Уильям Моррисон - Коровий доктор

Желудок? Неважно, как это называется, но, видимо, тут начало пищеварительного тракта. Вот теперь-то и выяснится, насколько прочен его водолазный костюм.

Доктор медленно погружался все глубже, пока наконец снова не почувствовал под ногами твердую почву. При свете фонарика он увидел, что жидкость вокруг него светло-зеленого цвета. Та часть пищеварительного тракта, где он стоял, была серо-голубая, пронизанная ярко-изумрудными прожилками.

– Доктор Мелцер, как вы там? – сказал вдруг ему в ухо встревоженный голос.

– Отлично, капитан. Развлекаюсь вовсю! Жаль только, что вас здесь нет.

– Что там у вас происходит?

– Я стою на дне этакого зеленоватого озерка. С виду все это очень мило, но не слишком вразумительно.

– А вы еще не разобрались, что там не так?

– Черта с два разберешься тут, что так, а что не так! Я еще ни разу в жизни не лазил в утробу к таким тварям. У меня с собой пробирки, и я хочу в различных местах взять образцы жидкостей. Здесь я беру пробу номер один. Потом можете отдать ее на анализ.

– Отлично, доктор. Продолжайте в том же духе.

Мелцер посветил вокруг себя фонариком. Зеленоватая жидкость слегка волновалась, – может быть, он сам ее всколыхнул, когда с размаху шлепнулся сюда. Серо-зеленые стены оставались недвижимы, только почва под ногами чуть подавалась под его тяжестью; но больше ничто не говорило, что его появление как-то нарушило здесь мир и покой.

Доктор двинулся дальше. Озерко все мелело, сходило на нет. Он выбрался на сушу и осторожно шагнул вперед.

– Доктор, что у вас там?

– Ничего. Просто знакомлюсь с местностью.

– Держите нас в курсе. Конечно, опасности никакой, но…

– Но, если она все же есть, вы хотите, чтобы следующий исследователь знал, чего надо опасаться? Хорошо, капитан.

– Как поступает кислород?

– Все прекрасно. – Доктор сделал еще шаг вперед. – Почва – пожалуй, будем называть это почвой – становится не такой скользкой. Теперь идти легче. От стены до стены тут примерно футов двадцать. Никаких признаков видимой флоры или фауны. Никаких искусственных сооружений. Никаких признаков разумной жизни.

– Смотрите, как бы чувство юмора не помешало вам работать, доктор. – Голос капитана прозвучал укоризненно. – Все это очень важно. Вы, верно, не представляете, насколько это важно, но…

– Погодите, капитан, я наткнулся на любопытную штуку, – прервал доктор. – На серо-зеленой стене какая-то большая красноватая шишка, фута три в поперечнике.

– А что это такое?

– Похоже на опухоль. Я сделаю срез ткани с самой стены. Это будет проба номер два. Теперь срез с опухоли, проба номер три.

Стена чуть заметно вздрогнула, когда он погрузил в нее нож. Надрез вначале был фиолетовый, но постепенно покраснел.

– А вот и еще одна опухоль, точно такая же, но на другой стене. И еще несколько. Я их больше не трогаю. Стены понемногу сужаются. Идти еще можно совершенно свободно, но… погодите, беру свои слова обратно. Впереди вижу какой-то кла­пан. Он судорожно закрывается и открывается.

– А вы сможете через него пройти?

– Рискованно, черт возьми! Допустим, я в него проскочу, пока он открыт, а потом, глядишь, он закроется и запросто перервет мои кислородные шланги.

– Значит, дальше идти нельзя?

– Не знаю. Дайте подумать.

Доктор пытливо всматривался в огромный клапан. Тот двигался очень быстро и четко, открываясь каждые две секунды. Наверно, он отделяет одну часть пищеварительного тракта от другой. Как привратник желудка у человека, подумал доктор. Серая ткань с зелеными прожилками ничуть не напоминала человеческие мышцы, но служила, видно, для тех же целей. Хорошо бы подобрать наркотик, от которого мышцы расслабятся.

Доктор нащупал в одном из карманов большой шприц. Выждал, когда клапан откроется, быстро погрузил в него иглу. Впрыснул в “мышцу” пинту снотворного и мигом отдернул шприц. Кла­пан закрылся, но медленнее прежнего. Снова открылся, закрылся, опять открылся – да так и остался открытым.

Скоро ли он опять начнет действовать и отрежет ему путь к отступлению? Этого доктор не знал. Но если уж выяснять, что находится там, дальше, нужно спешить. Он кинулся вперед, чуть не поскользнулся второпях и проскочил через неподвижный клапан.

Потом по радио сообщил об этом капитану.

– Вы бы все-таки поосторожнее, доктор, – тревожно сказал капитан.

– Я здесь затем, чтобы исследовать эту скотину. И пока я еще ничего не узнал. Между прочим, стены опять расширяются. И впереди опять озеро. Но на этот раз голубое.

– Вы берете образец?

– Всю жизнь только этим и занимаюсь, капитан!

Доктор вошел в озеро, наполнил пробирку голубой жидкостью и сунул в карман. Вдруг прямо перед ним что-то на миг высунулось наружу и тотчас скрылось в глубине.

Доктор замер на месте.

– Стойте, капитан! Фауна, кажется, все-таки есть.

– Что-о? Живое существо?

– Еще какое живое!

– Осторожней, доктор! В одном из карманов у вас должен быть револьвер. В случае чего стреляйте не задумываясь.

– Револьвер? Это жестоко, капитан! Вам бы понравилось, если бы у вас внутри стали палить из револьвера?

– Говорю вам, будьте осторожны!

– У меня свое оружие – шприц.

Но вокруг все снова стало тихо и недвижно, и доктор побрел дальше через голубое озеро. Когда он погрузился с головой, перед глазами опять мелькнуло то же существо.

– Похоже на большущего головастика, фута два длиной.

– Он к вам приближается?

– Нет, кидается прочь. А вот и еще один. Наверно, их переполошил мой фонарик.

– А нападать на вас не собираются?

– Кто их знает. Возможно, они паразитируют в этой громадине, а может, и наоборот, живут с ней в симбиозе.

– Сторонитесь их, доктор! Не к чему зря рисковать.

И вдруг – трепетный голос:

– Ларри, ты цел?

– Майда! Что ты здесь делаешь?

– Я проснулась, когда ты уезжал. И никак не могла уснуть.

– Но зачем ты приехала на космодром?

– Что-то очень разлетались над головой корабли, и я забеспокоилась, не случилось ли чего. Позвонила сюда… и мне сказали.

– Как так – разлетались корабли?

– Это налетели всякие корреспонденты, доктор, – вмешался капитан. – О вашей пациентке пронюхали газеты и радио. Я не хотел вам говорить, но не удивляйтесь, если вылезете оттуда знаменитым человеком.

– Радио и газеты меня мало трогают. А с Земли вестей нет, капитан?

– Пока нет. Но нам ответил попечитель зоопарка в Марсополисе.

– Что же он говорит?

– Он в жизни не слыхивал ни о какой космической корове и ничего посоветовать не может.

– Прекрасно! Кстати, капитан, не прислали там газеты и радио хоть одного фотографа?