Ольга Кузнецова - Медленный солнечный ветер

Уже смеркалось, поэтому обещанный экипаж был весьма кстати. Димитрия почти не удивилась, когда массивный грузовик остановился прямо рядом с ними, и из окна высунулся какой-то вполне приличного вида молодой мужчина в смешной бежевой шапочке. На беженца он был не похож. Димитрия поняла, в чем дело, только когда увидела, как у него на груди поблескивает в темноте знакомый значок.

Значит, под крылышком у Посланцев были не только те, кто бороздил небо на своих кораблях, но и вполне реальные региональные патрули. Только вот интересно, почему в Сараево Димитрия таких никогда не видела.

Мужчина говорил на чистом сербском, а не на таком ломанном, как Димитрия. Она все же учила его из уст матери, которая так и не научилась толком боснийской речи. Вот они и разговаривали часто, точно слепой с глухим.

— Поздновато для прогулок, Дарко? — улыбнулся мужчина. Он был совсем еще зеленым — может, всего на несколько лет старше Димитрии. В таком возрасте обычно и море по колено.

— А я до ужаса боюсь темноты, братишка, — ответил Дарко. Он явно знал этого мужчину — может, они когда-то были друзьями. То, что они действительно были братьями, исключалось — родственников теперь на всем материке и не сыщешь.

— Тебя подвезти? — спросил мужчина в странной шапочке-пилотке.

— Вообще-то я не один, Зорко. — Весь доброжелательный настрой Дарко как ветром сдуло.

— Ничего, друзья Дарко — мои друзья.

Зорко нагнулся вперед, открыл бардачок грузовика и принялся что-то там выискивать. Наконец, с фонарем в руке он снова поднялся и посветил прямо на Дарко. Было так темно, что хоть глаз выколи, поэтому маленькая неприметная Димитрия не сразу бросилась ему в глаза. А когда свет фонаря осветил девушку, мужчина аж присвистнул от неожиданности.

— Только не говори, что укрываешь у себя беженку, Дарко. Тогда я точно решу, что после того случая ты тронулся умом.

— Это не совсем то, что ты подумал. — Совсем не то, с иронией добавил про себя Дарко. — Ее зовут Димитрия.

— Но…

— Она нормальная, Зорко. Не инфицированная. Радиацией облучена не больше твоего.

Сидевший в грузовике с подозрением покосился сверху вниз на спутницу Дарко, тщательно ее изучая, как будто стремясь найти какой-то подвох.

— Точно? — переспросил Зорко со свойственной всем молодым людям недоверчивостью. — А ты хоть проверял, что она девушка? Всякое быва…

— Проверял-проверял, — нетерпеливо ответил Дарко. Он понимал, что, если они будут тут терять время на пустом месте, то к завтрашнему полудню точно не успеют на поезд. В такой ситуации он был готов уже согласиться на что угодно.

Димитрия залилась краской, вспомнив о том, что у Дарко действительно было предостаточно поводов убедиться в том, что она и в самом деле девушка. К счастью, в темноте ее румянец не был заметен.

— Ну, раз проверял, тогда садитесь.

Рядом с водителем как раз оказалось ровно два свободных места. Дарко уселся рядом со своим знакомым, а Димитрии пришлось разместиться у окна. В салоне дико воняло машинным маслом, а еще девушке приходилось тесно прижиматься к двери и своему соседу. Даже несмотря на то, что она была очень компактной, места все равно было крайне мало.

В грузовике больше никого, кроме Зорко, не было. Сзади громыхал пустой кузов, а водитель, зажав в зубах сигарету, стал неторопливо курить, и к отвратительному запаху машинного масла добавился еще и сигаретный.

Но Димитрии было не привыкать. В школьные годы она как самая отвязная девчонка курила временами, когда соседским парням, с которыми она водилась, удавалось достать несколько сигарет, которые бережно раскуривали на всех.

— Можно? — Димитрия впервые заговорила с молодым человеком; голос у нее от волнения немного дрожал.

— Что? — Зорко в непонимании округлил глаза, и из его приоткрытого рта едва не вывалилась сигарета. И только поняв, что же хотела девушка, он с сомнением протянул ей еще одну сигарету и зажигалку из нагрудного кармана комбинезона бежевого цвета.

Удивленный Дарко приподнял брови. Маленькая хрупкая Димитрия никак не вязалась у него с сигаретами, но вот он вспомнил про то, как она рассказывала, что хотела сделать татуировку, и ухмыльнулся.

Это была еще та девчонка, а?

Глава седьмая

За грязными мутными стеклами простиралось такое же грязное и ухабистое дорожное полотно. Димитрия бесцельно наблюдала за проплывающими мимо пустотами, больше напоминающими заброшенные и неухоженные кладбища. Димитрия отвернулась от окна. По сути, это и были самые что ни на есть настоящие кладбища.

— Ну, рассказывай, — произнес Зорко сквозь стиснутые зубы, между которыми была крепко зажата дымящаяся сигарета. Трудно уже было сосчитать, какая именно по счету. Зорко курил как паровоз — казалось, для него это было вполне обычное дело.

— Что рассказывать? — спокойно откликнулся Дарко, даже не взглянув на друга.

— Ты, что, за дурака меня держишь, братишка? — Зорко чуть сигаретным дымом не подавился. — Ты думаешь, я тут каждый день встречаю старого знакомого да еще в придачу с миловидной девкой?

Димитрия сделала вид, будто ничего не слышала. Она просто закрыла глаза, пытаясь отрешиться от всего земного, но слова с нарочно громким эхом отдавались у нее в голове.

— Девка, как ты выразился, Зорко, моя. И даже не думай. — Тон Дарко был даже излишне резок, будто Димитрия была его собственностью, а Зорко как раз на нее покушался.

— Все-все, Дарко, — Зорко примирительно поднял в верх грязные ладони, на мгновение оторвав их от руля. — Ты меня раскусил. Девушка твоя, я понял-понял.

— Вот так-то лучше.

Бросив на солдата заинтересованный взгляд, Зорко шумно сглотнул. Его действительно удивила невозмутимость, с которой Дарко сидел в его грузовике. Если бы у Зорко были на то полномочия, он тут же бы вручил ему премию "Человек с каменным лицом".

— Хорошо. — Зарко предпринял другую попытку и обратился к Димитрии: — Чувствую, из тебя, Дарко, все клещами тащить надо. Скажи мне лучше, девочка, как он на тебя наткнулся?

Димитрия помедлила, раздумывая о том, стоит ли ей отвечать и не влетит ли ей за это потом от Дарко. Спустя мгновение она коротко бросила: