— Это не важно. Главное, мы добились нашей цели. Земляне узнали правду о вымирании, но это не вызвало панику. И согласились принять нашу помощь.

— Самым сложным было получить интервью у специалистов Галактики. Они поначалу никак не могли понять, зачем нам это нужно. А когда пошел сюжет с Марбрадора, у меня в зале женщины такой визг подняли! Честно говоря, я жутко испугался в тот момент. Ну все, подумал! Угробили дело.

— Марбрадорцы не самое страшное. Это хоть в какие-то рамки лезет. Всего шесть конечностей. А вот когда я первый раз увидел Велиора, Эспер-Секретаря нашей Галактики, сам чуть от страха не умер. И как ты их успокоил?

— Никак. Что я мог сделать? Сами угомонились. Пожалуй, это был самый критический момент. Да еще сюжет с Надеждой Вороновой на русском канале. Мы-то сказали, что она поправляется. Ну народ и начал ее вопросами забрасывать. Никак не могли поверить, что она говорит правду. Смотрим — час, второй. Ведущий со мной связался, объясняет, что сейчас на нее перестанут действовать лекарства и Надя потеряет сознание. А он никак не может ее убрать из эфира. Хорошо, Андрей Поляков вмешался. Прошел к микрофону и так просто сказал, что Надежда устала. И если публика хочет, он, как один из участников событий, может продолжить. Вы не скажете, Советник, что решено с детьми? Нас во время передачи спрашивали?

— Отправим после лечения в одно место. Правительство Земли создает сеть специальных заведений для детей, потерявших родителей. Как ты понимаешь, таких будет немало.

— Их и всегда было не мало. А Надежда?

— Будет работать воспитателем. Решением суда ей передали опеку над детьми и предоставили пожизненное обеспечение.