Кира Сину - Великий эксперимент

- Здесь живет профессор Викетас? - спросил регулировщик.

- Здесь, - едва слышно произнес Христос. - Это мой отец.

- Он дома? Мне надо поговорить с ним об одном важном деле.

- Минутку, я посмотрю, не вышел ли он, - Христос быстро принял решение и захлопнул дверь перед самым носом у полицейского. Даже не постучавшись, мальчик поспешно вошел в кабинет отца.

- Пап, пришел какой-то полицейский и тебя спрашивает. Может, сказать ему, что тебя нет дома?

Профессор посмотрел на сына и улыбнулся.

- Неужели ты думаешь, что ты тем самым спасешь меня от какого-нибудь штрафа? Нет, мой мальчик. Во-первых, не помню, чтобы за последнее время я что-то нарушил, но даже если и так, он все равно оставит повестку здесь и мне придется потом идти в полицейский участок. Так или иначе, мы ничего не выиграем. Так то пусть зайдет.

Войдя в кабинет Викетаса, регулировщик по-военному отдал честь.

- Добрый день, - ответил на приветствие профессор. - Чем могу быть полезен?

- Господин профессор, вы знакомы с водителем автобуса по имени Спирос Кандидис?

- Спирос Кандидис? Ну, конечно, я его знаю.

- Итак, вы с ним знакомы? Ну, что ж, тем лучше Тогда я расскажу вам, в чем дело. Некоторое время назад на Национальой магистрали, недалеко от поворота на Халкиду, произошло серьзное дорожное происшествие.

- Авария! - Христос даже подпрыгнул. - Но ведь по радио ничего не передавали!

- Наверное, не успели. Я объясню вам, в чем дело: в окрестнотях Афин с утра моросит мелкий дождь. Рефрижератор потерял управление, и его вынесло на встречную полосу, по которой в тот момент ехал автобус. Водитель попытался затормозить, но асфальт был скользкий, тормоза не сработали, и автобус врезался в рефрижератор.

- Жертв много? - поинтересовался профессор.

- Немало. В автобусе пятеро убитых и еще тринадцать раненых. В рефрижераторе никто не пострадал.

- Да что с ними может случиться в такой махине! - закричал Христос.

- А почему вы мне все это рассказываете? - спросил профессор - Это имеет какое-то отношение к Спиросу?

- Спирос Кандидис был водителем автобуса. Он тяжело ранен в голову. Мы сразу же отправили его в больницу и попытались разыскать родственников. Кажется, у него никого нет, но в кошельке Кандидиса мы обнаружили записку с вашим адресом и телефоном. Поэтому господин директор решил поставить вас в известность, тем более что вы нейрохирург. Может быть, вы смогли бы чем-то ему помочь - вы, наверное, спец в таких делах?

- Положение тяжелое? - спросил Антонис, страшно расстроенный известием.

- Очень.

- Подождите минутку - я только соберусь, и мы тут же поедем.

- Я тоже еду, - сказал Антонис.

У постели тяжелораненного профессор встретился со своим старым однокашником хирургом Рикакисом.

- Рад видеть тебя, Илья. Нам с тобой надо бы поговорить, но сейчас не время. Как больной?

- Ничего хорошего. Лобные доли сильно повреждены. По-видимому, он не был пристегнут ремнями безопасности и при столкновении с рефрижератором ударился головой о лобовое стекло.

- А каков, по-твоему, вероятный исход?

- Я далеко не уверен, что больной выкарабкается, но даже если ему это удастся, боюсь, что он навсегда останется умственно неполноценным.

- То есть вы думаете, он обречен? - спросил Антонис, на котором буквально лица не было.

Профессор сочувственно посмотрел на него.

- Да, Илья, я совсем забыл сказать, что мой брат был одноклассником Кандидиса, и в детстве они очень дружили. В общем, сам понимаешь...

- Вы мне позволите осмотреть больного? - спросил Антонис.

- Кстати, мой брат тоже нейрохирург и только что закончил аспирантуру в Соединенных Штатах.

- С большим удовольствием, господин Викетас. Ваше мнение может оказаться чрезвычайно полезным. Сестра, помогите нам...

ВОПРОС ЖИЗНИ И СМЕРТИ

Из больницы они возвращались на машине. Профессор, сидя за рулем, молчал. Этот случай его просто потряс - ведь он знал Спироса еще ребенком, когда тот, всегда веселый и приветливый, часто приходил к ним в дом как закадычный друг Антониса. Профессор вспомнил, что совсем недавно Спирос зашел узнать, когда Антонис приезжает. И, кажется, собирался зайти еще, потому-то и нашли у него клочок бумаги с их телефоном.

Антонис сидел рядом и тоже молчал. Профессор украдкой взглянул на брата Антонис явно был сильно расстроен и что-то напряженно обдумывал.

- О чем задумался, Антонис? - не выдержал Викетас - Кажется, о чем-то очень серьезном.

- Я думаю да, ты правильно угадал, об одной очень важной вещи.

- Такой уж и важной!

- То, что занимает меня, Кирьякос, действительно очень серьезно. Думаю, настало время закончить тот разговор, который мы пpepвaли, когда пришел регулировщик с сообщением о Спиросе. Если память мне не изменяет, мы говорили об исследовании, которое я начал проводить в Америке.

- Ты хотел мне что-то рассказать...

- Да. Я хотел признаться, что вот уже много месяцев меня мучает одна проблема. Если бы не Спирос, а какой-нибудь незнакомый мне человек попал в эту ужасную катастрофу, я бы сказал, что небо вняло моим самым страстным молитвам.

- То есть? Что ты хочешь этим сказать?

- Если бы на месте Спироса был чужой человек, я без колебаний использовал бы его для своего эксперимента. Так или иначе этот человек был бы обречен. Но речь идет о Спиросе, моем друге детства и однокласснике. Я никогда бы не позволил себе использовать Спироса в качестве подопытного кролика. Но, быть может, испробовав на нем свое открытие, я смогу помочь ему и спасу от той участи, что его ожидает. Если он выживет конечно; ведь вероятность смерти очень велика.

- Антонис, ты меня пугаешь. Объяснись же наконец.

- Я говорил тебе о своих опытах, но не сказал, чем именно занимаюсь. Ну, что ж, попытаюсь вкратце рассказать, что я делал в Америке. Учеба меня очень увлекала. Наш мозг хранит еще множество тайн, и, как ученые ни старались, никому до сих пор не удалось даже приподнять тот покров, который их скрывает. Я страшно выматывался, физически и умственно, и по вечерам был способен только на то, чтобы смотреть телевизор. Однажды вечером, когда по телевизору показывали запуск космического корабля на Юпитер, я спросил себя, сможет ли человеческий мозг через несколько лет идти в ногу со своим собственным творением - техническим прогрессом. Ты никогда не задумывался над тем, что за последние сто лет, да что я говорю, за гораздо меньший срок, человек совершил столько открытий и в то же время принес нашей планете такие разрушения, каких она не знала тысячи, если не сказать миллионы лет, с тех пор как человек существует как вид? Ты никогда об этом не думал?

- Вероятно, ты прав, но этот вопрос никогда серьезно не занимал меня. Я уверен, человек может приспособиться к любым условиям.