Андрей Дворник - Голому – рубаха

Вначале он двигался по возможности ближе к булькающей огненной реке; рядом с ней давно выгорело все, что могло; но, отойдя примерно на километр от вулкана и вплотную приблизившись к предполагаемому месту падения кресла, Порнову поневоле пришлось углубиться в лес. Заостренные дымящиеся черно-белые стволы преграждали ему путь; хрупкая вязь сгоревших лиан рассыпалась в пыль под ногами; Порнов устал крутить головой, боясь провалиться в засыпанную пеплом яму и в то же время выискивая на обугленных стволах следы кресла.

В сотый раз он пожалел, что компьютер скафандра неисправен; уж тот бы наверняка запеленговал в этом хаосе даже маленький кусочек пластмассы или металла.

Время летело неумолимо; и через час блужданий по лесу Порнову стало казаться, что с креслом придется распрощаться навеки.

«Похоже, по закону подлости, магма прошла прямо по дереву, на котором висел парашют; если так, кресло погребено сейчас под метровым слоем расплавленного камня; ничего не скажешь, солидное надгробие его останкам… и моим надеждам.»

Впору было вновь впасть в уныние, но, верный своему лозунгу «Пропадать – так с музыкой», Порнов переключил воздухоснабжение на чистый кислород. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, он как следует провентилировал легкие и с утроенной энергией принялся рыскать по лесу; теперь он смотрел только под ноги, искал обломки.

И через несколько минут налетел на засыпанный пеплом огрызок стальной трубки; из-под слоя пепла тот едва светился желтым пятнышком.

– Ага, попался; теперь я знаю твой цвет! – Порнов изменил спектр светоусилителя; металл засиял под пеплом, как апельсин на снегу.

Порнов поднял железку и осмотрел со всех сторон; это был фрагмент одного из трубчатых поручней.

– Похоже, Гефест добрался-таки до моего кресла, – крутя в пальцах причудливо изогнутую, изорванную по краям трубочку, заметил Порнов. – Видимо, от жары воспламенились остатки горючего в реактивном приводе катапульты. Даст бог, найдем что-нибудь посерьезнее…

Он принялся прочесывать пепелище зигзагами; вскоре его багаж пополнился еще несколькими стальными фрагментами кресла.

Последний из обломков скреплялся с обугленным куском пластика.

– Уже веселее, – заметил Порнов, подстраивая спектр под бирюзовый цвет пластика. – Металл пока по боку, кресло на девяносто процентов из пластмассы…

К исходу второго часа он натаскал изрядную кучу пластмассовых обломков; рядом лежал спекшийся ком из строп и полотнища парашюта. Самым ценным из найденного был уцелевший верх спинки кресла; в кармане на нем Порнов обнаружил коробочку с красным крестом на крышке.

– Это не значит совсем ничего, – бормотал он, разглядывая оплавленные грани аптечки. – Кроме того, что, возможно, мы будем жить…

Насколько он помнил, контейнер «Первая помощь» содержал кроме вакцин и сывороток ряд стимуляторов, способных если не поднять мертвого из могилы, то уж не дать умереть тяжелораненому – точно, до прихода помощи поддерживая жизнь в нем несколько суток.

– Неделю; не меньше! – вслух уверенно сказал Порнов, бережно перекладывая коробочку себе в карман.

С прочим содержимым многочисленных карманов кресла дела обстояли похуже; Порнов нагреб целую горсть стальных таблеток, капсул и пилюль; но на всех виднелись столь отчетливые следы огня, что надеяться особо было не на что.

– Главное, чтобы хоть один компрессор зафурычил, – с надеждой в голосе заметил Порнов, ссыпая все это добро к себе в нагрудный карман. – Три штуки нашел; не может быть, чтобы все три были дохлые…

На всякий случай он постучал по обугленному дереву рядом и принялся рассортировывать найденные обломки.

– Нет худа без добра, – говорил он, выуживая из груды пластика хитросплетения трубочек, моторчиков и шестерен. – Не разлетись кресло на кучу запчастей, фиг бы я его отсюда упер; двести кило, и это без парашюта. А так в несколько приемов перетаскаю; сегодня возьму самое ценное. А то кто этот вулкан знает, куда он завтра свою реку повернет…

Кучка отобранного для немедленной транспортировки неумолимо росла; закончив ее выкладывать, Порнов потянулся почесать загривок, наткнулся рукой на шлем, чертыхнулся и принялся тыкать пальцем кнопки на запястье.

– Прямо как ребенок, дорвался до игрушек, – еще раз выругался он; ресурсы скафандра были на исходе. – Пора уносить ноги; иначе задохнусь, – никакие лекарства не помогут…

– Где бы сумку найти, чтоб весь этот хлам сложить?

Порнов попытался смастерить мешок из парашюта, но лишь запутался в стропах и чуть не связал себя по рукам и ногам.

Оборвать крепкие шнуры не получилось; Порнов нацепил на длинную жердь самый длинный отрезок стальной трубы и нагрел ее до красноты в магме.

– Вот и паяльник готов, – сказал он, пережигая стропы дымящимся стержнем. – Лужу, паяю, ЭВМ починяю…

Ему пришлось еще дважды сбегать к природному горнилу, прежде чем удалось выкроить из спекшейся массы парашюта сравнительно ровный кусок. Переложив на него свою добычу, Порнов связал углы материи; захлестнув мешок сверху жгутом из строп, он получил ручку для переноски.

Взгромоздил на себя свежеиспеченный «сидор»; закряхтел под весом – «сорок кило, не меньше» – и, пошатываясь, побрел прочь из леса; индикатор на руке показывал полную разрядку батарей.

– Лишь бы энергии до вулкана хватило; там можно будет шлем снять; все какая-никакая экономия…

Дышать становилось все труднее; с каждой минутой фильтры работали хуже и хуже.

– А тут еще мешок этот, – пыхтел под тяжестью Порнов, – бросить его, что ли… не донесу!

С великими мучениями он добрался до лесной опушки; дым от пожарищ больше не застилал взор, и Порнов попробовал поднять забрало шлема; но в легкие хлынула такая волна горячей химии, что он тут же опустил его обратно. Не лучше обстояли дела и с самим скафандром; Порнова то бил озноб, то бросало в жар; кондиционер барахлил вовсю, сколько Порнов ни прижимал ладонь к боку.

– Ничего, мне бы только до воды добраться, – шептал Порнов. Он вытащил из кармана аптечку, потряс; внутри что-то перекатилось. – Сяду на пенек, съем пирожок.

Он спрятал коробочку и двинулся дальше.

Глава 7. Опыт предков

– Почему путь домой всегда длиннее, чем дорога в гости, – думалось ему. – Сюда шел, в пять минут добежал; а тут плетусь и плетусь…

Ручей змейкой вынырнул под ноги; Порнов открыл забрало и принюхался; решил – дышать можно, опустился на колени и принялся жадно глотать воду. Вытер губы, уселся и пристроил на колене аптечку; вытащил загодя припасенную стальную пластинку и принялся ковырять обожженную пластмассу.