Джулия Чернеда - Тысяча имен для странника

Мое имя. Оно осталось позади, в темноте, потерянное в ту ночь — или его у меня украли? Дрожа, я сражалась с паникой, поднимавшейся внутри меня каждый раз, когда я пыталась вспомнить что-либо большее. Опасно… Опасно.

— Сойдет и Киссью, — сказала я беспомощно, потом поднялась и направилась к двери.

Морган быстрым движением преградил мне путь.

— Подожди…

Из его нагрудного кармана торчала зеленая ручка и четыре маленьких инструмента непонятного мне назначения.

— Меня зовут Киссью, — твердо заявила я карману.

— Ты сказала, что у тебя другое имя.

— Пустите меня, — велела я.

Его руки легли мне на плечи, точно две гири.

— Мне казалось, ты хочешь остаться, — произнес он очень мягко.

Я с огромным трудом перевела взгляд с кармана на лицо Джейсона. Всего несколько минут назад я могла лишь мечтать о том, чтобы вот так стоять рядом с ним, глядя прямо в его немыслимо синие глаза. Но в моих фантазиях не было ни этой ужасной уязвимости, ни такого смятения.

Должно быть, оба этих чувства ясно отразились у меня на лице. Морган осторожно убрал с моих плеч руки и отошел.

— Скажи мне, как тебя зовут, — попросил он спокойно, но твердо, все еще явно намеренный защищать выход.

— Я не знаю… — Я упала обратно в кресло, крепко вцепившись в его подлокотники. — Не знаю, кто я такая. И что из себя представляю. — В следующий момент слова хлынули из меня неудержимым потоком, точно прорвалась какая-то плотина. — Может быть, я и в самом деле звездоплаватель. Все не так, и я… — я махнула рукой на себя саму, — какая-то не такая.

Я потерла лоб, на миг приглушив пульсирующую в голове боль, которая делалась тем сильней, чем напряженней я пыталась думать.

— Все, что я знаю о себе, начинается с темноты — дождь, буря. С той ночи, когда мы встретились на Ауорде, если говорить точно, капитан. Я начинаюсь тогда.

— Что ты можешь вспомнить? — Он лишь мягко подтолкнул меня, не больше. — Можешь рассказать мне, что произошло в ту ночь?

— Какие-то звуки — большую их часть я не могу назвать — пугающие звуки. Потом взрыв. Опасность. Очень сыро и холодно… — Я зажмурилась, чтобы лучше вычленить каждое беспорядочное воспоминание. — Бегство. Я знала, что должна бежать, скрыться, найти мой корабль. Кто-то… кто-то остался позади. Не знаю, сделал он это для того, чтобы дать мне время скрыться, или это от него я убегала…

— Скрыться? От какой опасности?

Я поняла, что слышу этот вопрос уже не впервые, и открыла глаза, взглянув на Моргана. Он больше не стоял в дверях, а снова сидел на краешке стола.

— Не знаю, — вздохнула я. — Иногда мне вспоминаются фрагменты лица, но в основном я помню какую-то ужасную опасность… но не могу понять, какую именно… потом я бегу… потом иду… дождь. — Я наклонила голову, уже собираясь рассказать ему о побуждениях, которые гнали меня вперед, когда я уже не могла держаться на ногах. Но слова ускользнули от меня еще до того, как я успела облечь в них свою мысль.

— Я знала, что на Ауорде не могу быть в безопасности, — сказала я вместо этого. — Я нашла этот костюм, а потом, когда мне показалось, что ты можешь вывести меня к кораблю, пошла за тобой.

— Из всех судовладельцев, шляющихся по Порт-Сити в ту ночь, ты пошла именно за мной, — эхом отозвался Джейсон, но обращался он скорее к себе самому. У его губ залегла горькая складка. Воспоминание о прошлом, решила я, ощутив укол зависти. Он спросил, оживляясь: — А можешь что-нибудь вспомнить о своих вещах?

— Ничего пригодного, — призналась я, пожимая плечами. — Мокрое до нитки платье и туфли, явно не рассчитанные на прогулку по лужам.

— А кеффл-флейты твоей у тебя с собой не было?

Я недоуменно уставилась на Моргана.

— Моей — чего?

Он взял мою руку и перевернул ее ладонью вверх.

— У тебя мозоли, — он провел большим пальцем по параллельным гребешкам загрубелой кожи. — У меня был один знакомый — профессиональный кеффл-флейтист, очень хороший. У него были точно такие же.

Так значит, я могла играть на флейте? Я недоверчиво оглядела собственные руки.

— Поверю вам на слово, — сказала я через миг, гадая, куда же могла подеваться моя музыкальность.

— А откуда взялось имя, которым ты мне назвалась? Киссью?

Глаза Моргана мерцали, как у нарисованной им охотничьей кошки, крадущейся вдоль полки для кассет. Я вспыхнула.

— Так называл меня Роракк. Я просто не могла придумать, как еще назваться.

Джейсон какое-то время раздумывал, покачивая взад-вперед ногой.

— Я не медик, но в свое время мне пришлось лечиться от нескольких ран, — произнес он наконец. — У тебя были синяки и порезы и еще довольно серьезный ожог на щеке, когда ты пришла на корабль, но я никак не думаю, чтобы они были как-то связаны с этим. Хотя существуют способы стереть память, временно или навсегда, которые не оставляют явных следов. — Он задумчиво взъерошил волосы. — Даже не знаю, что предположить. Возможно, блюстители…

Я ощутила облегчение и тревогу одновременно.

— Нет! Блюстители увезут меня обратно на Ауорд! — «И заставят покинуть „Лис“, добавила я про себя. — Мне просто нужно время, капитан Морган. Возможно, память вернется ко мне.

— А если нет? — Он почти ожесточенно прервал мои объяснения. — Что тогда?

— Тогда я продолжу с этого момента, капитан Морган. Что мне еще остается? — Я поморщилась от боли, волнами переливающейся под моей черепной коробкой.

И ощутила прикосновение ко лбу, призрачно легкое и незнакомое. Оно было таким мимолетным, что я могла бы решить, будто просто вообразила его, если бы не внезапно утихшая боль в голове. На меня вдруг пахнуло чем-то уютным, надежным. Я пораженно взглянула на Моргана, убравшего руку. Волны снова заколыхались, но на этот раз слабее, как будто где-то вдалеке.

— Что вы такое сделали? — требовательно спросила я, озадаченная и даже напуганная.

В глазах Джейсона плескалась странная печаль.

— Не бойся, — сказал он, точно почувствовав мою реакцию. — У меня есть небольшой… дар. Я просто немного облегчил твою боль, вот и все.

Мне действительно стало лучше. Утомление, вызванное попыткой напрячь скудную память, прошло, и никогда не утихающая до конца боль почти прекратилась. Я сильно сомневалась, что моему душевному равновесию пойдет на пользу, если я узнаю, как Моргану удалось совершить этот подвиг одним прикосновением, и не распространяется ли этот «небольшой дар» на умение проникать в мои сны.

— Ладно, — бодро сказал Джейсон, снова как будто в точности осведомленный о моих мыслях. — Вернемся к нашим первоочередным делам.

Я бросила на него подозрительный взгляд.