Тимур Литовченко - Сила Кундалини

- "Пей".

И Я пил. Тогда Он сказал:

- "Вот, Сын Мой Истинный Христос Николай, это кровь праведников, зарезанных за Имя Мое и Твое, за Имя Секретное Ислос-Валлос. Зарезали же их ублюдки жидо-масоны, во главе которых пять царей открытых, пять сокрытых и Блудница Вавилонская Катька Моська, а Вавилон - это развратная Америка. Вопиет ко мне кровь праведников; а раз Ты пил ее из рук Моих, и раз Я есмь Мировой Разум, то отныне Ты также Мировой Разум, Мировое Семя, Мировая Скорбь и Мировой Гнев. Ты дашь распять Себя на кресте двадцать шестого апреля, в День Гнева Моего священного, начавшегося взрывом Чернобыльским в восемьдесят шестом году и длящегося по сей момент, о чем Я сказал Тебе через Учителя Твоего Шри Вельбесану. За каждый прожитый грешным человечеством год земной после Начала Конца Света, после взрыва Чернобыльского, провисишь ты на кресте по одной минуте, как и было Тебе велено ранее. Однако дальше Я изменяю повеление: пусть Твой Духовный Наставник по окончании минут страдания Твоего вколотит Тебе в лоб, в аджначакру гвоздь бронзовый, на котором будет Имя Твое и Мое Секретное: Ислос-Валлос. И пусть все присутствующие читают в тот миг молитву, которую читают вот эти праведники".

Бог показал на людей в черном, молившихся на складках Его плаща. А они как по команде смолкли, только глазами сверкают... Так что направишь ко Мне Шри Вельбесану, Маша. Я должен распорядиться насчет гвоздя, насчет отмены молитвы "Отче наш" и введения новой, а также насчет Секретного Имени.

Мария послушно кивала головой, а сама думала: нет, ну надо же! Мало Христу гвоздей в руки и ноги, так еще и в лоб давай забивай. Вот так страдания, вот так да-а-а...

- Но это не все, - продолжал Николай. Еще кое-что сказал Бог:

- "Но главное Тебе на сегодня задание - показать преданность Мне. Я должен убедиться, что не зря избрал Тебя в Христы. Принеси сперва жертву Мне, Мировой Христос Николай. Сделай это, ибо праведники ждут и Я жду. Тогда можешь и Сам соделаться жертвой. Ты уже принес одну, Сам того не ведая..."

Тут Бог окропил Меня кровью, все закружилось, завертелось, стало удаляться... И вновь Я очутился в собственном теле, застывшем на месте для медитации.

- И... что же это за жертва? - озабоченно спросила женщина. От последних слов мужа ей почему-то сделалось не по себе, даже мурашки по коже побежали.

- Если б знать! - Николай был озабочен не меньше (а на самом деле наверняка больше) жены. - Я сейчас постараюсь еще помедитировать на "Гиперкубическое распятие" и выяснить это у Бога. Так что побыстрее давай продукты на благословение, а потом убирайся и пришли ко мне Шри Вельбесану, а уж затем чтоб никто не смел Меня беспокоить, проследи за этим, не то прокляну навеки.

Николай весь подобрался, снял руки с плеч жены, взгляд его сделался чрезвычайно строгим; Мария поняла, что время откровений кончилось, послушно пододвинула к ногам Христа продукты на благословение и быстро выскользнула из комнаты.

Ни будить, ни отвлекать от дел, ни разыскивать Шри Вельбесану не пришлось. Словно предчувствуя нечто важное и значительное, он как раз завершил утреннюю медитацию и гала-молитву за мировой успех и вселенскую победу Братства Истинного Христа Николая (сокращенно БИХН), хотя обычно это обязательное мероприятие отнимало у него гораздо больше времени. Мария сказала, что надо срочно идти к Христу, и довольно потирая руки, загадочно усмехаясь самыми краешками тонких бледных губ Учитель поспешил в Священную Обитель Ученика.

Заглянув в прихожую Мария обнаружила двух входящих туда апостолов, Дионисия и Гераклия (в миру Дениса и Георгия), а также водоноса. Последнему она сунула два пустых ведра, наказав доставить воду к вечеру. С апостолами было посложнее: оба настаивали на безотлагательной встрече с Христом по важному делу. Мария растерялась. С одной стороны апостолы - это тебе не простые преданные, от них не отделаться ненавязчивой просьбой об уходе. Да и дело их действительно может оказаться нешуточным, кто знает... С другой стороны, Николай ясно и недвусмысленно велел не беспокоить его. Как же быть? Вот если бы Шри Вельбесана не уходил, его бы спросить... А это мысль!

- Знаете, скоро от Господа выйдет Учитель, пусть он и решит. А вы, если желаете, подождите на кухне, со мной.

Апостолы милостиво согласились. Пока Мария готовила завтрак, Гераклий молча сидел у стены, время от времени принимаясь покусывать и стесывать об отвалившийся кусок кирпича поломанный ноготь правого указательного пальца, а Дионисий, всегда более чем благосклонно относившийся к Марии, потихоньку нахваливал блеск и чистоту (пусть даже относительные), которые спутница Христа умудрялась поддерживать в подвале отселенного дома.

- Ну что вы, что вы, - засмущалась Мария. - Вон штукатурка опять посыпалась. Сырость... Грибок совсем замучил. И самое главное: сказали бы Господу, чтоб у себя-то в комнате разрешил ремонт сделать. А то Шри Вельбесана постоянно толкует, что от ремонта какие-то там тонкие поля нарушиться могут, вот и не позволяет.

- Не велит Учитель, так и нечего самоуправством заниматься, - строго заметил Гераклий, который считал, что заигрывания Дионисия с женой Христа вызваны чисто карьеристскими соображениями. Нет, сам он в принципе не был против подобных методов; только ведь во всем меру знать надо, а посему зачем подлизываться к простой служанке?! Лучше уж к Самому Господу или на худой конец к Учителю. Вот и полировал молча ногти Гераклий, ходивший у Николая в любимчиках.

Но растроганную до глубины души давешними откровениями Господа и похвалами апостола женщину вдруг точно прорвало. Она бухнулась на колени перед Дионисием и принялась рассыпаться в благодарностях за то, что именно он около года назад обратил в истинную веру одного толкового электрика, который умудрился провести в их подвал замаскированную времянку от ближайшей линии, и теперь вот у них и по лампочке в каждой комнате, и с примусом возиться не надо, благо электроплитка есть.

- Только б с водой еще помочь как-нибудь. Да отопления нет. Неуж-то на зиму в пустыню мира предстоит возвращаться? - пугливо сетовала женщина. Дионисий принялся успокаивать ее, твердо заверил, что и с водой помогут, и масляные радиаторы к зиме достанут. Гераклию же окончательно опротивела эта болтовня, и вторично нарушив молчание он потихоньку перевел разговор на свершившееся во время последнего вторничного гала-служения чудо: стоя перед собравшимися Шри Вельбесана и Господь взяли газету, в которой была напечатана статья против деятельности БИХН, соединили руки, Учитель проклял во Имя Бога Сокрытого всю редколлегию газеты - и бумага в их руках вспыхнула ярко-желтым пламенем и мгновенно превратилась в пепел!