Владимир Молотов - То, что вокруг

Ближе к вечеру папаша отвел меня в сторонку. Он был лыс и курнос, с пигментными пятнами на руках.

— Это ужасно, Гарик! Как вы могли не заметить смерть мамы?

Я смело посмотрел ему в глаза. Несомненно, он находился в реале. Значит, вопрос шел от души.

— Прости, па. Я сам не знаю. И мне очень стыдно и больно.

Он вздохнул, похлопал меня по плечу, уставившись куда-то в угол.

— Хорошо, что ты осознал. Всему свой срок, говорила мать. То есть бабушка.

Я закивал.

На следующий день состоялась кремация. А после нее мы собрались в кафе на поминки. Все сидели за столом, пили вино и ели по-домашнему сготовленную пищу. Вспоминали бабушку. Поразительно, я узнал о ней столько необычайного! Например, в молодости моя прародительница играла в теннис и даже достигла уровня кандидата в мастера. Потом она выскочила замуж за успешного спортсмена. Помоталась с ним по соревнованиям, поглядела на разные страны. Но брак длился недолго. Через год после тихой, кстати, свадьбы они разбежались. Впоследствии бабушка почему-то постаралась вычеркнуть этот "эпизод" из своей жизни. Может, из-за деда, который умер еще до моего рождения?

К вечеру гости разъехались. Оставив жену дома, я пошел бродить по городу. Меня ждали новые открытия, подобно путешественнику, вернувшемуся домой.

Шло время, и жизнь без оболочки с каждым днем мне нравилась все больше. Но внутри сидел этакий червь, то и дело напоминая о себе — я все сильнее отдалялся от Ленки. В те минуты, когда она заявлялась в реал и звала меня куда-нибудь, я отнекивался. Мол, мне и так хорошо. Ленка хмыкала, пожимала плечами и погружалась в себя. А я уходил из дома, чтобы поколесить по городу на мобиле.

Ходить на работу мне теперь доставляло удовольствие. Созерцать, как люди прячутся в оболочки, как механично твердят их рты глупые по сути фразы — если разобраться… Все это так волнительно и забавно! Правда, моя статистика продаж несколько упала, но шеф как будто не обратил внимания на данный факт.

Был один единственный раз, когда я пожалел, что у меня нет оболочки. Это день и час, в который пришлось объясниться с Ленкой, не прикрываясь ширмой. Чет возьми, как это больно и гадко! Сказать человеку: прости, я ухожу навсегда.

Но то совсем другая история.