Александр Борискин - Отмеченные Фортуной

В итоге я выяснил: если удастся доказать, что ценности, спрятанные в тайнике, принадлежат лицам, имеющим на них право собственности, то надо получить только разрешение местных властей на вскрытие тайника, а само вскрытие произвести в присутствии представителя властей. Тогда после проверки права собственности на них, ценности передаются законным владельцам. При этом никакие налоги не платятся, и передачи половины ценностей собственнику земли не производится. Если доказать это не удастся, то тайник признается кладом, при этом половина его содержимого переходит в собственность владельца земли, на которой найден клад.

— По закону, являются ли дети собственниками ценностей, принадлежащих одному из их родителей, если эти ценности не были указаны ни в каких наследственных документах и найдены после смерти родителя? Если доказано, что найденные ценности действительно принадлежали одному из родителей?

— Вы очень грамотно сформулировали вопрос.

Вот это и есть главная трудность: доказать, что спрятанные ценности принадлежали одному из родителей детей. Дети же, по определению, являются наследниками всего имущества родителей после их смерти.

— Может ли являться подтверждением принадлежности ценностей одному из родителей, если среди них обнаружено письмо этого родителя, утверждающего, что ценности принадлежали лично ему?

— Это будет решать суд. Но, на мой взгляд, этого недостаточно. Хорошо бы иметь показания свидетелей.

— Будет ли достаточным для суда находящееся среди найденных ценностей письмо, написанное директором банка и подтверждающее, что спрятанные родителем ценности были извлечены в его присутствии из депозитария банка, где они хранились с 1937 года?

— Вот это уже документ, с которым трудно спорить! Это, конечно, не доказывает, что один из родителей непосредственно является собственником ценностей. Но то, что он их лично положил в банк на хранение и извлек их из банка, где они хранились семь лет, причем нет никаких свидетельств того, что они ему не принадлежали, будет весьма существенным доказательством для суда! Я бы за такое дело взялся!

— Могу ли я, после официального признания моего кровного родства с Мартой, считаться одним из равноправных наследников найденных ценностей?

— Конечно, это не подлежит сомнению!

— Вы считаете, что в любом случае необходимо судебное решение по этому делу? Полученных доказательств в виде указанных писем недостаточно?

— По мне, так достаточно! Но что решат власти Мюнхена? Насколько я понимаю, речь идет об очень больших ценностях?

— Да, очень больших! Их стоимость можно оценить только после изъятия из тайника. Кстати, а поможет ли нам знание точного перечня ценностей, находящихся в тайнике, представленное до их изъятия оттуда? Это что-то доказывает?

— Это доказывает только то, что в семье было известно об их наличии! Это очень хороший аргумент для суда! У Вас этот перечень имеется?

— Я его могу написать в любой момент. По словам матери, что хранится в тайнике и в каком количестве, отец заставил ее выучить наизусть. А она — меня. Думаю, как раз для такого случая.

— Тогда Вы обязательно напишите перечень ценностей в тайнике и в запечатанном виде передайте для хранения нотариусу. И обязательно до их изъятия из тайника! Тогда это будет доказательством.

В комнату вошла Марта и обратилась к мужчинам:

— Все вопросы прояснили? Я считаю, что это мужское дело и Андрей прекрасно представит интересы нашей семьи. Только хочу уточнить, не потребуется ли помощь Михеля, он же специалист по наследственным делам?

— Никакая помощь не будет лишней! Если потребуется, то мы его привлечем, — сказал Штейн.

— Господин Штейн! Я попрошу Вас подготовить все необходимые документы для организации изъятия ценностей. Особенно нам торопиться некуда. Как подготовите — так и хорошо! А я пока поговорю с Паулем, предложу ему освещать это эпохальное событие в телетрансляции с места изъятия ценностей! — проговорил Андрей. — Марта, поможешь мне с ним связаться?

— Конечно, я сегодня же с ним переговорю!

Встреча Андрея с Паулем произошла в телестудии через неделю.

— Очень рад нашей встрече, Андрей! Марта меня заинтриговала, сказала, что у тебя какое-то сногсшибательное предложение, которое выведет мою телестудию в первые ряды в Германии! Не томи, рассказывай!

— Пауль, все, что я сейчас расскажу — пока большой секрет! И в твоих интересах, чтобы о нем никто не узнал до определенного момента, иначе тебе перебегут дорогу другие телестудии.

— Я все понимаю, не маленький! Рассказывай!

— Нам с Мартой стало известно, что наш кровный отец в 1944 году заложил тайник, в который спрятал довольно большие ценности, принадлежащие ему. Ты же знаешь, я историк и умею работать с архивными документами, и даже могу читать между строк то, что не видят другие люди. Так вот, я знаю, где находится этот тайник! Предлагаю тебе устроить совместно с нами телевизионное шоу на всю Баварию, показав в реальном времени процесс поиска тайника и извлечения из него ценностей. Причем, надо заранее анонсировать это действо, подогреть к нему интерес, набрать рекламы так много, как удастся и, во-первых, твоей телестудии стать известнейшей в стране и, во-вторых, нам вместе заработать на рекламе. Как ты на это смотришь?

— Предложение отличное, но тут имеется много нюансов. Как говорят, дьявол кроется в мелочах! Давай разбираться!

— Давай! Спрашивай, а я постараюсь ответить.

— Когда произойдет это событие?

— Тогда, когда нам это будет наиболее выгодно, например, когда по прогнозу погоды дождь будет лить весь день, и люди будут сидеть у телевизоров!

— Но вести трансляцию под дождем не очень приятно, да и картинка будет тусклая.

— Поиск тайника будет проходить под крышей. Условия в том месте не самые приятные, но тем больше будет интерес к происходящему!

— Это отлично! Что будем делать, если тайник не будет обнаружен?

— Я могу гарантировать, что тайник находится там, где его заложили в 1944 году. Но мы должны подстраховаться, и если тайник не найдем, надо так обыграть ситуацию, чтобы она выглядела заранее спланированной мистификацией.

— Ну, ну! Это несколько хуже, но можно подумать!

Сколько времени займет поиск тайника и извлечение ценностей?

— Это зависит только от нас. Сам подход к тайнику — минут десять, вскрытие — от десяти минут до получаса, выемка ценностей и их транспортировка туда, где можно вскрыть ящик, в котором они упакованы — еще десять — пятнадцать минут, вскрытие ящика, пересчет ценностей — еще минут тридцать. Да еще интервью с заинтересованными лицами — десять минут. Итого: от часа десяти минут до полутора часов.