Алан Кубатиев - Сотня тысяч граммов благородных металлов

- Прошу прощения, - с трудом выдавил он. - Я несколько устал с дороги. К вам не так легко добраться.

- Да, - словно ничего не было, согласился Берг. - Жаль, что вы не предупредили о своем приезде.

- Я не был уверен, что вы встретитесь со мной. На турнирах с прессой обычно говорит ваш тренер, в нашей среде ходят слухи, будто вы избегаете журналистов.

- Не всегда, как видите. Ну, так что же со вторым законом? Это случайно не Второй Закон Роботехники? - усмехнулся спортсмен.

Холин застыл с открытым ртом. Потом пробормотал:

- Почти... Только Азимов тут ни при чем. Хотя и... ваше знание классики делает вам честь. - Он окончательно справился с овладевшим им замешательством и улыбнулся. - Это у него андроид-детектив? Да? Так вот, вы, наверное, помните международное соглашение 27 года о применении андроидов и систем квазибелковых организмов? Если не ошибаюсь, то там категорически и недвусмысленно запрещается использовать вышеуказанные объекты в земных и околоземных условиях. Даже на Внеземном Индустриальном Поясе их применение строжайшим образом регламентировано.

- Из ваших слов следует, что я, Герман Берг, либо клон, либо андроид. Так? - Берг насмешливо фыркнул, задел коленом столик. Кофейные чашки звякнули, несколько капель остывшего кофе пролились на стол.

- Ну, я не утверждаю этого... - Холин, в свою очередь, дипломатически улыбнулся. - Моя версия состоит в том, что был нарушен или первый или второй закон. Последовательное клонирование с неизвестными целями, стихийная акклиматизация клонов в человеческой среде, уничтожение по мере износа и замена новыми...

- Интересно... Эксперимент, растянувшийся на два столетия? Кстати, правовое положение клонов пока не урегулировано.

- И тем не менее это убийство - уничтожение здоровых, полноценных молодых людей, пусть и выращенных искусственно из клетки, взятой с тела донора. Клон - не робот и не животное!

- Согласно второй версии, я андроид, - Берг сделал вид, что заводит себя воображаемым ключом, вставленным куда-то в область солнечного сплетения, - Что тогда?

- Зависит от типа вашей конструкции, - так же шутливо ответил Холин, но глаза его оставались холодновато-серьезными. - Если в основе ее человеческий организм, дополненный и перестроенный с помощью искусственных органов и аппаратов, - одно дело. Но есть и другой тип - андроид, в котором заменено главное: мозг. Личность человека, ставшая искусственной конструкцией, где человеческому места не осталось и где всем управляет программа, пусть даже достаточно сложная и гибкая. То есть человекоподобная машина, а не усиленный человек. Таких перепрограммируют или... - он помедлил, затем решительно докончил, - или уничтожают. Они главным образом достались нам в наследство от всяких загибов прошлого. Эксперимент Кнульпа, лаборатория Виснаямы и прочее...

- К какому же типу вы относите меня? - со странным любопытством спросил Берг, не сводя глаз с Холина.

- Ага! - вытянул указательный палец Холин. - Можно считать ваш вопрос косвенным признанием в вашем искусственном происхождении?

- Разумеется, нет, - с явным удовольствием отказался Берг. - Мне просто интересно ваше мнение.

- Ну что вы! - отмахнулся Холин. - Мне трудно представить себе робота, который бы с таким блеском, с таким изяществом провел финальную схватку против такого взрывного и техничного противника, как наш Анвар Махмудов! Я уже и броски считать перестал!

- Благодарю вас, - склонил крупную голову Берг. - Но, значит, ваша гипотеза об андроидах, если вы меня отождествляете с этим рядом парней, не приложима и к ним, - возразил Берг, выпрямляясь в кресле и скрестив руки на груди.

- Допустим, - неохотно согласился Холин, - но тогда остается другая. Она еще неприятнее.

- Чем же? - Берг усмехнулся.

- Значит, погибали люди, а не андроиды. Судьбу андроидов решает специальная комиссия при Комитете по охране личности. А если речь идет о людях, то, значит, клонированных, некто присвоил себе право решать единолично судьбы настоящих живых людей...

- Вы считаете, что некая помесь Виктора Франкенштейна с профессором Мориарти железной рукой контролирует участь своих творений? - перебил его Берг.

Кто такой Франкенштейн, Холин еще помнил, а на второго его эрудиции не хватило. А вопросы задавал тот, кому следовало на них отвечать, и журналист ощутил глухое раздражение. Берг, судя по всему, был незаурядным тактиком не только на ковре.

- Ну, не обязательно так мрачно, - с деланной улыбкой ответил журналист. - Но нам известно немало случаев из не слишком далекого прошлого, когда ученые в погоне за результатами забывали о средствах. Вернее, о нравственности своих средств.

- Так, - сказал Берг. - Вот теперь можно подвести итоги. Значит, одну гипотезу мы уже отвергаем, вторую еще не доказали. Теперь вопрос: почему моя личность заинтересовала вас именно в связи со всеми этими фактами? Неужели только из-за внешнего и ситуативного сходства?

Он встал и вытащил из-под дивана большую сумку, спортивную или дорожную. Распахнув створки шкафа, принялся укладывать в нее вещи.

- Надеюсь, вы извините меня, - он не оборачивался, - но скоро должна прийти машина. Однако мы успеем закончить наш разговор.

- Не думаю. Ставить точку придется довольно долго. У меня нет никаких доказательств искусственного происхождения упомянутых личностей. Это о версии с андроидами. Не буду на ней настаивать, она и мне самому кажется надуманной. А в случае истинности другой версии разговор может принести ощутимую пользу.

- Какую? - спросил Берг не разгибаясь. Он засовывал в пакет аккуратно свернутую борцовскую куртку с красным поясом чемпиона.

Пожав плечами, Холин снял проектор, уложил его в сумку:

- Вы не сказали ни да, ни нет, и я не могу судить, правильно ли я поступил, познакомив со своими данными в первую очередь вас, а не комиссию. Но если "да" может быть сказано и если кто-то хочет распорядиться вашей жизнью, то вы, по крайней мере, предупреждены.

Перестав набивать сумку, Берг слушал его, выпрямившись.

- Вы можете и просто раскрыть перед комиссией свою тайну, если знаете, в чем она, и просить справедливого и объективного решения.

- Ну что же, - оценил его монолог Берг, - неплохо. А другие объяснения... вам не приходят на ум?

- Они еще менее доказательны, а вероятность простого совпадения...

- Она все-таки есть?

- Конечно. И тем не менее ее мало для объяснения.

- Ну хорошо... однако подумайте над иными версиями, охотник за тайнами!

Последние слова прозвучали необидно, скорее дружелюбно и с уважением.

- Ну почему вас так взволновало все это? Вы же спортивный журналист? спросил Берг, закрывая сумку.