Александр Гейман - Инна, волшебница

- Инка проверяет свою новую погремушку, - тотчас иронично прокомментировал Антонин - впрочем, голосом вполне дружеским и добродушным. - Нравится?

- Доброе утро, - отозвалась Инна, не обижаясь на его слова. - Он что, так и будет теперь у меня в глазах мелькать? То есть, - поправилась она, большое спасибо! За подарок.

- Пожалуйста, - отозвался Антонин. - Перевесь куда тебе удобней, и все дела.

- А как звонить?

- Инструкция по обращению с колокольч... - начал Антонин протокольным тоном.

- Я серьезно! - перебила Инна. - Мне мысленно протянуть руку и побрякать, так, да?

- А у тебя хорошо развита интуиция, - похвалил Тошка. - Я ещё зачем-нибудь нужен? А то хотелось дома разными пустяками с утра заняться...

Инна, покраснев, пустилась оправдываться:

- Антонин, я не собиралась тебя отвлекать, я только хотела взять его в руки, разглядеть, а он...

- Я вник, все в порядке. А взять в руки и разглядеть - это когда будешь у нас. Вещица-то тапатакская, не от мира сего, - объяснил Антонин. Ладно, ещё побеседуем. До связи!

Он исчез, а на Инну нахлынули мысли и воспоминания. Самое главное, думалось ей, все не было сном - вот он, колокольчик, и только что приходил Антонин, а позвони она, и он появится вновь - значит, все правда. Но, буквально в следующее мгновение холодело её сердце, а вдруг ей все - и колокольчик, и эти её беседы, и Тапатака - только кажутся? Да нет, невозможно же, чтобы все так ярко казалось, - успокаивалась она ещё через миг. Ведь все помнилось так отчетливо - и Тея, и Дора, и тигр, и Инесса... похоже, с ней не так все просто, с этой Инессой, кажется, их что-то связывает с Антонином... Стоп! - тут до Инны дошла одна важная вещь. Тапатаку и лица теитян, вот хоть и Мэйтира, вылитого Коврова, она действительно помнила. А вот облик Антонина - совсем нет. Самые смутные очертания, да и те, при усилии вспомнить, расплывались перед глазами. Инна так взволновалась, что еле удержалась от того, чтобы немедленно не позвонить в колокольчик. Но ей было неудобно - весельчака Тошку она бы так запросто позвать могла, но Антонин, Тошка-то он Тошка, был принц, у него были всякие важные дела - и Инна решила отложить эти расспросы. Она ломала голову об этом и прочем другом, о чем не успела поговорить с Антонином в Тее, вспоминая и вчерашнее, и третьеводняшнее путешествие в Тапатаку, и вскоре этих воспоминаний и мыслей был целый потоп. Инна могла бы мотаться по воле его волн не один час и не один день, но как назло - в этот день был зачет у профессора Коврова. География страны, самое слабое место в знаниях студентки Инны.

Время было полдесятого, зачет уже шел, и Инне надо было поторопиться. Когда, перекусив-одевшись-пролистнув терадку, она добралась до университета, на часах было двенадцать, и в кабинет Коврова, а зачет он принимал там, Инна вошла одной из последних. Это было плохо, потому что она вдруг обнаружила, что очень смутно помнит, где расположены все эти Абердины-Йоркширы-Ньюкаслы и чем они друг от друга отличаются. А сидеть за столом в одиноком надзоре профессорского ока означало невозможность подглядеть или списать, а к тому же, и Ковров мог не торопиться, видя, что его не поджидает нетерпеливая очередь жаждущих удостоверить свои знания впрочем, почтенный профессор все равно не отличался либерализмом в оценках.

Инна, с ненавистью рассматривая билет, повспоминала, что могла, и обнаружила, что этого, очень даже может быть, для зачета ей не хватит. Ее внезапно все стало раздражать - цвет штор в кабинете, идиотский горшок с дурацким фикусом, Мэйтировская физиономия Коврова... При мысли об этом сходстве Инну вдруг посетила надежда. Ну, конечно же, Тошка!.. он выручит, он должен! В конце концов, он обещал... Но звонить в колокольчик ей было все же как-то неудобно: вот так - взять и попросить: "Принц Антонин, продиктуйте мне ответы к билету номер четыре"? Как-то это... В этот миг Инна остро пожалела, что её угораздило выпросить себе этот чертов колокольчик. Был бы сейчас здесь Тошка, то все бы решилось само собой, а просить... Она закусила губу и стала мысленно изо всех сил хотеть, чтобы Антонин сам догадался её навестить - и можно даже без спросу. А что такого, взял и заглянул. Настоящий друг приходит без приглашения, ведь так? Но прошло полчаса, а колокольчик так и не зазвенел - а то есть, Антонин не извещал о своем появлении.

- Ну-с, госпожа... - Ковров посмотрел в зачетку и назвал, ...Калугина, вы, полагаю, уже подготовились. Прошу!

Инна села перед Ковровым и принялась лепетать, с каждым словом все отчетливей понимая неминуемость пересдачи.

- Постойте-ка, - перебил наконец Ковров. - Что вы тут несете, милая барышня. Какая угледобыча в районе Северного моря? По-вашему, углекопы спускаются на дно моря в водолазных костюмах? Что-то, знаете ли, новенькое в мировой практике.

Инна лихорадочно посоображала и поправилась:

- Я оговорилась, я имела в виду - добыча нефти.

- Ну да, это уже ближе к реальности, - согласился Ковров. - Ну, а как все-таки с углем? Где добывают это крайне полезное ископаемое?

- В Ливерпуле, - выпалил рот Инны.

- Что-о?..

- То есть, в Ньюкасле. Я оговорилась!

- Ну-с, а что же производят в Ливерпуле?

- Там... Ливерпуль - это родина Битлз.

Ковров поморщился.

- Ну да, это с точки зрения культурного значения. А экономически, чем является этот город?

На колеблющихся чашах весов лежала судьба зачета. Надо было только правильно ответить - вспомнить, что это порт, и ведь Инна это знала. Но её волнение и досада на все и вся, а вперед всего, на подведшего её Антонина были так высоки, что этот простой ответ Инне не пришел в голову. Вместо этого у неё в уме появилось смутное очертание острова, а Ливерпуль на этой карте был, помнится, ближе к северу, а там, кажется, находились горы... а в горах, вспомнилось Инне, пасут овец... И она брякнула:

- Это центр овцеводства!

Покрасневший от возмущения Ковров отодвинул зачетку.

- Придется, знаете ли, барышня, придти в другой раз, да-с... Слабое, понимаете ли, знание предмета...

Сама вся красная от стыда и злости, Инна поднялась со стула и неожиданно для себя принялась спорить с профессором.

- Это смотря по какой географии у меня слабое знание! - она вдруг вспомнила свой тапатакский спор с Мэйтиром. - Вы ведь не были там! Смотря как путешествовать.

- Что-что? - раскрыл рот профессор Ковров.

В этот миг дверь профессорского кабинета открылась и к ним заглянул опоздавший Вова Усихин:

- Владислав Всеволодыч, можно?

Ковров машинально сделал приглашающий жест, и Усихин прошел к столу за билетом. Но его появление не остановило разгорающийся диспут.

- Да! - настаивала Инна. - Почему я должна верить карте? Это только нарисованная условность. А можно путешествовать так, что... - Инна вновь вспомнила свой спор с Мэйтиром - ...столицей Голландии будет Гаага, а не Копенгаген!