Владимир Молотов - То, что вокруг

Оболочка управляет твоими губами, твоими руками и ногами, если мысленно отдашь ей соответствующую команду. Она владеет мускулами твоих скул и набором стандартных улыбок. Действуя на волокна нервов, она управляет твоими конечностями, чтобы те двигались в нужном направлении. Мощная операционная система оболочки косвенно умеет все — управлять за тебя мобилем, заключать сделки, воспитывать ребенка, переговариваться с вызывающими на связь родственниками. Ведь у нее на любые случаи жизни есть стандартный набор фраз, ответов и действий, ибо сама жизнь в городе банальна и очевидна. А ты в это время развлекаешься в свое удовольствие в сети, ну, или просвещаешься, почитывая электронные книжки. В крайнем случае, оболочка запрашивает личное присутствие, если ситуация неординарная, что случается довольно редко.

Распрощавшись с агентом, Ленка вошла в реал, глаза ее ожили. Она села рядом и погладила мою смолистую шевелюру.

— Милый, ты так бледен! Он сказал, что все устроит. Полный комплекс услуг. Может, ты уже вернешься ко мне? Посмотрим фильм "Смерти нет".

— Извини, я пойду пройдусь.

Жена пожала плечами и замкнулась. Ее губы начали разговаривать с далекими родственниками и приглашать их на кремацию. Стало быть, оболочка Ленки достала из архива родословную. Я вышел из дома.

Впервые за долгие годы я прошелся по улице, ни разу не заглянув в виртуал и не отдавшись оболочке. Между прочим, стояла осень, закатное солнышко принялось меня утешать. Я завернул в скверик, посмотрел на деревья. Поигрывал легкий ветерок, и пожелтевшие листья так чудно подрагивали на ветках, а ветки шелестели и качались. Мне показалось, что я услышал их шепот, сообщавший, будто ничто не вечно, кроме этой тихой музыки. Трепещущие листики, как змейки "золотинок" у той цыганки на рукавах, вдруг торкнуло меня. Да-да, я четко вспомнил: мы шли с бабулей по городу, и к нам пристала цыганка, и у нее на цветастых рукавах было столько "золотинок"!

По дорожкам бегали дети и громко смеялись или кричали. Им еще не купили оболочку. Они так радовались друг другу и всему вокруг, что мне стало легче на душе. Тревога и тошнота понемногу отступали. Надо же, подумал я, ведь это первый родной человек, который умер на моих глазах. Да что там на моих глазах! Я пропустил бабушкину смерть! Идиот! А ведь ее, наверняка, можно было спасти! И не исключено, что со временем она бы оправилась от паралича. Если бы не наша безалаберность… Вот так крутимся мы в своей оболочке, ничего не замечаем, не думаем о близких. Надо что-то менять в жизни. Причем, срочно и капитально.

Когда солнце зашло, я вернулся домой. Ленка уже спала. Я зашел в комнату бабули, постоял немного, вдохнул затхлый воздух. Открыл окно. Бабушка любила мыть окна. Зачем ты это делаешь, спрашивал я ее? "Чтобы мир казался светлее". И ее нестарое еще лицо так душевно улыбалось, и так мило вырисовывались уголки рта. Я взял легкого робота-няньку в охапку, нагнулся и засунул под кровать. Ну вот, пора и мне в постель.

Всю ночь промаялся бессонницей. Из головы не выходил труп бабушки, вытянувшийся по швам на серой простыни, ее впалое морщинистое лицо, точно кочка болотная в игре "Войны Семиморья".

Утром я не пошел на работу. Самостоятельно связался с шефом, не включая основные функции, и сказал, что хочу взять маленький отпуск. Он сухо ответил:

— Не возражаю.

Вряд ли то был он сам.

Поутру единый порыв охватил меня. Тревога, томившая вчера, почти отсутствовала, а желание изменить свою жизнь только усилилось. Мне хотелось сделать что-то новое и важное в память о бабушке. Решив начать с больших перемен, я отправился в офис оператора подшивания. (Когда я уходил, Ленка с отсутствующей миной варила кашу и бездушным голосом обсуждала с агентом меню поминок.)

— Здравствуйте, Игорь Вениаминович! — поприветствовала девушка за стойкой с погашенными лампочками зеленоватых глаз.

— Доброе утро.

Я немного удивился: ее оболочка распознала меня?

— Вы пришли отказаться от провайдера "Землянэт", — с уверенностью затараторила девица. — Что же вас не устроило? Ах да, поняла. Увеличение абонентской платы: оболочка сообщила вам, что она стала переводить больше денег. Плюс несовершенство эффекта присутствия. В таком случае, мы можем предложить вам провайдера "Уютная жизнь". В эффекте присутствия дополнительные пятьдесят запахов, абонентская плата не повременная, а в зависимости от месячной суммы потраченных мегабайтов. Плюс самый совершенный фильтр спама.

— Даже не знаю. — Я все-таки колебался, виски мои горели от волнения. Я еще не ведал толком, чего я хочу. То ли отказаться совсем от основной прошивки и оставить себе только удаленную связь. То ли перепрограммировать оболочку на более чуткий запрос личного присутствия.

— А давайте попробуем убрать основную прошивку. Оставим лишь удаленную связь.

Девушка выпучила глаза. Очевидно, ее оболочка затребовала непосредственное участие.

— Хм, вот как? Вы хорошо подумали?

— Пожалуй. Давайте попробуем.

Я всегда смогу вернуть ее обратно, успокоил я себя. А так пока не будет соблазнов.

Странное дело, когда надо мной произвели маленькую операцию, я ощутил себя облегченным. Как будто у меня вытащили половину кишок. Мне чудилось, ровно я сплю и вижу странный сон. Без оболочки все казалось непривычным и светлым.

Дома уже собралась родня. Кремацию назначили назавтра. Все лица оказались мне незнакомы — старики и старушки, если не считать отца. Но у меня сразу появилось много коллег. Выяснилось, что кроме папаши (он еще с порохом) пожившие гости не пользуются оболочками. Нет, вру, был один молодящийся дедок с точно подернутыми пеленой глазками. Но его прошивка, скорее всего, относилась к одной из первых версий. На все вопросы она отвечала только "да" или "нет", а в разговорах вставляла одни и те же реплики: "Ну конечно!", "Бывает же!", "Кто его знает?" Это вызывало у меня улыбку. Некоторые иногда доставали айфоны и по старинке набирали номер, чтобы переговорить с кем-то иногородним. Но зато болтать с ними вживую оказалось настоящим удовольствием. Сколько интересных историй они мне изложили из своей бурной жизни, не отягощенной виртуальными развлечениями! В то время Ленка бросала обтекаемые фразы и поглядывала на всех непроницаемыми глазами или перекладывала какие-нибудь предметы. И при взгляде на нее у меня начиналось нытье в груди. Между нами словно появилась яма.

Ближе к вечеру папаша отвел меня в сторонку. Он был лыс и курнос, с пигментными пятнами на руках.

— Это ужасно, Гарик! Как вы могли не заметить смерть мамы?

Я смело посмотрел ему в глаза. Несомненно, он находился в реале. Значит, вопрос шел от души.